Край Времени (сборник) - Майкл Муркок

Элрик возвращался в Имррир, чтобы вернуть себе трон Светлой Империи Мелнибонэ, предательски захваченный кузеном Ииркуном. Он отправился в опасное путешествие на торговом судне филкхарианцев с острова Пурпурных городов, где гостил у графа Смиоргана Лысого. Плавание поначалу проходило благополучно, но в безымянных водах между полуостровом Вилмир и островом Мелнибонэ корабль подхватили волшебные ветры, которые сперва занесли его в Драконье море, а затем к Острову чародеев, называвшемуся так потому, что в недоброй памяти времена на нем находилось обиталище Крана Лирета, коварного Похитителя Заклинаний, в конце концов поверженного своими противниками. Однако случилось так, что похищенные им заклинания достались Грродду Айбину Ину, шаману креттин, племени дикарей, мигрировавших на остров из Тихих земель. Заметив у острова торговый корабль, шаман решил захватить его, посчитав, по своему недомыслию, что у него хватит на это сил. Но его планам не суждено было сбыться. В завязавшемся кровопролитном сражении (в котором погибло немало филкхарианцев) дикари были наголову разбиты, а сам шаман отправился в преисподнюю. Элрик же и после сражения продолжал преследовать дикарей, пока они не рассеялись.

И вот теперь, оставшись один, он стоял, окруженный бездной, и кричал из последних сил, исторгая крики мысленными сигналами:

– Ариох! Ариох! Помоги мне!

Ни видения, ни слова в ответ. Князь Преисподней не слышал его.

– Ариох! Воздай должное моей преданности! Я утолил твою жажду кровью, честолюбие – душами.

Элрик не дышал. Его сердце остановилось. Он еле шевелил членами.

– Ариох!

Снова никакого ответа. Вокруг одни звезды, мрачные и безжалостные.

Элрик готов был заплакать, но от леденящего холода слезы не скатывались, успевая превращаться в льдинки. Элрика охватил страх, какого он никогда не испытывал. Собрав последние силы, он дотянулся до рукояти меча и почувствовал встречное движение Бурезова. Рука наполнилась и отошла в сторону, держа меч, источавший черный огонь. Раздался воинственный клич Бурезова.

– У нас одна судьба, одни устремления, – прошептал Элрик обескровленными губами. – Отыщи для нас твердь, или мы найдем свой конец, не осуществив предначертанное.

Бурезов завертелся, как стрелка компаса, увлекая за собой руку Элрика. Он крутился, как собака в поисках следа, на мгновение замирал и снова приходил в возбуждение. Наконец послышался крик, исполненный радости. Бурезов отыскал нужное направление, а к какой тверди, к какой земле – большого значения не имело. Элрик воспрянул духом, как мореход с потерпевшего крушение корабля, заметивший среди, казалось, безбрежных вод спасительный клочок суши.

– Бурезов, в путь! – снова прошептал Элрик.

Меч дернулся вперед, назад, вверх, вниз, словно сражаясь с невидимыми врагами. Казалось, отыскав направление, Бурезов устрашился лежащей впереди тверди, но только придя в движение, он уже не мог успокоиться и повлек Элрика за собой, прокладывая путь в темноте среди угрюмых холодных звезд.

Но вот звезды стали бледнеть, а темнота расступаться, и в разрывах появившихся облаков замелькала морская гладь, а за ней – когда облака рассеялись – внизу показались горы с заснеженными ущельями. Бурезов опустился, отыскав ровный участок. Элрик огляделся по сторонам. Кругом одни горы, над головой – огромное солнце. Но что это? Выше солнца, словно отражаясь в огромном зеркале, виднелась другая местность – пустыня с барханами там и сям и жалкой растительностью. Не поверив глазам, Элрик снова огляделся. Так и есть: вокруг горы, да впереди какой-то провал, а над головой – безжизненная пустыня. Он нагнулся и набрал в ладонь снега. На вид тот оказался самым обычным, но только не таял в руке.

– Это мир Хаоса, – прошептал Элрик. – Он не подчиняется законам природы. – Его шепот подхватили и усилили скалы, отозвавшись зловещим эхом.

Бурезов молчал, словно выбившись из последних сил. Держа в руке меч и утопая по колено в снегу, Элрик направился к замеченному провалу. Время от времени он подымал глаза к небу: над головой была все та же пустыня. Внезапно Элрику показалось, что он передвигается по круглой поверхности миниатюрного мира и, если не остановится, то рано или поздно дойдет до пустыни, а оказавшись среди барханов, увидит горы над головой. Что же, если догадка верна, то предоставляется выбор: замерзнуть в снегу или умереть от жары в пустыне. Погрузившись в эти мрачные мысли, Элрик и не заметил, как дошел до провала.

Провал оказался неглубоким и узким. Его стены уходили вниз на пять футов, а расстояние между ними едва ли было намного больше. На грунте, между стенами, лежали золотые и серебряные панели, чередовавшиеся в шахматном порядке. На их блестящей поверхности отражались одновременно и заснеженные стены провала, и барханы пустыни. За провалом снова тянулись горы.

– Несомненно, здесь правит Хаос, – сквозь зубы процедил Элрик и, немного поразмыслив, спрыгнул вниз, заметив на противоположной стене удобные выемки для подъема.

– Владыки Хаоса играют со мной, но я не сдамся и буду сопротивляться, пока рука держит меч, – продолжил Элрик Мелнибонэйский и направился к выемкам на стене, внезапно обретя силу духа.

Элрика остановило раскатистое рычание. Он обернулся. В проходе показался диковинный зверь с львиной гривой и семью глазами во лбу. Его лапы слегка разъезжались на скользких панелях, а каждый глаз смотрел в свою сторону, отыскивая пришельца, посмевшего вторгнуться в чужие владения. Но вот он припал к панелям, и все семь глаз вперились в Элрика, источая угрозу.

– Назад, выродок Хаоса! Перед тобой Элрик Мелнибонэйский. Назад!

Зверь щелкнул зубами, ударил по панели хвостом, покрытым, как у льва, клочковатой шерстью, затем приподнялся, ощерившись, но лапы его снова разъехались, и Элрик первым нанес удар, угодив мечом в морду страшилищу. Зверь отпрянул. Но оказалось, страшный удар не причинил ему никакого вреда, а лишь привел в замешательство. Однако замешательство длилось недолго. Зверь упер задние лапы в стенку провала и, оттолкнувшись, прыгнул на Элрика. Не удержавшись на скользкой поверхности, Элрик грохнулся оземь.

Глава третья,

в которой Уна Персон спасает от гибели незнакомца

Гигантский жук, чей панцирь переливался всеми цветами радуги, развернулся по ветру и полетел к видневшимся вдали скалистым горам, повинуясь команде своего пассажира. Восседавшая на насекомом Уна Персон довольно кивнула и снова перевела взгляд на прибор, укрепленный на запястье левой руки. С тех пор как вслед за возможностью путешествовать в прошлое путешествия в будущее стали столь же реальными, необходимость следить за возмущениями в структурах времени и пространства значительно возросла.

Уна Персон поймала непонятный сигнал. Размышляя, поджала губы. Еще раз сверившись с показаниями прибора, повернула жука на два градуса к юго-юго-востоку, прямо к горам. Она уже давно поняла,