Безумие Древних - Виталий Бриз

— Прямо серый кардинал Цвейта, — уважительно кивнул я.

— Серый аль какой другой, но кардиналит она знатно, — хохотнул возница и тут же понизил голос: — Без её ведома и мышь не пёрнет, а бургомистр наш, шепчут, едва ли не каждый чих с Матерью согласовывает.

— Занятно, — протянул я. — И ни один ревизор из столицы ничего не заподозрил?

— А почём я знаю? — поправил картуз возница. — Мож, они там все повязаны, кто ж их разберёт, этих казнокрадцев. Нынешний бургомистр уже пятый год протирает штаны в ратгаузе, значится, всё у него в меду.

— А что говорят про саму Мать, — вернул я разговор в первоначальное русло, — какого она происхождения и как ей удалось добиться такого положения?

— Э-э-э… всякое бают, господин, — замялся Майтуш. — Кто говорит, что она пришла к нам из-за моря, опальная дочка Эрсерского господаря. Другие — что она бывшая столичная штучка из секретного ведомства. А третьи и вовсе — будто не человек она, а ведьма древняя и живёт уже тыщу лет.

— Провинциальные бредни, — хмыкнул Гривс. — Дремучий у вас народишко на севере.

— Поговори мне тут, — зло буркнул Майтуш. — То, что ты рассекаешь по миру на своей лоханке, ещё не значит, что самый умный.

Матрос демонстративно отвернулся.

Остаток пути провели в молчании. Возница фальшиво тянул под нос скабрёзный мотивчик, Гривс клевал носом, а я грел руки в карманах пальто и мечтал о горячем обеде и пинте густого эля.

— Тпру-у-у, — натянул вожжи Майтуш. — Приехали, господин. Вот он ваш «Сонный мерин», — он махнул рукой в сторону трёхэтажного каменного дома с неприметной вывеской на входе.

Гривс вынырнул из дрёмы, ловко спрыгнул с облучка и принялся доставать из салона вещмешки. Следом выбрался я, нащупал в кармане пальто мелочь и сунул извозчику несколько блестящих кругляшей.

— Весьма признателен за содержательную поездку, — благодарно кивнул я Майтушу.

Тот, завидев щедрую плату, расплылся в улыбке:

— Нема за что, господин. Коль ещё понадоблюсь, отправьте за мной — Майтуша у нас каждая собака знает. — Затем перевел внимание на стоявшего с хмурым видом Гривса. — Свисток, кончай уже дуться. Жду тебя в «Прелестях Молли» после заката. Бывайте! — Он щёлкнул вожжами, ландо затарахтело по брусчатке, и ещё какое-то время густой морозный воздух разрывало фальшивое: «Ах ты душечка, красна девица, мы пойдём с тобой, разгуляемся-а-а-а…»

Незамысловатые, но душевные рулады Майтуша вызвали невольную улыбку, и на душе стало чуть светлей. Сколь мало некоторым надо для счастья. Признаться, на мгновение я даже позавидовал однообразной и до скуки простой жизни возницы. Многие знания — многие беды. Похоже, эта мудрость постепенно становится моим жизненным кредо. Старею, что ли?..

Сморгнув снежинку, я повернулся к Гривсу. Тот терпеливо дожидался рядом, согревая ладони дыханием и косясь на вход в таверну.

— Пойдём, — окликнул я его и шагнул к тяжёлой потемневшей от времени двери.

* * *

Ещё раньше, чем я успел хоть что-то разглядеть внутри, в нос ударил одуряюще аппетитный аромат жареной рыбы. Желудок отозвался тянущим чувством, давая понять, что всецело готов к приёму «гостей». Я прошёл немного вперёд, уступая место следовавшему за мной Гривсу, и встал, осматриваясь.

«Сонный мерин» вполне оправдывал своё название. Просторное квадратное помещение с низкими потолками заполнял уютный полумрак. Подвешенные к балкам и на стенах керосиновые лампы в решётчатых оправах давали мягкий приятный глазу свет. Справа у стены лениво потрескивал камин.

Углядев рядом с ним свободный столик, я решительно направился в ту сторону. Тепла было вполне достаточно, поэтому я снял пальто, повесил на стоявшую рядом вешалку и с удовольствием разместился на стуле. Гривс пристроил рюкзаки у стены и теперь неловко переминался с ноги на ногу. Скрипнула подсобная дверь, пропуская в зал миловидную кельнершу в традиционном цвейтском сарафане с глубоким декольте. Она мигом оказалась у нашего столика и радушно улыбнулась.

— Чего изволите, господа? — Несмотря на обращение, глядела светловолосая девица исключительно в мою сторону.

Гривс шумно сглотнул — то ли от аромата жареной рыбы, то ли от соблазнительных прелестей кельнерши. Я понимающе улыбнулся.

— Вы меня обяжете, если разделите со мной трапезу, — обратился я к матросу. — Порции здесь, полагаю, внушительные, а я хоть и голоден, но достаточно умерен в еде.

При этом я выразительно взглянул на кельнершу. Девица оказалась сметливой.

— Обещаю, господа, голодными я вас из «Мерина» не выпущу, — томно промурлыкала она, чем вогнала бедного Гривса в краску.

Буркнув что-то нечленораздельное, матрос всё же примостился на стуле напротив меня. Не желая усугублять и без того неловкое положение моего визави, я взял дело в свои руки.

— Что у вас нынче на кране из плотных сортов?

— Сейчас в ходу двойной пшеничный бок, — не задумываясь ответила кельнерша. — Сезонный сорт, поэтому пользуйтесь случаем.

— Замечательно. Две пинты для начала.

— Закуски?

— На ваше усмотрение. А вот на второе подайте ту самую рыбу, чей аромат будоражит нас вот уже несколько минут.

Я достал из кармана сюртука несколько курайсов и опустил их в кармашек на переднике кельнерши.

— Я мигом, — просияла девица и, озорно подмигнув мне, заспешила в сторону кухни.

Тепло камина приятно дышало в спину, обволакивало и настраивало на расслабляющий лад. Я обвёл взглядом помещение. Посетителей — всего ничего. Слева от входа троица местных бюргеров потягивала пиво, заедая колбасками, и живо обсуждала достоинства некоей Сабрины. Через несколько столов от них сосредоточенно жевал рыбу худощавый клерк, время от времени бросая на компанию взгляды, полные осуждения и зависти одновременно. В углу справа от нас укрылась парочка: мужчина, судя по костюму, из заезжих и девушка в ярком и не по погоде открытом платье — наверняка из местных профурсеток. Мужчина что-то увлечённо рассказывал своей спутнице, та же не отрывала от него взгляда, периодически ахала и нарочито громко смеялась.

Вернулась кельнерша, поставив перед нами два запотевших бокала, тарелку с копчёным сыром, фирменные цвейтские солёные крендели и тушёную капусту с охотничьими колбасками.

— Приятного аппетита, господа, — обворожительно улыбнулась девица. — Скажете, когда подавать рыбу.

— Ждать ни к чему, — заверил её я. — Прогулка по морозу пробудила в нас зверский аппетит. Так что несите по