Снова в строю - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

ударил бы идиота магией или пустил ему пулю между глаз. Как думаете, мы заслужили отужинать в этом заведении? — кивнул на вывеску и мысленно дал себе обещание, чтобы несколько примеров о рекламе таких заведений из своего мира поведать Вере. Хотя, актрисе сейчас не до этого бизнеса, лучше объясню Марии, как больше привлечь клиентов.

— Проходите же быстрее! — всплеснула руками шеф-повар. — Лично у вас заказ приму, блюда приготовлю и вам их подадут в кротчайший срок!

Мы, наконец-то, прошли в ресторан и вскоре расселись за столиком. Нам с Настей составил компанию авиатор. Как ни уговаривали Марию, чтобы та к нам присоединилась, но она направилась на кухню, лично готовить праздничный ужин.

— Пойду попудрю носик, — сказала Настя, встав из-за столика, едва только за него сев.

За пару секунд до этого ей сделала какой-то знак госпожа Светлова, но моя помощница почему-то не захотела говорить, что собралась с той беседовать. Возможно, Мария захотела оставить меня с полковником вдвоем, чтобы тот мне о чем-то поведал. У них какие-то личные проблемы или тут что-то другое? Зато господин Зарубин не удивился тому, что Настя отправилась следом за его избранницей, а не в сторону дамской комнаты.

— Михаил Юрьевич, нам бы с вами побеседовать по неким важным вопросам, — сказал авиатор. — Понимаю, что после взрыва поезда вы еще не восстановились, но, боюсь, промедление смерти подобно.

— Илья Максимович, неужели все так печально? — удивился я. — Мария Викторовна продолжает вас избегать?

— Маша, гм, точнее, графиня Светлова, очень хорошая и милая барышня, — расплылся в улыбке мой собеседник. — Хозяйка из нее отличная, слуги не надышатся и любое ее распоряжение стараются незамедлительно выполнить. Души в ней не чают! Знаете, если мои приказы расходятся с пожеланиями Марии Викторовны, то их саботируют наглым образом! — он рассмеялся и улыбнулся. — И ведь ничегошеньки с этим поделать не могу! Даже наказать шельмецов не получается, у тех мощная защита в виде негласной хозяйки поместья. Одна беда, — полковник сокрушенно покачал головой, — становиться официально признанной госпожой и владелицей всего, что у меня имеется, девушка не спешит. Уж, грешным делом, обдумываю некий план по соблазнению, после которого она не отвертится.

— И какие замыслы вынашиваете? — нахмурился я, осознавая, что с бывшей служанкой-графиней не пройдет ни один силовой метод.

Характер у Марии сложный, она многое пережила и боится стать от кого-то зависима. Да, знает, что ее готов защитить, как-то так получилось, что вписался за девушку и теперь уже отступить не получится. А еще у нее очень хорошие, даже прекрасные отношения с Настей и Верой. Подруги тоже за Машу встанут горой. Правда, они ей вдалбливали в голову, чтобы полковника не упустила и как можно быстрее его к алтарю привела. Я тоже не прочь такого развития событий. Авиатор будет чувствовать себя мне многократно обязанным.

— Вот представим, — полковник нервно дернул шеей. — У одного моего неженатого друга есть любимая и она от него оказалась в положении. Приятель не прочь хоть сегодня же стать супругом своей подруги, а та ни в какую. Как думаете, не изменит она свое решение? Ребеночку-то без официального отца придется ох как несладко. Неужели дама не изменит своего мнения?

— Илья Максимович, как вы это себе представляете? — нахмурился я. — Как понимаю, дама далеко не ветряная девочка, умеет и знает, как не забеременеть. Следовательно, на нее будет некое воздействие, чтобы она не поняла происходящее в ее организме.

— Случайности-то происходят, как и благословения свыше, — буркнул Зарубин, а потом на меня просительно посмотрел: — Вы не мог ли бы в этом деле подсобить? Уверен, сумеете сделать так, чтобы Мария ни о чем не догадалась до поры до времени, а потом уже окажется поздно.

— Полковник, вы в своем уме? — покачал я головой. — Это будет некрасиво по отношению к вашей избраннице. Если желаете узнать мое мнение, то таким поступком ее разочаруете и останетесь не только без наследников, но и без Марии. Сбежит она от вас и не посмотрит, что ждет дитя! Вам ли не знать ее характер⁈

— Беременность меняет дам и их взгляды, — попытался возразить авиатор.

— Хотите рискнуть? — хмыкнул я. — Уверен, вы не сами до этого додумались. Неужели вам эту идею подкинула госпожа Исаева? Нет, сомневаюсь, Анастасия Николаевна этого бы делать не стала. Тогда кто? — взгляд остановился на появившейся в дверях парочки.

В ресторан пожаловали госпожа редакторша и маклер, которые оглядываются по сторонам и кого-то ищут.

— Хм, а не от этой ли парочки, — я кивнул в сторону госпожи Зотовой и господина Сидорчука, — исходила такая идея? Готов поспорить, что первым начал Вениамин Степанович, а Нелли Генриховна его поддержала.

— Господин Голицын, вы правы, — кивнул полковник и с облегчением выдохнул: — Благодарю за наставления, уберегли от глупости.

— Это все, о чем желали поговорить? — уточнил я и добавил: — Со своей стороны имею к вам несколько предложений и даже просьб, но это не, — обвел зал ресторана рукой, — не то место.

— В любое время дня и ночи к вашим услугам, — мгновенно ответил Зарубин. — Сделаю все от себя зависящее, чтобы оказать любую помощь.

Ответить я не успел, к нашему столику подошла экстравагантная парочка. Сидорчук себе не изменяет, одет ярко, Зотова от него не отстает. Если первый в ярко-зеленом пиджаке с серебряными пуговицами, малиновых штанах и белых штиблетах, то редакторша выбрала строгий облик. Нелли предпочла длинное вечернее черное платье в пол, шляпу с несколькими перьями и вуалью, небольшой ридикюль на плечике, белоснежные перчатки до локтя и еще держит позолоченный мундштук. Похоже, она так представляет образ писательницы. Хм, перед глазами возникла картинка, как Зотова сидит за столом и стучит по клавишам печатной машинке.

— Какая неожиданная и приятная встреча! — неискренне воскликнул Вениамин Степанович. — Господа, разрешите к вам присоединиться?

— Да-да, господин Голицын, полковник Зарубин, счастлива вас видеть! — улыбнулась госпожа Зотова, при этом почему-то смотря на полковника, который хмуро их рассматривает.

— Любезный, организуй еще несколько стульев, к нам друзья подошли, — попросил я официанта.

— Будет исполнено, — кивнул работник ресторана.

Мы с полковником поздоровались с пришедшей парочкой, при этом оба на них вопросительно смотря, как бы требуя объяснений.

— Каюсь, — Сидорчук