Во власти Скорпиона. Кто на новенького? - Гриша Громм

Неплохо. Этот мужик умнее, чем кажется.

— Почему ты не искал потомков рода? — спрашиваю я. — Не пытался разобраться, что случилось с настоящей Сольпугой?

Сергей пожимает плечами.

— Мы простые люди, господин. Кто бы нас стал слушать? — он горько усмехается. — Вон дворяне всё теряют, когда их бог исчезает. Целые рода рушатся. А мы — кто мы такие? Деревенщины, сектанты. Куда нам лезть в дела богов и аристократов?

В этом есть смысл. Хоть и неприятно осознавать, но такова жизнь.

— Хорошо, — говорю я. — Иди. Залечивай раны, отдыхай. Скоро я решу вашу судьбу.

— Какую судьбу? — в его голосе слышится явная тревога. — Вы же сказали…

— Дома, еда, работа, — успокаиваю я его. — Надо дать распоряжения, чтобы вам организовали рабочие места и всё остальное.

— Ясно, — он склоняет голову, — простите за недоверие. Я не знал, что вы потомок Сольпуги и…

Сергей запинается, но я не тороплю.

— Вы хороший человек, не бросили нас, хотя это не ваши проблемы. Только что будет с верой?

— Я уже говорил, что не буду вам указывать в кого верить и кому молиться. Это ваш выбор, — встаю, давая понять, что разговор окончен. — Ты многое пережил, Сергей. И многое сделал неправильно. Но ты пытался защитить своих людей. Это заслуживает уважения.

Он смотрит на меня с удивлением.

— Спасибо, господин.

— Не благодари. Ещё успеешь.

Сергей встаёт, кланяется и выходит.

А я сажусь обратно в кресло и думаю.

Хамелеон занял место Сольпуги двенадцать лет назад. Примерно тогда же исчезла моя мать. Совпадение? Или что-то большее? Нет. Уверен, здесь прямая связь.

И ещё — слова Хамелеона о том, что Скорпион и другие боги разделили кольцо Сольпуги. Спрятали осколки. Чтобы она никогда не вернулась.

Зачем?

Что такого сделала Сольпуга, что с ней так поступили?

Слишком много вопросов. Слишком мало ответов.

Но я найду их. Все до единого. Надо узнать правду и воссоединить кольцо. Занесу его Фёдору, пусть посмотрит. Должно же оно как-то собираться обратно…

Вечером стучусь в комнату Оли.

— Войдите, — раздаётся её голос.

Захожу. Она сидит за столом, заваленным книгами и бумагами. Лицо бледное, под глазами — тени.

— Готовишься? — спрашиваю я.

— Пытаюсь, — она вздыхает. — Но, кажется, уже бесполезно.

— Почему?

Оля откладывает книгу и смотрит на меня.

— Я опоздала, Сева. Приём документов закончился неделю назад. Пока мы занимались культом, детьми Котова, всем этим… я пропустила сроки. Да и не верю я в свои силы.

Сажусь рядом с ней.

— И что теперь?

— Теперь — ждать следующего года, наверное, — её голос подрагивает. — Целый год, Сева. Целый год я буду сидеть дома и… но, может, лучше подготовлюсь.

— Эй, — беру её за руку. — Не раскисай. Я же обещал, что что-нибудь придумаю.

— Что тут придумаешь? Правила есть правила. Университет не делает исключений для… — она запинается, — для простых служанок.

— Ты не простая служанка. И ты это знаешь. Ты умница, и я уверен, что всё у тебя получится. А я помогу.

Она смотрит на меня с удивлением.

— Сева…

— Что? Я сказал что-то не так?

— Нет, просто… — она краснеет. — Ты так веришь в меня. Даже больше меня самой.

— Значит, пора и тебе начинать верить в свои силы.

Притягиваю её к себе, обнимаю. Она прижимается ко мне, и я чувствую, как дрожь постепенно утихает.

