Пасечник 2 - Дмитрий Николаевич Матвеев

— Именно. Полный контакт.

— Полный? — ещё более недоверчиво уточнил Фома Порфирьевич.

— Полный, — уверил его Иван.

Тем временем не слишком глубоко медитировавшие студенты бросили свои занятия и начали прислушиваться к разговору.

— И как выглядит твой источник? — с подозрением поинтересовался Коробейников.

— Как небольшая куколка. Но едва я установил с ней контакт, как она немного увеличилась.

— Хм-м… — озадачился учитель. — Тогда попробуй вытянуть руку и сформировать шар чистой энергии размером примерно с куриное яйцо.

Иван прикрыл глаза, шепнул мысленно пупсу:

— Слышал? Сделаешь?

И, получив подтверждение, вытянул правую руку. И тут же на ладони возник голубоватый шарик требуемых размеров.

— Хм-м… — еще больше озадачился учитель. — А теперь убери его обратно и создай такой же на другой руке.

Иван вытянул в сторону левую руку. На правой ладони шарик исчез, на левой появился. А потом Терентьев решил пошалить. Шепнул пару слов пупсу, и несколько раз перекинул энергетический сгусток с руки на руку. Потом создал второй шарик, третий, пожонглировал всеми тремя с и, высоко подбросив в воздух поочерёдно поймал и втянул обратно в источник.

За спиной нервно сглотнула вся группа.

— Поразительно! — пробормотал побледневший Коробейников. — Думаю, вам следует назначить индивидуальные занятия. Здесь вам делать уже нечего.

Глава 11

Терентьев поднялся и, провожаемый завистливыми взглядами однокурсников и заинтересованными однокурсниц, отправился в раздевалку. Внезапно у него образовалось окно почти что в два занятия, поскольку следующим числилась гимнастика, а идти на неё нужды не было. Но имелось ещё одно дело. Не сказать, чтобы сильно срочное. Обязательное.

Иван переоделся в академическое и направился в медпункт: для личного дела требовалось измерить магический потенциал перед началом обучения. Первая попытка закончилась неудачно, пришло время совершить вторую.

Всё тот же пожилой доктор в жилете, халате, шапочке, эспаньолке и очках всё так же скучал в своём кабинете в окружении книг, медикаментов и стерильной чистоты.

— Ага, — оживился он при виде Терентьева, — это вы, молодой человек! А я вас уже заждался. Добавили вы мне работы, что верно, то верно. Только вчера и закончил приводить аппарат в норму. Так что милости прошу.

Тут доктор внимательно взглянул на студента и очень серьёзно погрозил ему пальцем:

— На этот раз давайте без выкрутасов. Калибровка измерителя — не самая простая и быстрая процедура, и мне бы не хотелось вновь её проводить. Понятно?

— Понятно, — сделал недоумевающее лицо Иван.

Мол, я не при делах, но раз вам хочется — так и быть, подыграю.

Доктор в ответ прищурился — мол, он-то знает, в чём было дело. Вслух же ничего не сказал, лишь посторонился, пропуская егеря вперёд, в лабораторию.

Здесь тоже ничего не изменилось. Доктор, отвернувшись от студента, чтобы не демонстрировать склонность к суевериям, сотворил знак спасителя и принялся включать свою аппаратуру. Скомандовал:

— Встаньте в круг! Возьмитесь правой рукой за вертикальную рукоять, положите левую руку в нишу ладонью вниз.

Потом сделал пасс, запуская машину, но, памятуя прошлый случай, приготовился тут же её отключить. Аппарат позеленел, дойдя до тёмно-хвойного оттенка, и быстро вернулся к исходному цвету. Доктор в ознаменование успеха вновь сотворил знак Спасителя, стараясь, чтобы это вышло незаметно, и отключил свой агрегат.

— Идемте, господин Терентьев, — произнёс он преехиднейшим тоном, — я расскажу вам про зайчиков и белочек.

— Злопамятность — плохое качество, — попенял ему Иван.

— А забывчивость, — ещё хуже, — резонно возразил доктор.

Он расстегнул халат, уселся в своё кресло и повернулся к егерю.

— Итак, господин Терентьев, ядро у вас маленькое. Крошечное. Сразу видно, что сформировалось оно совсем недавно.

— Да, примерно с месяц назад.

— Ну вот, сами понимаете — ничего серьёзного сейчас ожидать не стоит. А вот потенциал у вас большой. Я бы даже сказал — очень большой. Если мерить в белочках, сейчас у вас две штуки из ста возможных. Если станете заниматься, развивать свой дар, то сможете подняться очень высоко. Скажу честно: в княжестве тех, кто дорастил ядро хотя бы до тридцати зайчиков, единицы. Так что дерзайте, осваивайте свой потенциал, и сможете стать сильнейшим магом княжества.

— Постойте, а почему зайчики? — не понял Терентьев. — Были же белочки!

— А-а, — отмахнулся доктор. — Зайчики, белочки — какая разница! Вы и без того прекрасно меня поняли. Свои рекомендации я в вашем деле изложу, и уже ваш преподаватель подберёт для вас подходящую методику.

— А каналы? — напомнил Иван.

— Каналы ещё хуже. Там у вас вообще — одна белочка из сотни. То есть, ничего мало-мальски сложного и сильного вам изобразить не удастся. Так что тренировки, тренировки и ещё раз тренировки. Тем более, что от гимнастики, я слышал, вы освобождены.

— Иногда мне кажется, — заметил Терентьев, — что у меня в деревне новости распространяются медленнее, чем здесь, в Академии.

Доктор хохотнул:

— Есть такое. А вообще, я рад, что вы сбили спесь с этого надутого болвана Ухтомского. Уж больно любил он похвастать своей силой и атлетическим сложением. И очень обижался, когда эти несравненные достоинства не воспринимали окружающие. Особенно, дамы. Но довольно впустую трепаться. Вам не пора?

— Наверное, пора, — согласился Терентьев. — Но, видите ли, ближайшее занятие по магической практике пройдёт лишь через день, а я бы не хотел терять время. Не подскажете ли вы методики тренировки ядра и каналов? Хотя бы самые простые?

— Ха-ха-ха! — окончательно развеселился доктор. — Вы, наверное, думали, что этих методик, по меньшей мере, с полсотни.

— А сколько на самом деле?

— Одна. И ещё имеется одна непроверенная гипотеза. Непроверенная потому, что нет возможности проверить. Все маги до единого, от сопливого неофита и до седобородых корифеев, тренируют вместимость ядра, опустошая его до последней капельки. Ощущения при этом не самые приятные, но способ работает. После полного исчерпания, источник самостоятельно собирает энергию из окружающего мира. И емкость его каждый раз хоть немного, но увеличивается.

— Понятно, — кивнул Иван. — А теория, очевидно, гласит, что можно, напротив, держать ядро чуть-чуть переполненным и оно при этом будет растягиваться.

— Точно, — удивился доктор.

— А каналы наверняка тренируются пропусканием по ним энергии в количестве, близком к критическому. И получается, что вся тренировка сводится к тому, чтобы пойти на полигон и жахнуть с двух рук