На крыльях крови - Брайер Болейн

– Я задала несколько каверзных вопросов про вампиров, которые ей, кажется, пришлись не по вкусу, – я пожала плечами.

– Смертные боготворят нас, – произнесла Куинн, изучая свои ногти. Они были заострены и выкрашены в ярко-красный. – И ты скоро начнешь. Радует, что скоро тебя научат. – Последние слова она произнесла раздражающим, напевным голосом, от которого моя кровь закипела.

– Я тороплюсь на следующий урок, – бросила я, глядя на Блейка. – Думаю, тебе и твоей маленькой банде тоже уже пора.

Блейк лениво улыбнулся.

– Хорошая идея. Лучше не опаздывай, Пендрагон.

Я не ответила, просто свернула за угол и ушла прежде, чем сказала бы ему проваливать на глазах у его прихвостней. Я решила, что Реган бы это не понравилось, и раз уж она сегодня достойно себя вела по отношению ко мне, я решила сдержаться. На этот раз.

Мы прибежали на целительство в самый последний момент. Я уселась рядом с Навином и Флоренс, затем коротко глянула на невысокого крепкого парня.

– Так какая у тебя специализация, Навин?

– Я надеюсь стать разведчиком, – ответил он с ухмылкой. – Большинство гномов становятся разведчиками. И все потенциальные разведчики должны пройти базовый курс целительства. – Он скривился. – Хотя я не переношу вида крови.

По какой-то причине мне это показалось забавным, с учетом того, что мы учились в вампирской академии. Я захихикала.

Он улыбнулся в ответ.

– Знаю-знаю. Иронично, не правда ли? Я был бы ужасным вампиром. Или трэллом.

Улыбка спала с моего лица.

– Не представляю, как кто-то вообще может хотеть быть…

– Доброе утро, класс! – Дверь кабинета распахнулась, и в кабинет вошел мужчина в темной изумрудной мантии.

– Раз уж я для вас лицо новое, давайте представлюсь. Меня зовут профессор Габриэль Родригес, и я считаю, что целительство – самый важный предмет, который вам предстоит изучать на первом году обучения в академии.

С легким стуком профессор поставил на стол поношенный кожаный портфель, затем скинул с себя мантию и бросил ее на соседний стул. На нем была видавшая виды потертая коричневая жилетка, а заплаток на штанах было больше, чем я могла сосчитать. Но несмотря на свою плутоватую внешность, он был не менее впечатляющим, чем профессор Хассан, а может, даже и больше. У Родригеса была такая уверенность, которая заставляла чувствовать, что он со всем справится.

Честно говоря, смотреть на него было приятно. По крайней мере, как на учителя. Его темные волосы были взъерошены словно специально, не как у Навина. Они выделялись на фоне его теплой оливковой кожи. И все же его лицо было испещрено морщинами, сильнее, чем должно быть в его годы. И выглядел он изможденным, словно боролся со сном, притворяясь, что все в порядке.

Я нахмурилась. Профессор Родригес был ходячим противоречием.

И все-таки я села чуть ровнее, желая произвести хорошее первое впечатление на второго грязнорожденного профессора.

Родригес прислонился к парте и скрестил руки.

– Итак, что вы мне можете сказать про искусство исцеления?

Рядом со мной Флоренс медленно подняла руку.

– Мисс Шен? – Я была поражена тем, что он уже знает ее имя. Но видимо, у нее уже сложилась своя репутация в «Кровавом крыле».

– Исцеляющие чары – это ключ к стабильности Санграты, – уверенно объявила Флоренс.

– Очень хорошо. Я согласен. Но как? Продолжайте.

– Двумя способами, – начала Флоренс. – Целителей и алхимиков можно отправлять в военные отряды, которые поддерживают оборонительные позиции и защищают королевство. Во-вторых, они находятся на ключевых позициях в кланах высокородных. Каждой семье нужен как минимум один целитель.

– Очень хорошо, – похвалил профессор Родригес. – Теперь осмотритесь, если еще не сделали этого.

Я покрутила головой и увидела, что мои одногруппники делают то же самое.

– Нет вампиров, – выпалила я прежде, чем смогла себя остановить. Я в смущении прикрыла рот.

– Верно. Вампиры могут исцелять себя сами, но у них редко есть способность исцелять других, исключение составляют некоторые трэллы. И их магические способности не сочетаются с искусством исцеления и алхимией, опять-таки за редкими исключениями. – Профессор посмотрел на меня с любопытством. – Вы, должно быть, мисс Пендрагон. Как консорт Блейка Драхарроу, вы займете высокий пост в триаде и в Доме Драхарроу. – Он нахмурился. – Признаться, я удивлен, что вы здесь, мисс Пендрагон.

– Целительство стояло в моем расписании, – рассеянно ответила я.

Учитель пожал плечами.

– Что ж, видимо, кто-то решил, что вам стоит изучить основы. Хотя если у вас нет способности к исцелению, этот курс может оказаться для вас сложным или даже бесполезным. И, конечно, только самые умелые студенты пройдут на следующую ступень занятий в зимнем семестре.

Я не поняла, случилось ли это потому, что он произнес это как вызов, или потому, что я хотела искупить свое неудачное начало на уроке у профессора Хассан, но я снова вмешалась:

– Возможно, меня отправили сюда, потому что во мне кровь наездников, сэр? Я слышала, что история целителей и наездников драконов очень увлекательная. Не могли бы вы немного рассказать про это?

Класс замер. Я почувствовала, как Флоренс и Навин напряглись по обе стороны от меня.

Вся кровь, казалось, отхлынула от лица профессора Родригеса.

– Кто попросил вас спросить у меня об этом? – потребовал профессор, выпрямляясь во весь рост.

– Я… Никто, – я начала заикаться. – Мне просто показалось, что это интересная тема.

Профессор Родригес холодно посмотрел на меня.

– Насколько я могу судить, вы новенькая в «Кровавом крыле» и Санграте. Вы ничего не знаете о нашей истории. Кто-то сказал вам задать этот вопрос. Я хочу знать кто.

Я молчала. Но внутри я хотела знать, какого черта Реган решила, что это будет интересной темой. Наверняка мне это как-нибудь поможет.

Я надеялась.

– Все в этом кабинете, за исключением мисс Пендрагон, находятся здесь, потому что были выбраны за свою способность к искусству исцеления и алхимии или потому что их специализация соприкасается с ними, то есть вам необходимо знание базовых исцеляющих техник. – Профессор Родригес прошелся взглядом по Навину, Флоренс и мне. – Поэтому большинство из вас, если не все, хорошо знают тему, о которой спросила мисс Пендрагон. И также знают, почему она болезненна для меня.

Я сжалась, щеки покраснели от унижения.

– Мне жаль, профессор…

– Слишком поздно, мисс Пендрагон, – резко ответил он. – Вы задали вопрос, и я дам на него ответ. Даже если вы его уже знаете, а я подозреваю, что знаете.

Я понятия не имела, о чем он говорит. Но я понимала, что убедить его в этом шансов у меня не было. По крайней мере, прямо сейчас.

– Более века назад, когда драконы исчезали