Восточное направление - Роман Борисович Грибанов

Когда высокие грязно-желтые и коричневые столбы разрывов, сплошным частоколом вставшие перед глазами Ду Кхо, опали на землю, потрясенный лейтенант увидел совершенно иную картину. Ровного песчаного берега реки, где выходил брод, не было. Не было окружающих брод джунглей. Вся поверхность была истыкана воронками, а земля завалена древесным хламом, в промежутках которого валялись какие-то бесформенные куски, кое-где дымящиеся и горящие. В этих кусках с трудом угадывались фрагменты человеческих тел и обломки техники. И всюду торчали раскуроченные вражеские танки. В самых причудливых видах. С поникшими стволами орудий, без башен, или вообще лежащие на боку. Тот, что успел заехать в воду, сейчас вообще был почти не виден. Его башня пропала, наверное, сорванная взрывом и утонувшая, а сам он «стал ниже», вбитый бомбами в речное дно. Над его башенным погоном стоял столб дыма и пара, речная вода, подступившая вровень с танковым корпусом, неспешно вливалась внутрь через погон, заливая пожар внутри, с утробно-шипящими звуками. Звуков, кстати хватало, гул пламени, треск рвущихся в огне патронов, который изредка перемежался резкими хлопками детонирующих при пожаре снарядов к танковым пушкам. Но все равно лейтенанту после непрерывной какофонии стрельбы это казалось тишиной.

Внезапно там, где, казалось бы, уже не осталось ничего живого, раздался звук работающего мотора. А потом среди дыма и пламени, среди груд искореженного железа появился танк. Американский танк М48А2, только теперь он выглядел ужасно. Все навесное оборудование, большой прожектор рядом с пушкой, зенитный пулемет на крыше башни отсутствовали. Шанцевого инструмента, запасных траков, баков, канистр и прочего барахла на корме и по бокам, которое так любили вешать американцы, тоже не было. Вместо него на танке были какие-то дымящиеся обломки и ошметки, крылья над гусеницами тоже были сорваны, но тем не менее он довольно резво двигался. Объехал своих собратьев, мертво дымящих на берегу, и с ходу плюхнулся в воду, подняв фонтан брызг.

Ду Кхо опомнился, прокричав команды своим бойцам, но те уже тоже пришли в себя от удивления, начав густо стрелять по танку. Пули высекали из башни танка мириады искр, гранатометный выстрел прошел буквально в метре с его корпусом. Через несколько секунд второй росчерк гранаты РПГ уперся в маску пушки, сбоку развернутой поперек хода танка башни, и Ду Кхо затаил дыхание, ожидая какого-то эффекта. Тщетно. Ничего не последовало, и последний танк из группы Дженкинса быстро уходил от них, ревя двигателем на максимальных оборотах, в спешке поднимая волны в реке, как заправский эсминец. Один расчет РПГ, пытаясь достать убегающего врага, выбежал прямо на песок возле брода, буквально возле уреза воды. Но тщетно, из-за густого дыма от остальных подбитых танков цель совсем не было видно. Когда американец уже выезжал на противоположный берег, гранатометчик все-таки смог выстрелить. Но дистанция была уже большая, и еще одна граната прошла мимо.

Беркутов, заходя на посадочную полосу передового аэродрома Донгхой, довольно крякнул, когда увидел рядом с двумя Ил–28, стоящими на стоянке, еще тройку бомбардировщиков. Это означало, что техники, работавшие все эти дни, как проклятые, на авиабазе возле Ханоя наконец-то смогли выдать эту тройку машин экипажам. И пусть последние не имели опыта ночных полетов и полетов в СМУ, но сейчас ясный день, и образовавшаяся вторая группа из пяти машин вполне может поучаствовать в боевой работе, уменьшив запредельную нагрузку с его группы. Тем более, надо торопиться, пока внятного зенитного противодействия со стороны противника не наблюдается. Если, конечно, не считать первый вылет для удара по вражеским кораблям.

Чувство глубокого удовлетворения испытывали и все вышестоящие командиры армии ДРВ и Вьетконга. Пока все шло по разработанным планам, даже с некоторым опережением. Во Нгуен Зиап, в штаб к которому стекалась вся информация, довольным взглядом посмотрел на большую карту. Десять минут назад ему позвонил Ле Зуан, его давний политический противник в вечной подковерно-аппаратной борьбе в ЦК ПТВ. С поздравлениями по поводу успехов его войск. Зиап представлял, какой зубовный скрежет на самом деле испытывает в этот момент Ле Зуан. Ведь три года назад его, Зиапа, победителя французов, фракция «южан» в ЦК во главе с Ле Зуаном фактически оттерла от руководства войной на юге. Поручив это еще одному его давнему недругу Нгуен Ши Таню, которому, дабы окончательно утереть ему нос, его покровитель Ле Зуан «пробил» звание старшего генерала. Но после первоначальных успехов, особенно в 1960 году, когда в результате заговора коммунистам чуть было не удалось свергнуть Дьема, положение стало меняться. Отправной точкой стали выборы президента в Америке, новый президент, «бешеный Барри» не склонен был отдавать красным ни малейшего клочка территории на планете. Американская помощь резко увеличилась и Вьетконг начал сдавать позиции. И тогда Хо Ши Мин, неизменный лидер вьетнамских коммунистов решил, что старших генералов много, а вот победитель французов один! И вот сейчас настает момент его, Зиапа, триумфа, который даже затмит своим величием его победу над французами. «Вулкан под снегом»[3] еще раз окинул взором карту.

На юге, в Кохинхине, американцы прочно скованы ударами 9-й дивизии Вьетконга и региональных сил 6-го и 7-го районов ВК. Почти все американские самолеты уничтожены на своих аэродромах, более того, большинство крупных авиабаз либо блокированы, либо уже захвачены. Подкрепления американцев потоплены прямо в порту Сайгона. В центральном Аннаме оба крупных города и дорожных узла блокированы и вот-вот будут захвачены бойцами 308 и 312-й дивизий. 312-я дивизия уже ведет бои на улицах Контума. А главные соединения его армии сейчас стремительно рвутся на юг от 17-й параллели. Уже захвачены Ке Сань и Куангчи, вот-вот падет Пхонг Диен. И самое главное, его части уже подступают ко второму по величине городу Южного Вьетнама, Хюэ. С востока это части 310 и 324-й дивизий, так быстро захватившие укрепленный лагерь Ке Сань, а с запада, вдоль моря, рвется танковый полк 351-й дивизии. Это особенный полк, единственный, который из всех танковых частей армии ДРВ получил новые советские танки Т–54. И как будто для него эти глупцы с юга построили новое шоссе 64, идущее вдоль побережья, почти к 17-й параллели. Но кусок бездорожья от границы до начала шоссе при помощи «ду кич» его танкисты уже преодолели, как и вовремя захваченный региональными силами мост через реку Тханг Хан. И сейчас новые танки с десантом на броне, не встречая препятствий, рвутся прямо к устью реки Ла, а за ней уже лежит Хюэ.

А вот в американских штабах, наоборот, сейчас царило уныние, постепенно переходящее в отчаяние. Положение казалось безнадежным.