Окольцованные тёмным пламенем - Ирина Владимировна Смирнова

Кстати, забавно, что всех ксатерийских ведьм Камиль называл госпожами и обращался исключительно на «вы». А со мной он как-то с первой минуты знакомства перешел на «ты» и «Надю». Объяснил он это тем, что оно как-то само… едва понял, что попал в другой мир, все «госпожи» из головы вылетели.

Но Гэлеш считала, что Камиль во мне сразу увидел свою ведьму, а со своими и на «ты» можно, и по имени. Конечно, если сама ведьма не возражает.

— Отлично. Значит, она будет рада узнать о твоей амнистии и познакомиться со мной, — уверенно объявила я. А потом поцеловала своего набычившегося ведьмака. Все же он у меня такой милый, когда злится! — Сколько нам до Селборна? Два часа на автобусе? Отлично!

Конечно, мокнуть под проливным дождем было не очень весело. А мы с Камилем оба, как это ни обидно, не умели управлять погодой. Поэтому пришлось дожидаться, когда соберется небольшая группа, чтобы ради нас было не жаль врубить переходной купол от здания таможни до остановки междугородных автобусов.

В Ксатерии не было троллейбусов и трамваев, только автобусы и электрички, подземные и наземные. Ну и такси с автопилотом. Мне нравились автобусы — в начале и в конце салонов там были туалеты, автоматы с чаем и кофе и на спинке каждого сидения — экран, на котором можно было включить фильм, мультфильм, новостной канал, просто поторчать в сети… А еще можно было откинуть спинку кресла, накрыться пледиком и поспать.

Камиль всю дорогу скорбно помалкивал, но разубедить меня уже не пытался. Знал, что бесполезно. И даже адрес агентства назвал сразу после того, как мы заселились в гостиницу и оставили там вещи.

Единственная попытка бунта была перед самым входом в офис:

— Я тебя тут подожду…

Использовать свою власть мне совершенно не хотелось, поэтому я просто подхватила Камиля под руку, даже потерлась щекой о его плечо, успокаивая и приободряя, а потом нажала на звонок возле двери.

Глава 25

Через десять минут мы сидели в маленькой уютненькой комнатке, оборудованной под столовую, с местным аналогом микроволновки, чайником, железной банкой с пакетиками, стеклянной банкой с растворимым кофе, вазочкой с сахарным песком, подставкой для чашек… Причем у каждого сотрудника была своя собственная, и я интуитивно сразу угадала ту, которая принадлежала Камилю. На ней был изображен смешной рыжий кот, растянувшийся во всю кружку.

— Рука не поднималась выкинуть, — улыбнулась, в который раз якобы почесав под глазом, еще вполне молодая с виду ведьма, бывшая начальница моего мужа. — Мы до последнего надеялись, что все образуется. Ведь я же знала, что Камиль не по своему желанию проклял того ведьмака. Ходила и в полицию, и в суд…

— Наверное, благодаря вам в обвинительных документах о смерти того ведьмака не упоминается. Но очень странно, что, несмотря на ваши усилия, никто не потрудился пересмотреть все дело целиком.

Эмали благодарно кивнула Камилю, налившему ей новую порцию чая. Сам ведьмак просто сидел рядом с нами, молча ухаживая то за мной, то за своей начальницей. Однако я чувствовала, что это посещение убрало с его души целую гору камней. Он же почти год жил, убежденный, что все знакомые от него отвернулись, может быть даже считал их предателями. Я бы точно считала!

— Минут через десять должен вернуться Ахмет, у Патрика сегодня выходной, а Лаур два месяца назад ушел в декрет по уходу за ребенком.

— В этот раз дочь? — неожиданно заулыбался Камиль. — Или снова сын?

— Дочь, — тоже улыбнулась Эмали. — Пять сыновей, представляешь? — повернулась она ко мне. — Жена у Лаура — удивительная женщина. Вместо того чтобы забеременеть от другого мужчины, упорно пыталась родить дочь от своего первого ведьмака. Вот это я понимаю — любовь… Он на нее молиться должен!

Я переглянулась с почему-то притихшим Камилем. Мы с ним пока о детях не разговаривали вообще — ни о сыновьях, ни о дочерях. Учитывая, что на меня внезапно свалилось утроение жизни, хотелось немного пожить для себя.

Здесь, кстати, первые роды лет в шестьдесят-семьдесят считались нормой. Вторые — в девяносто, когда старший ребенок уже не требует постоянного родительского внимания. Ну и так раз в двадцать-тридцать лет можно было рожать где-то до двухсот, точно.

Конечно, была грустная вероятность, что мой организм не перестроится. Но я старалась об этом не задумываться. В любом случае одного малыша родить я точно успею! А сын это будет или дочь, мне без разницы, главное — от Камиля. Другого мужчины мне совершенно не хотелось.

Само собой, мы дождались Ахмета, чтобы тот тоже мог порадоваться за коллегу и, предполагаю, друга. Оставив мужчин ненадолго вдвоем, я тихонько заманила Эмали в ее собственный кабинет, чтобы посекретничать.

— Знаешь, Селборн не такой большой городок, большинство ведьм знает друг друга чуть ли не с детства. И Бранвена с юности была неприкасаемой стервой в белом пальто. Ее мать все действительно уважали, заслуженно. А тут… непонятно что! Уверена, Камиль не единственная ее жертва!

— Как минимум еще ее напарник по грабежам, — хмуро процедила я. И, наткнувшись на недоуменный взгляд, пояснила: — Местная светлость была в доле с тем ведьмаком, которого вам заказала. Они вместе банк много лет грабили. Просто тогда вот-вот должна была приехать комиссия из банковского надзора, которая могла обнаружить несовпадение. И ведьмак занервничал. Вот хитрожопая мадам и решила его убрать с помощью вашего агентства. Камиль разве не рассказывал?

— Нет…

Эмали оказалась не готова к настолько явной наглости. Она посидела немного, широко распахнув глаза и с изумлением глядя в одну точку. Наконец, переварив, встряхнулась, встала, открыла сейф и вытащила оттуда бутылку местного коньяка. Налила мне в крышку-стопку, сама глотнула прямо из горла.

— Она была так убедительна. Принесла фотографии. Сказала, что не хочет привлекать финансовую полицию, так как очень переживает за подругу, в чью семью входит воришка. Кражи довольно мелкие, а позор будет крупный. И заказала, чтобы тот мужчина умер через три дня, — почти слово в слово повторила Эмали рассказ моего мужа. — И я была уверена… Я даже не сомневалась, что Камиль сорвался, наговорил ей гадостей, а потом усыпил. Конечно, в то, что он мог ее проклясть всерьез, я не верила. Только они ведь раньше встречались, и Бранвена его обманула…

— Конечно, ты знаешь Камиля дольше и лучше, чем я. Но мне сложно представить моего мужа говорящим какой-то женщине, особенно ведьме, гадости. И зачем он ее потом усыпил, по-твоему?

Я не