— Всё будет хорошо, — говорю я. — Завтра поедем в Симферополь. Поговорим с ректором.

— Он не согласится…

— Согласится. Я умею убеждать.

Она поднимает голову, смотрит мне в глаза.

— Ты правда веришь, что получится?

— Верю.

Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга. Потом она улыбается — слабо, но искренне.

— Спасибо, Сева.

— Не за что, — целую её в лоб. — А теперь — спать. Завтра трудный день.

— Ты останешься?

— Если хочешь.

— Хочу.

Ложимся вместе. Она прижимается ко мне, кладёт голову на плечо.

— Сева?

— Да?

— Спокойной ночи…

— Спокойной, — улыбаюсь и обнимаю её крепче.

Утром едем в Симферополь.

Университет — величественное здание в центре города. Колонны, широкие ступени, барельефы над входом. Храм знаний, как любят говорить. И это прямо бросается в глаза.

Оля нервничает. Комкает в руках платок, кусает губы.

— Успокойся, — говорю я. — Всё будет хорошо.

— А если нет?

— Тогда я куплю этот университет и сам тебя зачислю.

Она смеётся — нервно, но всё же смеётся. Я, конечно, не планировал заниматься образованием, но чем чёрт не шутит?

Входим внутрь. Длинные коридоры, высокие потолки. Студенты снуют туда-сюда, не обращая на нас внимания.

Находим кабинет ректора. Стучу.

— Войдите!

Ректор — пожилой мужчина с седой бородой и проницательными глазами. Смотрит на нас поверх очков.

— Чем могу помочь, молодые люди?

— Граф Скорпионов, — представляюсь я. — Хотел бы обсудить поступление моей подопечной.

Он хмурится.

— Приём документов окончен, ваше сиятельство. Правила для всех одинаковы.

— Я понимаю. Но обстоятельства особые.

— Какие бы ни были обстоятельства, — ректор качает головой, — порядок есть порядок. Девушке придётся подождать до следующего года.

Делаю шаг вперёд. Смотрю ему в глаза.

— Послушайте, господин ректор. Эта девушка — одна из самых талантливых людей, которых я знаю. Она выучила право самостоятельно, по книгам. Помогала мне в делах, которые запутали бы иного адвоката. И она опоздала с документами только потому, что помогала мне спасать похищенных детей.

Ректор моргает.

— Похищенных детей?

— Долгая история. Но суть в том, что она заслуживает шанса. Один экзамен. Личный. Если провалит — я уйду и больше не побеспокою вас.

Он молчит. Думает.

— Это против правил, — говорит он, наконец.

— Правила существуют для того, чтобы их грамотно обходить. Разве не этому учат на юридическом?

Ещё одна пауза. Ректор смотрит на Олю — та стоит, опустив глаза, сжимая в руках платок.

— Хм, а вы настырный. Хорошо, — говорит он наконец. — Один экзамен. Сегодня. Если она не справится — разговор окончен.

— Справится.

Экзамен длится два часа.

Я жду в коридоре, меряя шагами мраморный пол. Туда-сюда, туда-сюда. Будто это я сижу там и отвечаю на каверзные вопросы. Наконец, дверь открывается. Выходит Оля.

Лицо — непроницаемое. Я не могу понять, хорошо или плохо.

— Ну?

Она смотрит на меня и внезапно широко улыбается.

— Сдала!

Бросается мне на шею. Я подхватываю её, кружу в воздухе.

— Я знал! Знал, что справишься!

Она смеётся, плачет — всё одновременно.

Из кабинета выходит ректор. Смотрит на нас с явным удивлением. Оля тутже юркает за мою спину. Я прочищаю горло и выпрямляюсь, понимая, как это выглядит со стороны.

— Граф Скорпионов, — говорит ректор. — Должен признать, я был неправ.

— В чём? — не сразу понимаю, к