Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

Нельзя сказать, что Питу как-то особенно приглянулся этот дом — наверняка можно было бы найти недвижимость получше. Но уставший с дороги старик не хотел тратить время на поиски и потому выбрал первое, что попалось на глаза. К тому же строение располагалось близко к салуну, который пускай и был разграблен подчистую, но Питу все равно нравилась идея жить рядом с ним.

У соседнего дома мирно и успокаивающе скрипела ветряная мельница, крепкая, хорошо выдержавшая испытание временем — люди, смастерившие ее, знали свое дело. Она прекрасно дополняла пейзаж и успокаивала нервы равномерным звучанием крутящихся лопастей.

Старые руки растеряли былую подвижность, так что вскрывать замки шпильками Пит уже не мог, хотя в молодости у него это отлично получалось. К счастью, дверь оказалась незапертой, и когда он распахнул ее, наружу высыпало немного песка.

Зайдя внутрь, Пит впустил с собой тепло и свежесть дня. В нос ударил удушливый запах застоявшегося воздуха. Окна, грязные и испещренные песчаным ветром, почти не пропускали солнечный свет.

У Пита сложилось впечатление, что когда-то на Гудспрингс обвалились градом крупные куски льда: возможно, это случилось вскоре после ядерной войны. Потолок с крышей пробило в нескольких местах, и сквозь эти дыры в дом проникали солнечные лучи, вокруг которых кружили комья пыли. Ковры засыпало песком вперемешку с щепками и кусками битумной черепицы.

От прихожей направо и налево вели проходы в спальни, и одну из них прилично замело. Под рассыпчатым холмом оказалась погребена почти вся мебель. Пит заметил торчащее из песка изголовье кровати.

Старик проверил кухню. В раковине уже две сотни лет лежала гора немытой посуды, потускневшей и потерявшей изначальный цвет. На столе покоилась опрокинутая бутылка. Некогда в ней плескалась вода, но со временем она полностью испарилась, оставив грязно-желтые следы на стекле. У стола лежал непрочный старый стул, а рядом на половицах — разбитый стакан.

Подойдя поближе к столу, Пит заметил зеркальце и расческу со множеством черных волос между упругих зубьев. Видимо, когда-то здесь жила женщина и, возможно, у нее были дети и муж. Пит с досадой покачал головой.

Он открыл дверь холодильника и, сморщив нос от нестерпимой вони, тут же его закрыл, заметив пару тарелок с засохшей черной пакостью. Внутри холодильника как будто кто-то сдох, сгнил, покрылся плесенью, из которой потом проросла новая жизнь — и затем снова сдохла.

Откашлявшись и утерев едкие слезы, Пит пришел в себя и пошарил по ящикам, раскрыл пару дверей, но ничего не нашел — либо здешняя семья жила очень бедно, либо все припасы давным-давно обнесли мародеры. В пустых напольных ящиках Пит нашел только крошки, редкие крупинки и макаронины, а в навесных шкафах — паутину со скрюченным пауком в самом центре ветхого узора.

Затем пожилой старатель изучил уборную. Дверь в нее он открывал аккуратно, заранее схватив свободной рукой револьвер. Он был готов к нападению роя сороконожек, оравы крыс или змей, но внутри никого не оказалось. В углу под потолком зияла дыра, сквозь которую сочился солнечный свет, ярко отражаясь от пыльного зеркала над раковиной. У стены стояла большая чугунная ванная, вся наполненная песком до краев.

Пит опасливо взглянул на унитаз с опущенной крышкой. Старик вдохнул побольше воздуха, задержав дыхание, и резко поднял крышку с оружием наготове.

Но ни одна сволочь не полезла из извилистой трубы, ведущей под землю. Ствол револьвера смотрел прямо в темное и идеально сухое нутро санфаянса. Пит подождал полминуты, и это были очень долгие и нервные полминуты, однако никто так и не вылез.

Пит опустил крышку унитаза обратно на пластиковую сидушку и с облегчением выдохнул.

Затем он изучил спальню, но и она оказалась ни то слишком бедной, ни то подчистую разграбленной. На прикроватной тумбе Пит нашел стопку истлевших листов — они рассыпались прямо в его руках, стоило ему их поднять. В распашном двухдверном шкафу нашлись лишь остатки одежды. К фанере прилипла паутина, с виду похожая на марлевую труху. На нижней полке лежала груда иссохшей платяной моли, их крылышки рассыпались на мельчайшие кусочки.

Пита отвлек сильный грохот в прихожей. Двое крепких парней принесли ящики и сумки старика, бросив их прямо на пороге. Он привез с собой не только динамит с деньгами, но также памятные сувениры, инструменты, разную мелочовку и одежду с мылом. Вскоре караван ушел дальше по дороге, оставив пожилого попутчика наедине с вымершим городом.

Весь оставшийся день Пит провел в работе, вооружившись лопатой, которую он притащил с собой из Калифорнии. Старик сгружал песок в ведро и высыпал на обочине дороги. Через несколько часов куча превратилась в гору, нагретую на солнце.

В один из таких подходов Пит, весь в поту и тяжело дыша, переворачивал очередное ведро — и вдруг заметил на другом конце улицы силуэт ребенка. От неожиданности быстро бьющееся сердце, уставшее от работы, подпрыгнуло и забилось еще быстрее. Пит выронил ведро из рук.

Человечек стоял посреди дороги, замотанный в белый платок и тонкое пончо. Пит приложил ладонь козырьком ко лбу, но стоило ему приглядеться, как детский силуэт растаял в горячем мареве, словно пустынный мираж.

С тех пор минуло две или три недели — Пит быстро сбился со счета дней. Каждый день он работал — усердно, но не слишком много. Его старые кости скрипели, суставы ныли, на ладонях натерлись мозоли.

С каждым днем он всё глубже и глубже уходил в себя, пытаясь отвлечься от нудного и однообразного труда. Бесцельно размышляя, он с досадой думал об уходящей жизни и потерянной молодости.

Давил на него и сам город. Гудспрингс оказался мрачным местом. Ветер, гуляя по окрестностям, выл в пустых домах, заставляя одинокие конструкции скрипеть хлипким деревом и ржавым железом. Питу чуть ли не каждую ночь снились кошмары, которые он, впрочем, почти никогда не запоминал.

В итоге Пит уставал быстрее, чем рассчитывал, а работы оставалось еще очень много.

В первые дни Пит отыскал воду благодаря довоенному туристическому буклету, обнаруженному в разграбленном универмаге. Следуя по карте, он откопал исправные водокачки чуть южнее города. Скрытые в лабиринте каменистых предгорий, они покоились под песком.

Пит часто гулял по Гудспрингс. Многие здания выглядели неплохо, но были и те, что развалились в груду хлама. Город условно делился на две половины. В одной стояли сохранившиеся жилые дома, старая школа в колониальном стиле и одинокий дом на высоком холме, где слегка подпрыгивал на ветру изодранный флаг штата Невада. На второй половине находились разграбленные магазин с салуном и