Трон Войны - Guiltythree

острова, взирая на золотой океан света. Кошмар тоже был здесь, на другой стороне острова… мирно пасся на изумрудной траве. Это зрелище вызвало у Санни недоумение, ведь он никогда раньше не видел, чтобы его конь ел что-то, кроме кровоточащей плоти врагов.

Возможно, трава во сне была такой же вкусной.

К сожалению, Санни не мог долго держать его здесь. Было уже достаточно рискованно уводить Кошмара от его цели, которая едва была убаюкана и могла проснуться в любой момент, если её оставить без присмотра.

Нефис несколько мгновений молча смотрела на него, а затем улыбнулась.

«Итак… похоже, вы и есть мужчина моей мечты¹, лорд Тень».

Санни отвесил ей элегантный поклон.

«Я полностью в вашем распоряжении, леди Меняющая Звезда. Это честь для меня».

Она мелодично хихикнула, а затем серьёзно посмотрела на него.

«Итак, что же мне нужно сделать?»

Он подошёл к ней, осторожно взял её руку и положил себе на грудь.

Затем, глядя Нефис в глаза, Санни сказал:

«Пожалуйста, дай мне немного своего огня».

Выражение лица Нефис неуловимо изменилось, но затем она активировала свою Дремлющую Способность. Её рука зажглась мягким белым сиянием, и по телу Санни разлилось удивительное тепло.

А вместе с ним и мощный поток её эссенции.

Позади него три тени поднялись с земли, превратившись в его идентичные копии. Каждая проявила четыре дополнительные руки, готовые начать плести нити сияющей эссенции.

Семь солнц окутали их сияющим светом.

* * *

В реальном мире разбитый меч мерцал на костяной наковальне. Он вдруг стал менее материальным и превратился в вихрь искр… именно так и происходит, когда разрушается Воспоминание.

Однако на этот раз Санни не позволил искрам света рассеяться в небытие.

Вместо этого он схватил их, направляя их поток по своей воле.

В то же время он упёрся теневыми руками в исчезающий образ меча, не давая его плетению распасться.

Чтобы восстановить, нужно сначала разрушить.

Но Санни не хотел, чтобы Клинок Грёз исчез. Он хотел сохранить его сущность и возродить под своим молотом.

Пока его изначальное тело поддерживало Клинок Грёз в состоянии между существованием и разрушением, аватар раздувал яростное белое пламя, пылающее в печи, и ставил на него тигель.

Внутри уже находились материалы, необходимые для создания сплава: лёд Зимнего Зверя, благословенные металлы и некоторые другие.

Оставалось сделать ещё один шаг.

Стоя над тиглем, Санни на мгновение замешкался, а затем вызвал простой серебряный нож, который он выковал ранее. Подняв руки, он поморщился и рассёк ножом ладонь, а затем усилием воли заставил себя истечь кровью.

Поток багровой крови хлынул в тигель, вскоре превратившись в лёд.

По мере нагревания тигля она расплавится, соединившись с раскалённым сплавом.

Таким образом, она будет служить связующим звеном между различными элементами меча.

Был ли более подходящий ингредиент для создания Воспоминания, чем кровь Ткача?

Санни не был уверен.

Он был сосредоточен на слишком многих задачах одновременно.

Ковка физического сосуда меча.

Поддержание оригинального клинка в состоянии разобранного на самые основные элементы, но не полностью уничтоженного.

Плетение нитей эссенции во сне Неф…

Каждая задача требовала предельной концентрации.

Как долго он сможет выдерживать это напряжение?

Оставалось надеяться, что достаточно долго, чтобы закончить ковку смертоносного клинка.

Внезапно из пореза на его ладони полилось мягкое белое сияние, и неглубокая рана бесследно исчезла.

Санни позволил себе на долю мгновения удивиться, а затем сосредоточился на своей задаче.

Вызвав Иголку Ткача, он потянулся к разрушающемуся магическому плетению Клинка Грёз и осторожно вплёл в его замысловатый узор новую нить…

* * *

Примечания:

1. Слово «dream» можно перевести и как «сон» и как «мечту». То есть буквально это будет значить «вы и есть мужчина моих снов».

Глава 2056

Живой сплав

Кузницу пронизывал почти невыносимый жар. Санни раздувал пламя, наблюдая, как благословенное железо медленно превращается в раскалённую жидкость внутри тигля. Его бледное тело было покрыто потом, а чешуйки замысловатой татуировки сверкали в сиянии белого пламени, словно чёрные драгоценные камни.

Железо расплавилось, залило остатки ледяного сердца Зимнего Зверя и снова застыло. Процесс повторялся снова и снова, пока лёд наконец не начал таять сам по себе.

Санни наблюдал за этим с отстранённым выражением лица.

«…Я рад».

Он испытывал огромную радость, уничтожив Зимнего Зверя, чтобы отомстить за миллионы его жертв… и за себя. Но заканчивать историю их трагической гибели очередным актом разрушения было очень грустно.

Поэтому Санни был рад, что последняя глава в истории Фалькон Скотта станет актом созидания. Что сердце Зимнего Зверя ляжет в основу ковки удивительного меча — меча, который будет сеять смерть, но в конечном итоге будет призван спасти бесчисленное множество жизней.

Он словно вливал все эти осиротевшие души в мистический сплав.

Насколько тяжёлым будет клинок, в который вложены миллионы душ?

…Кровь Санни тоже была там, добавленная в смесь. Странно, но он всё ещё мог смутно ощущать её и даже немного контролировать, как будто его кровь всё ещё была жива, несмотря на то что была изгнана из его тела. А поскольку она служила связующим веществом между различными элементами сплава, то и сам сплав становился немного живым.

Конечно, для того чтобы связать мистический лёд и благословенные металлы воедино, его кровь не требовалась. Это могло произойти само собой, как это произошло на днях.

Однако…

Для следующей части присутствие его крови было необходимо.

Вытерев пот со лба, Санни глубоко вдохнул палящий воздух, а затем взял с верстака зловещую чёрную стрелу.

На первый взгляд стрела выглядела вполне обыденно. Древко было сделано из тёмного дерева, оперение — из вороньих перьев, а наконечник вырезан из куска чёрного обсидиана. Но стрела была совсем не обычной — это была одна из двух стрел из Царства Теней, которые имелись у Санни.

Ужасающий сувенир из Царства Смерти.

Тихо вздохнув, Санни стиснул зубы и крепко сжал стрелу в руках. Напряжённые мышцы перекатывались под кожей, словно стальные тросы, а витки Змея Души, казалось, шевелились. Когда из его губ вырвался прерывистый вздох, чёрная стрела разлетелась на куски.

Она была невероятно прочной, соперничая с прочностью Верховных Воспоминаний. Однако Санни был Трансцендентным Ужасом… его сила была поистине ужасающей, а воля — непреклонной.

Отломив наконечник стрелы от древка, он сжал в кулаке кусок острого обсидиана и раздробил его в пыль, не обращая внимания на кровь, льющуюся на пол.

Затем он высыпал обсидиановую пыль и кровь в тигель. Туда же он бросил и расколотое древко.

Первым загорелось оперение, быстро