Восточное направление - Роман Борисович Грибанов

перехода в городке Лао Бао. Тот факт, что целая дивизия фактически залезла на территорию сопредельного Лаоса, да еще за неделю до начала боевых действий, Во Нгуен Зиапа волновал мало, если вообще волновал. Не впервой, в войне с французами он уже в апреле 1953-го молниеносным броском вторгался в Лаос, и даже окружил Луангпхабанг, вместе с засевшими там французами, за спиной которых отсиживался король Лаоса. Французы, запаниковав, начали по воздуху перебрасывать туда подкрепления, которых потом им так не хватило на основном фронте войны, в Тонкинской дельте.

Одним словом, к 9:20 части 310-й дивизии вышли к Ке Сань, обходя базу мелкими подразделениями пехоты. Но сначала на американцев обрушился удар с воздуха. Северный Вьетнам в 1962 году не имел достаточного числа бомбардировщиков, шестерка Ил–28 со смешанными советско-вьетнамскими экипажами, вот и все, что было в ВВС ДРВ по состоянию на 09:00 31 октября. Но еще в ВВС было целых три истребительных полка на реактивных МиГ–17. А советские и китайские инструкторы имели кое-какой опыт применения этих машин по наземным целям, успев их накрепко вбить в головы своим подопечным. И в 09:15 на головы американцев в Ке Сань упала восьмерка МиГов из первой эскадрильи 921-го истребительного авиаполка. В отличие от бомбардировщиков, в кабинах, атакующих МиГ–17Ф сидели исключительно вьетнамцы. Первые МиГи поступили на вооружение ВВС ДРВ еще пять лет назад, и на их обучение руководство ДРВ не экономило. Уж очень негативную память о себе оставили налеты французских «Хэллкетов» и «Мародеров» в прошлую войну. А сейчас все эти неприятные ощущения предстояло испытать американцам.

Восьмерка МиГов свалилась на лагерь Ке Сань с востока, со стороны уже взошедшего солнца. На вертолетной площадке как раз поднимался один из немногих СН–34А. Он уцелел после утреннего разгрома, устроенного Вьетконгом американским авиационным базам и как раз прилетел в Ке Сань, чтобы срочно забрать двух тяжелораненых в первом утреннем столкновении. Ведущий восьмерки МиГов, капитан Фам Нгок Лан, чуть отвернув от курса, короткой очередью из пушек полоснул по висящему на высоте нескольких метров вертолету. Два снаряда попали в хвостовую балку, и поврежденная конструкция просто сложилась пополам, под действием нагрузки от момента хвостового винта. К удивлению американских вертолетчиков, перехлеста лопастей основного винта с хвостовым не случилось, и они смогли «уронить» неуправляемый и вращающийся вокруг себя «Чоктай» на землю, на самом краю площадки. На земле, впрочем, было совсем не до них. Половина МиГов несла по две 250-килограммовые фугаски, половина – по два блока 57-мм неуправляемых реактивных снарядов, и сейчас все это богатство, щедро высыпанное вьетнамскими пилотами на головы американцев, взрывалось и горело среди множества ящиков и тюков со снаряжением, амуницией и боеприпасами. Американцам опять аукнулось наплевательское отношение к угрозе обстрелов, как с земли, так и с воздуха. Впрочем, последнюю опасность они не рассматривали даже теоретически, за что сейчас вынуждены были расплачиваться кровью.

Вот такие мысли мелькали в голове у подполковника Ричарда Уинтерса, когда он наблюдал свою базу, испятнанную взрывами и окутанную дымом от многочисленных пожаров, между которыми метались потерявшие управление люди. А МиГи капитана Фам Нгок Лана тем временем развернулись и пошли на второй заход, полосуя обезумевших американцев из пушек. Когда они улетели, личный состав базы вместо нормального воинского подразделения представлял собой полуодетый неуправляемый сброд. Кто-то потерянно сидел на земле, кто-то суетился возле многочисленных раненых, а кто-то просто стоял и в полном ступоре допивал свой утренний кофе, налет пришелся как раз к окончанию завтрака.

В принципе, чтобы привести в порядок свое расстроенное воинство, майору хватило бы и получаса. Все-таки его люди были из элитных соединений, 82-й и 101-й воздушно-десантной дивизии, чуть разбавленные вьетнамцами. Да и сам он в начале службы в 1942 году был вторым лейтенантом в роте Е второго батальона 506-го парашютно-десантного полка 101-й воздушно-десантной дивизии. Потом была высадка в Нормандии, в зоне «Юта», операция «Маркет Гарден», немецкое наступление в Арденнах, и отчаянное сражение в окруженной Бастони, после которого рота Е стала легендой. Крест «За выдающиеся заслуги», «Бронзовая звезда», «Пурпурное сердце», французский «Военный крест», все эти ордена подтверждали его храбрость человека и умение командира.

Потом была Корейская война, где он руководил подготовкой новобранцев в Форт-Диксе, и школа рейнджеров. Подполковник Ричард Уинтерс вообще-то не горел желанием служить в армии, оба раза после демобилизации, в 1946 и 1953-м он открывал свои фирмы и его бизнес шел успешно, но если его призывали из запаса, он делал свою работу офицера хорошо. Последний раз его выдернули с гражданки, когда по приказу Голдуотера, недавно ставшего президентом, летом 1962-го было решено увеличить численность сухопутных войск. И такой опытный офицер, да еще имеющий боевые награды, внезапно оказался очень далеко от своего завода по производству клея в Нью-Брансуик, штат Нью-Джерси. Вполне может быть, что это решение президента спасло ему жизнь, ведь штат Нью-Джерси находился в «черном пятне», так теперь называли американцы зону сплошных разрушений после ядерного удара СССР на севере своей страны. А вот его жена и дети наверняка погибли, и это чертовски сильно повышало его мотивацию. Короче, еще полчаса, и он бы успел. Но вьетнамские командиры тоже имели боевой опыт, и не собирались давать противнику время, чтобы он успел привести себя в порядок. В джунглях на западе взревели моторы, и растерянные американцы с изумлением увидели атакующие легкие танки ПТ–76, рядом с которыми бежали густые цепи вражеских солдат.

Первую атаку они все-таки смогли отбить. Помогло только чудо и вовремя нашедшиеся в этом бардаке несколько новых гранатометов М79, при помощи которых удалось подбить несколько танков. Но потери были ужасны, прорвавшиеся на территорию базы два танка выкосили и подавили кучу народа, пока их не подбили. Вдобавок вьетнамская пехота зацепилась за западную часть укреплений на территории базы, и у Уинтерса не было сил, чтобы их выбить оттуда. И, что хуже всего, было потеряно практически все тяжелое вооружение и транспорт. Десантникам оставалось только умереть, как тогда, в Бастони, в далеком 1944-м. Но тогда в воздухе постоянно была своя авиация, а танки Паттона каждый час выходили с ними на связь, рапортуя, сколько миль они прошли. Сейчас на воздух никакой надежды, судя по тому, как вольготно ведут себя вражеские МиГи, и нет никаких танков, спешащих им на помощь. И подполковник Ричард Уинтерс с ужасом задавал себе вопрос, хватит ли у него мужества повторить знаменитое «Nuts!», как это сделал его командир, бригадный командир Энтони Маколифф, в ответ на немецкий ультиматум. Но он еще не знал, как ошибался. Сейчас, в этом