Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

Он умер от рака, сгорев за недолгое время уже в девяностых годах. Все ему было некогда, все не до себя, вот и затянул болезнь, несмотря на все усилия врачей и помощь друзей, достававших редкие лекарства и во всем поддерживавших их семью.

А семья была большая, кроме Виктора, первенца, родившегося как раз седьмого ноября сорок первого года, уже после Победы родились Володя, Аглая, Анна и последыш, всеобщий любимец Славчик. Все дети носили свои имена в честь людей, которые любили Надю, и которых она любила.

Славчик- старший, точнее, уже Вячеслав Гагарин, как и мечтал, стал летчиком, да не простым, а испытателем. Но в один грустный день его самолет не вернулся на место расположения. Поиски, как по земле, так и с неба, не увенчались успехом, хотя силы, брошенные на это, были большими.

И только много лет спустя, случайно, осушая болота, в одном из них нашли обгоревший остов самолета, в котором по номерам на моторе и узнали, что это именно аппарат Славчика.

Так и свершилось пророчество Мессинга, который когда - то, давным - давно предвидел, что Славчик взлетит высоко - высоко, выше всех, только если... Вот это "если" и случилось, комиссия выяснила технический недостаток в моторе, который и привёл к этой трагедии.

А первым космонавтом и в этой действительности стал его однофамилец, Юрий Алексеевич Гагарин, и глядя на этого человека с его знаменитой улыбкой, Надя всегда вспоминала своего незабвенного Славчика.

Маруся, конечно, уже Мария Максимовна Михайлова, как и мечтала, стала оперной певицей, выступала и вместе со своим приемным отцом, а потом поддерживала его здоровье и жизнь, заботясь о их семье, как о родных некоторые не заботятся.

Сима и Александр Цфасманы так и продолжали гастролировать по стране, в том числе и во время Войны участвовали во фронтовых бригадах, выезжая на передовую, поддерживая наших бойцов. Их творчество было отмечено медалями, которыми они гордились не меньше звания Народных артистов Советского Союза.

Надя прожила долгую, честную жизнь, так и занимаясь "детдомовской темой", устройством и развитие социальных учреждений по всему Советскому Союзу.

Перед ней все чаще ночами всплывали и исчезали родные лица, вновь вспоминались судьбы людей, которые были ей близки все это время.

Лишь о двух близких мужчинах ничего она не знала до самого конца.

Володя все же выпросился на фронт в самом конце Войны и пропал без вести в апреле сорок пятого года. Тракторина так и не вышла замуж, как её не уговаривала друзья. Она говорила, что ей никто не нужен, кроме Володи, но жила не одна, а вместе с семьёй сестры Нины, помогая воспитывать её детей.

Санек, которого так потряс когда - то в Артеке вид моря, связал с ним свою жизнь, служил на Черноморском флоте, а потоми ушёл в отставку и жил на берегу в маленьком посёлке.

Также никто ничего не знал и о судьбе Пал Палыча. Когда началась Война, их городок был оккупирован немцами. Последние новости были о том, что он возглавил партизанский отряд в тылу врага, а потом, как ни разыскивала Надя сведения о его судьбе и судьбе жены и приёмной дочери, никто не мог ничего сказать, они как в воду канули.

Но Надежда знала, чувствовала, что и в этой, дарованной ей в третий раз жизни, она с ними обязательно встретится.

Там, в прошлом будущем, она умерла от сердечного приступа в почтенном возрасте, но Судьба вновь совершила невероятный кульбит и подарила ей еще одну возможность изменить Историю, подарила ей новую жизнь.

Надя внезапно для себя перенеслась в Российскую Империю тысяча восемьсот девятого года, в тело простой барыни, хозяйки небольшого поместья в Смоленской губернии, которая умирала от сильной простуды, горячки, как тогда говорили.

Осознав себя, первое, что она увидела, было лицо простой крестьянки, Анфисы, которая каким - то чудом выходила и вылечила свою барыню, точнее, уже Надю в этом теле.

Тяжело давалось это выздоровление, ведь и лекарств особых тут не было, но смогла, преодолела недомогание.

Позже она узнала и о том, что ее муж, добрый, безвредный в общем человек, тихий пьяница, единственной отрадой в жизни которого были карты, выпивка и охота, погиб на дуэли от пули случайного бретера, которого он уличил в шулерстве. Тот застрелил походя этого человека, забыв о нем тут же, а у Нади на руках осталось сорок душ крестьян, заложенное имение и куча долгов, и она теперь ломала голову, что же ей делать с этим "богатством".

И вот теперь, глядя на слабый свет оплывающей свечи, она слушала завывание метели за окнами ее дома. Голова её клонилась все ниже, она почти засыпала, когда её окликнула все таже Анфиса:

- Кто - то едет, барыня, слышите, колокольчики звенят.

- Едет? В такую метель? Тебе не показалось?

- Да вроде не показалось.

- Поди тогда, позвони в било, да отправь Семена с факелом на дорогу, пусть посмотрит, кто там едет.

Чуткий слух крестьянки не подвел ее, и через несколько минут Семен, конюх и сторож, действительно привел во двор сани, в которых лежал полузамерзший мужчина в гусарской форме, явно слишком легкой для этого времени года. Лошадь глубоко дышала, поводила боками, на которых висели клочья пены, а возчик выглядел не лучше своего транспортного средства.

Поднялась суета, лошадь выпрягли из саней, обтерли, поводили по двору и отправили в теплое стойло приходить в себя. Семен увёл возчика к себе в пристройку, отпиваться чаем и чем ещё покрепче.

А молодого гусара внесли в дом, растирали его руки, отпаивали горячим сбором, и он быстро пришёл в себя.

- Благодарю вас, сударыня, вы спасли нас! - еще слабым голосом сказал молодой человек.

- Но что же случилось? И почему вы так легко одеты?

- Волки, - сказал он коротко, - Они напали на нас совсем рядом с вашей деревней, уже настигали. Хорошо, я догадался снять свою бекешу и бросить ее на дорогу. Пока они отвлеклись, разрывая ее, тут и ваш человек с факелом вышел, отогнал их огнем. Так что спасибо вам всем, спасли меня! Но я не представился, простите за неучтивость.

- Граф Ростов, Николай Петрович, поручик второго лейб-гусарского Павлоградского полка к вашим, сударыня услугам, - и молодой человек попытался привстать, но тут же упал на кровать,