Шах и мат - Мэлори Блэкмен

– Калли-Роуз, ты отправляешься в школу «Хиткрофт», и точка. Конец разговора.

– Разве я не имею права решать, куда идти?

– Нет, – ответила мама. – Не в том случае, когда речь идет о твоем образовании. Ты просто должна верить, что мы делаем для тебя все возможное.

– Но Никки не может позволить себе «Хиткрофт».

– Я ничего не могу с этим поделать, Роуз.

– Ты просто не хочешь, чтобы я была счастлива. – Я выбежала из комнаты, слезы душили меня изнутри.

– Я хочу, чтобы ты была очень счастлива! – крикнула мне вслед мама, пока я бежала наверх. – Вот почему ты едешь в «Хиткрофт».

На полпути вверх по лестнице я решила, что моя комната недостаточно далеко от нее. Как несправедливо! Школу «Хиткрофт» выбрала мама, а не я. Она всегда добивалась своего, хотя это была моя жизнь, а не ее. Несправедливо.

– Я пошла кататься на велосипеде! – крикнула я.

– Прошу прощения? – Мама выросла на пороге будто из-под земли. Лицо ее не предвещало ничего хорошего. Она всегда так реагировала на непослушание.

– Можно я пойду покатаюсь на велосипеде, пожалуйста?

– Я так и поняла. Только вверх и вниз по дороге, хорошо? И у тебя есть полчаса. Потом я хочу, чтобы ты вернулась домой и улеглась спать.

– Но за полчаса я не успею, – запротестовала я.

– Тогда пятнадцать минут?

– Значит, полчаса, – пробормотала я.

– Рада это слышать.

– Да, мам.

– Роуз, я отправляю тебя в «Хиткрофт» не со зла, – тихо сказала мама. – Просто хочу, чтобы у тебя была хорошая, полноценная жизнь. А хорошая жизнь зависит от нашего выбора. Если решишь править миром, быть адвокатом, врачом или смотрителем зоопарка – твое дело. Но ты сможешь выбирать, если получишь достойное образование. Без этого выбора не будет вообще. Ты поняла?

– Да, мама.

– И мне жаль, что так вышло с Никки, – продолжила мама. – Я знаю, что вы с ней очень близки, но ты не можешь жить ради других людей. Тебе стоит делать то, что лучше для тебя, а не для Никки.

– Если я не могу жить ради других людей, то почему ты можешь указывать мне, что делать? – спросила я.

– Потому что я твоя мама, – ответила она с этой странной логикой взрослых.

– Мам, ты можешь просто подумать об этом? Пожалуйста? Просто подумай о «Фарнби».

– Роуз, «Фарнби» в твоей жизни не случится. Я не собираюсь обещать, что подумаю, если знаю, каким будет мой окончательный ответ. В сентябре ты отправишься в «Хиткрофт». Если он сгодился для нас с твоим папой, то и тебе подойдет.

– Но, мама…

– Калли-Роуз, какую часть слова «нет» ты не понимаешь? «Н», «е» или «т»?

Покачав головой, мама вернулась в гостиную. Я спустилась вниз и вышла в сад за велосипедом. Меньше чем через минуту уже ехала по тротуару, как можно дальше от мамы и дома. Я обещала Никки, что мы вместе пойдем в одну школу. А теперь мама собиралась заставить меня нарушить обещание.

Это несправедливо.

Когда я стану старше, никто не посмеет указывать мне, что делать, куда идти и во сколько возвращаться. Моя жизнь будет полностью принадлежать мне, и никто – даже мама – не сможет мной командовать.

Я добралась до конца дороги, но внутри меня все еще трясло. Мама велела кататься только вверх и вниз, но мне уже исполнилось десять. Я больше не ребенок. Так почему же мне нельзя проехать на велосипеде весь квартал? Я часто так делала вместе с мамой или бабушкой Мэгги, ну а уж в целых десять лет могла управиться сама.

Оглянувшись в последний раз, чтобы убедиться, что мама не смотрит, я повернула за угол и продолжила крутить педали. Вот! Видите! Я же говорила, что могу сама проехать вокруг квартала.

– Прости?

Прямо передо мной встал мужчина-Нуль со светло-каштановыми волосами и темно-карими, почти черными глазами. Если бы я не нажала на тормоза, то врезалась бы прямо в него. Как бы то ни было, мне пришлось быстро опустить ноги на землю, иначе мы с велосипедом перевернулись бы.

– Извини! Я не хотел тебя напугать, – улыбнулся мужчина. – Я ищу женщину по имени Сеффи Хэдли. Мне сказали, что она живет где-то здесь. Не знаешь, где я могу ее найти?

– Она моя… – начала я и прикусила язык.

Сколько раз мама и обе бабушки твердили мне никогда не разговаривать с незнакомцами? Мужчина пошел ко мне. Во рту у меня вдруг стало сухо, как в пустыне. Я оттолкнулась ногами и откатилась назад. Мужчина остановился.

– Ты ее знаешь? – снова спросил он.

– Мне не разрешают разговаривать с незнакомцами.

Я быстро огляделась по сторонам. Дорога внезапно опустела. Вокруг не было никого, кроме незнакомого высокого мужчины и меня. А я уже свернула за угол квартала.

– Мне пора, – сказала я, снова нажимая на педаль.

– Нет, подожди. Я не причиню тебе вреда, обещаю.

– Да даже если бы и собирались, вы бы мне об этом не сказали, верно?

Мужчина улыбнулся:

– Пожалуй, нет. Но я ищу Сеффи Хэдли, надеюсь, она сможет рассказать мне о человеке по имени Каллум Макгрегор. Я долгое время отсутствовал, и мне нужно узнать, где он.

Я опиралась одной ногой о землю, но готова была сорваться с места в любой миг.

– Кто вы? – спросила я, все так же держась подальше.

– Ну я первый спросил! – улыбнулся мужчина. – Так знаешь, где живет Сеффи Хэдли?

– Вы ее друг?

Мужчина вздохнул и покачал головой:

– Не совсем. Видишь ли, мы с Сеффи давным-давно поссорились и с тех пор не общались. И теперь я очень хочу загладить свою вину перед ней – и перед Каллумом. Больше всего на свете я хочу оставить прошлое позади.

– Понятно, – сказала я, медленно сняла ногу с педали и поставила ее обратно на тротуар. – Ну Каллума вы уже не увидите. Он умер еще до моего рождения.

– Каллум умер?

Мужчина попятился, как будто мои слова сбили его с ног.

– Вы в порядке? – спросила я.

– Да… Нет… Я… Я не могу поверить, что Каллум мертв. Как он умер?

– Машина сбила.

Мужчина изумился, затем его глаза на мгновение сузились.

– Кто тебе это сказал? – резко спросил он.

– Мама. Каллум Макгрегор был моим отцом, – ответила я.

Мужчина уставился на меня:

– Ты Калли-Роуз?

– Да… – Я снова поставила правую ногу на педаль.

– И Каллум мертв?

– Верно.

– И кто тебе сказал, что он погиб в аварии?

– Мама. А что?

– Мне просто интересно, – сказал мужчина.

От того, как он смотрел на меня, мне стало не по себе.

– Кто вы? – спросила я.

– Меня зовут Джуд.

Глава 25

Джуд

Мое имя совершенно ничего ей не сказало. Значит, не только Сеффи ни разу не упомянула меня, но и родная мать тоже. Неважно.