Пасечник 2 - Дмитрий Николаевич Матвеев

Другой салон и впрямь нашелся. Терентьев так и зашел в него, с телефоном в руке.

Приказчик окинул вошедшего намётанным взглядом. Одет неказисто, но аппарат из последних моделей. Стало быть, деньги у парня водятся. А деньги, как известно, определяют достоинства покупателей.

— Чего изволите? — почтительно склонился он.

— Мы изволим телефон, умеющий работать с инфорами, — сходу заявил Терентьев. — Далее: контракт вот с этого аппарата перенести на новый. И подскажите: телефону нет и месяца, он почти что новый. Нет ли возможности вернуть его в салон с какой-то комиссией? Или, может, существует некая контора, которая за разумные деньги скупает побывавшие в употреблении аппараты?

— А зачем тебе такой телефон? — шепотом спросила Маша, пока приказчик занимался хитрыми манипуляциями.

— Да понимаешь, едва приехал, как один кабатчик попытался меня на деньги развести. И я пообещал отзыв написать, да такой, чтобы его кабак народ за версту обходил.

— И только ради этого? — удивилась девушка.

— Нет, конечно. Я уверен: за инфорами будущее. Думаю, что «Волков-связь», до конца отладив систему инфоров здесь, начнёт постепенно распространять её по княжеству. А там, кто знает, и до столицы империи дело дойдёт.

— Вы совершенно правы, молодой человек, — встрял в разговор приказчик. — Могу даже сказать, что после Рождества Спасителя начнутся работы по добавлению к столичной системе инфоров одного из уездов. Какого именно — сейчас решает руководство компании.

Иван взглянул на свою спутницу. Не требовалось особой проницательности, чтобы увидеть: она очень хочет заиметь такую игрушку. Но проницательность у Терентьева как раз имелась. И он видел: предложить такой подарок — это значит обидеть. Хорошо ещё, что Маша — девушка умная, и мнительностью не страдает. А то можно было бы и вовсе порушить все отношения. Все ведь знают, на что рассчитывают мужчины, делая женщинам дорогие подарки.

Спустя четверть часа молодые люди направились к выходу. Но едва оказавшись на улице, Иван вдруг насторожился, как почуявший врага пёс.

— Маша, назад! — скомандовал он. — Кажется, сейчас что-то случится. У тебя есть с собой оружие?

— Н-нет, — недоуменно ответила она. — Мы же в центре столицы. Зачем?

— За надом, — прошипел он. — Быстро в лавку!

И, запихав девушку обратно, огляделся и прислушался. Опасность исходила с двух сторон. С другой стороны небольшой площади, на которую выходила дверь лавки, и, почему-то, сверху.

Иван машинально поднял голову, пытаясь разглядеть врага и тут же сообразил: крыша или чердак. Выходит, что это ловушка: сейчас он под прицелом, а если попытается броском добраться до врага, то схлопочет в спину — заряд из магического пистоля или арбалетный болт.

Позади щёлкнуло: приказчик запер двери. Всё, теперь в лавку не вернуться. Что ж, придётся выкручиваться самому. И Терентьев бросился бежать вдоль дома

Площадь заполнил пронзительный свист. С крыши дома напротив сверкнул ярко-синий луч, и по каменной стене позади егеря начало быстро расползаться пятно изморози. Снова свистнуло, снова сверкнуло синим, но Иван уже свернул за угол. Он обежал дом и, цепляясь за швы меж камнями кладки, принялся быстро подниматься на крышу.

Видимо, стрелок сумел как-то сигнализировать своему подельнику. Когда егерь добрался до противоположного окна мансарды, увидел только тень, скользнувшую вниз по лестнице. Зазвенело стекло, хрустнул переплёт рамы, а в следующую секунду Иван уже летел вниз на татя, поднимающего компактный арбалет.

Армейский ботинок на толстой подошве ударил по арбалету. Тренькнула тетива. Заорал убийца: болт прошел через сапог из мягкой кожи и пригвоздил ступню к полу. Осталось только слегка, чтобы совсем не прибить, приложить негодяя по темечку. Раз — и готов. Теперь можно было оглядеться вокруг и чуть расслабиться

Задняя дверь чуть приоткрыта — очевидно, убийца через неё зашел и через неё же собирался уйти. Дверь, ведущая вглубь дома тоже не заперта. Она вдруг рывком распахнулась, из неё выскочил приказчик с дубинкой наперевес и замер, уставившись сперва на недавнего клиента, потом на прибитого к полу татя.

— Чего стоишь? Звони в разбойный приказ! — велел ему Терентьев.

Тот исчез, зато в проход выскочила Маша. Увидала на полу тело, чуть побледнела, схватила валяющийся на полу арбалет, быстро перезарядила и встала сбоку от входной двери. Иван принялся проверять карманы своего трофея.

Деньги — видимо, гонорар за работу. Качественный нож на поясе. Небольшой воздушник в кобуре под мышкой. Два золотых перстня с камнями, какая-то висюлька на шее, тоже с камнем.Небольшой нож, пристёгнутый к лодыжке. Гибкий нож, вставленный изнутри в ремень. Тонкая струна с петлями на конце, спрятанная в поясе штанов.

Маша смотрела на это и с каждым новым предметом глаза её становились всё больше. Наконец, после гарроты, Иван поднялся:

— Всё. Больше у него ничего нет.

— Ничего себе! — только и могла сказать девушка. — Целый арсенал!

— Профессионал, — пояснил Терентьев. — Все инструменты должны быть под рукой.

— Но ведь в тебя стреляли из магического пистоля! А тут его нет.

— Был второй, но сейчас его уже не найти. Сбежал, паскуда.

Тут затопали тяжелые казённые сапоги, и в тесное помещение ворвался наряд приставов. Из-за их спин выглядывал приказчик. Приставы тут же навели жезлы на парочку:

— Бросить оружие! Руки за голову!

Иван спорить с людьми при исполнении не стал. Маша тоже. Только арбалет отбросила подальше, чтобы и стражи не смогли так просто дотянуться.

Тут подал голос приказчик:

— Нет, господа приставы, это клиенты мои. А вон тот, что на полу, он как раз тать.

И началось дознание.

Глава 10

Уже в сумерках Иван с Машей добрались до академии. Перед общежитием третьего курса остановились. Пора было прощаться.

— Извини, Маша, я планировал провести день совсем иначе.

Иван изобразил скорбную физиономию и развёл руками.

— Я попытаюсь всё же пройтись по лавкам через неделю. Мне ведь и вправду многое нужно купить.

— Я понимаю, — серьёзно кивнула в ответ девушка. — Ты же не виноват, что какие-то люди решили устроить покушение.

— Главное, непонятно, кто и за что, — кивнул в свою очередь Терентьев. — Впрочем, это мои заботы. Выясню и разберусь. А пока суд да дело, буду машину нанимать, чтобы туда-обратно довезла. Если захочешь присоединиться — милости прошу.

— Я…ещё не знаю, — честно сказала Маша.

Потянулась сказать что-то ещё, но, так и не произнеся ни слова, сдержанно попрощалась и ушла