Чужие среди своих - Lost In Space

— Ну нет, Инквизитор. Так легко ты меня не возьмешь, — прорычал я.

Мне нужно было уничтожить следы. Уничтожить терминал, чтобы система не смогла провести анализ точки взлома. Но если я просто расстреляю консоль из плазменного пистолета, расследование покажет точечный саботаж. Ваэль поймет, что я заметал следы именно в этом узле связи.

Мне нужна была катастрофа. Событие настолько масштабное, чтобы оно скрыло хирургический взлом под грудой расплавленного металла и хаоса.

Я запрокинул голову, осматривая гигантский зал. Красный аварийный свет выхватывал из мрака колоссальные конструкции. Прямо надо мной, в тридцати метрах выше центральной платформы, проходила магистраль охлаждения. Массивная труба из сверхпрочного полимера, по которой циркулировал жидкий гелий и энергоемкая плазма, отводящая излишки тепла от квантового ядра. Эта труба питала весь вычислительный центр.

Если ее пробить, произойдет неконтролируемый выброс плазмы. Терминал под ней будет просто испарен, а система безопасности переключится с протокола кибер-вторжения на протокол физического выживания базы.

Проблема заключалась в том, что магистраль была бронированной. Выстрел из обычного пистолета оставит на ней лишь подпалину.

Мой взгляд упал на вскрытую консоль, из которой торчали пульсирующие светом оптические кабели. Там текли потоки сырой энергии.

В голове мгновенно сложился безумный, самоубийственный план. Земная импровизация, на которую никогда бы не пошел ни один ксаарианец.

Я выхватил из кобуры свой тяжелый плазменный пистолет. Это было грозное оружие, способное пробить среднюю броню. Я откинул боковую панель на рукояти, добравшись до регулятора магнитной камеры. Пальцы, закованные в перчатки, быстро скрутили предохранитель ограничения мощности. Я перевел оружие в режим критической перегрузки.

Пистолет в моей руке начал мелко вибрировать и нагреваться. Индикатор заряда загорелся тревожным желтым, затем оранжевым. Оружие готовилось взорваться в моих руках. У меня было не больше сорока секунд.

Я бросился к консоли. Разворотив лазерным резаком пучок оптических кабелей, я высвободил толстый провод энергопитания терминала. Искры брызнули мне в лицо.

Я вклинил раскаленный ствол перегруженного пистолета прямо в разлом кабелей, зафиксировав его так, чтобы дуло смотрело строго вверх — точно на нависающую бронированную магистраль охлаждения плазмы. Затем я примотал рукоять пистолета к кабелям с помощью дата-шнура, намертво замкнув контакт спуска.

Энергия суперкомпьютера хлынула в аккумулятор пистолета. Металл ствола начал стремительно краснеть, плавя пластик вокруг себя. Это была уже не пушка. Это была направленная плазменная бомба, питающаяся от сети самой базы.

ВНИМАНИЕ. КРИТИЧЕСКИЙ СКАЧОК НАПРЯЖЕНИЯ В СЕКТОРЕ УПРАВЛЕНИЯ.

Голос системы стал визгливым. Кристалл ядра завращался так быстро, что превратился в сплошной серебристый торнадо.

Я не стал ждать. Я развернулся и побежал.

Магнитные подошвы тяжело лязгали по прозрачному мостику. Бежать в вакууме по узкой полоске стекла, когда над головой назревает техногенная катастрофа — сомнительное удовольствие. Я отключил магниты на середине пути и, сильно оттолкнувшись, полетел в невесомости прямо к наглухо закрытым плитам шлюза, как торпеда.

Пистолет на консоли достиг критической массы. Раздался звук, похожий на треск разрываемой ткани мироздания. Ослепительная, яростная вспышка бело-голубого света ударила по глазам даже сквозь защитные фильтры линз.

Ствол пистолета не выдержал. Накопленная энергия вырвалась наружу узконаправленным копьем сверхгорячей плазмы. Этот луч ударил вертикально вверх и прошил бронированную обшивку магистрали охлаждения так же легко, как раскаленный нож проходит сквозь масло.

Взрыв был колоссальным. Труба магистрали лопнула по шву. Тысячи тонн жидкого гелия и нестабильной охлаждающей плазмы вырвались в вакуум сферического зала. Реакция была мгновенной. Вакуум не мог погасить этот огонь — плазма несла кислород в самой себе.

Ударная волна — плотный фронт расширяющегося газа и огня — догнала меня за секунду до того, как я долетел до шлюза.

Меня швырнуло вперед с такой силой, словно по спине ударил курьерский челнок. Я врезался плечом и ребрами в стальную плиту заблокированной двери. Броня жалобно хрустнула, поглощая часть кинетического удара, но из легких выбило весь воздух. Перед глазами поплыли черные круги.

Я сполз по двери, чувствуя, как зал за моей спиной превращается в филиал ада. Центральной консоли больше не существовало — она была стерта в молекулярную пыль прямым попаданием раскаленного плазменного шторма. Огромный квантовый кристалл, лишенный охлаждения и избиваемый потоками огня, начал хаотично сжиматься и пульсировать, пытаясь спасти свое ядро.

ТРЕВОГА. КАТАСТРОФИЧЕСКОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ КОНТУРА ОХЛАЖДЕНИЯ. УГРОЗА РАСПЛАВЛЕНИЯ ЯДРА. ПРОТОКОЛ «КИБЕР-ВТОРЖЕНИЕ» ОТМЕНЕН. ПРИОРИТЕТ ОМЕГА-ОДИН: ФИЗИЧЕСКОЕ ПОЖАРОТУШЕНИЕ.

Система сделала именно то, на что я рассчитывал. Искусственный интеллект базы счел, что угроза взрыва реактора важнее, чем поиск источника хакерской атаки. Приоритеты сменились. Теперь это был не взлом. Это была авария века.

Замки бронированной двери за моей спиной лязгнули. В целях предотвращения давления газов в центральной сфере, система безопасности начала экстренно открывать внешние шлюзы для сброса давления в технические коридоры.

Створки разошлись. Поток ревущего, раскаленного газа подхватил меня и вышвырнул из шлюза в коридор нулевого уровня, словно тряпичную куклу.

Я пролетел метров десять и рухнул на металлический решетчатый пол, проехавшись лицом по горячему металлу. Маскиратор на воротнике мигнул, но чудом выдержал удар, сохранив иллюзию лица Эл-Тариса, хотя теперь оно было покрыто цифровыми помехами и виртуальной сажей.

В коридоре царил абсолютный хаос. Красные сирены выли на запредельной громкости. Из вентиляционных шахт ударили струи белой пожарной пены. Гвардейцы Инквизиции, которые еще минуту назад стояли с каменными лицами, теперь в панике отступали от распахнутого зева «Сингулярности», откуда вырывались языки пламени.

Они увидели меня, лежащего на полу. Два штурмовика бросились ко мне, не понимая, что происходит.

— Командор! — один из них схватил меня за плечи, пытаясь поднять. — Что там произошло?!

Я закашлялся, изображая контузию, хотя кашель был вполне настоящим — легкие обжигал горячий газ. — Диверсия! — прохрипел я, цепляясь за его броню. — Термозаряд на консоли... Чуть не сжег меня! Реактор перегревается! Магистраль пробита!

Слово «реактор» подействовало на ксаарианцев как магическое заклинание. Страх расплавления перевесил все приказы Ваэля о слежке за мной.

— Внимание всем постам! — заорал гвардеец в коммуникатор на запястье. — Код Красный! Террористическая атака в нулевом секторе! Угроза ядру! Требуются аварийные бригады!

Они оттащили меня к стене, подальше от жара. — Вам нужна медицинская помощь, милорд!

— Я в порядке! — я грубо оттолкнул его руки, играя роль разъяренного офицера, чудом избежавшего смерти. — Спасайте кристалл, идиоты!