Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

– Нам надо уходить отсюда, – сказал Аннит, грубо поднимая его на ноги. С Лэйит он обошелся ещё хуже, пару раз пнув её в зад. Девушка поднялась на четвереньки, яростно помотала волосами, потом встала. Под окном резко трещали кусты – сквозь них ломилась толпа нелюдей.

Осознав ситуацию, Лэйми выскочил в коридор. Из-за его поворота уже слышалось урчание и стоны. Выглянув из-за угла, он увидел смутно колыхавшуюся толпу, спешно отпрянул назад, но его успели заметить. По коридору раскатился топот множества тяжелых ног.

Дверь в другом конце коридора явно вела на лестницу – но она была заперта. Яросто ударив в неё босой ногой, Аннит лишь отбил пальцы. Скривившись от боли, он осмотрелся и с натугой поднял стоявший у стены тяжелый пылесос. Резкий взмах – и дверь с треском распахнулась настежь. Свет за ней тоже не горел, но через замерзшие стекла пробивались слабые блики фонарей.

Они осторожно подошли к лестнице. Задрав голову, Лэйми посмотрел в сумрак её квадратной шахты. Там царил розовато-фиолетовый сумрак и оттуда не доносилось ни звука.

Лэйит бесшумно побежала наверх, но замерла, когда Охэйо отошел к узкому окну, всматриваясь в туманный сумрак двора. Там всё было тихо и мертво – но с улицы падали рассеянные отблески ярких, бело-розовых фонарей. Их свет, искрившийся на снегу, казался Лэйми неуместно праздничным.

– Всё сначала, – тихо сказал Аннит. – Но здесь они очень скоро нас загонят, а там... есть какой-то шанс. Так что...

С треском открыв раму, он прыгнул вниз. Взобравшись в проем, Лэйми миг помедлил. Прыгать было несколько высоковато, да и снова бегать нагишом по морозу не хотелось – но выбора у него не осталось. Спрыгнув босиком на мерзлую землю, он отбил пятки, но всё же помог слезть Лэйит. Наури оказался последним.

В конце двора виднелись распахнутые настежь ворота, ведущие на улицу, и, невольно прижимаясь друг к другу, они пошли к ним. Кожа Лэйми сразу сжалась от холода и он невольно подумал, сколько выдержит на этот раз.

За воротами был совсем другой мир – залитая ярким бело-розовым светом, совершенно пустая улица. Окна окружавших её трехэтажных, тоже розовых домов с мокрыми железными крышами были целы, но темны. Дома разделяли высокие чугунные изгороди. За ними, в темноте дворов, чернели высокие силуэты голых деревьев.

Туман тут уже не был столь густым, но они всё же замерли, не зная, в какую сторону идти. На пушистом нетронутом снегу не было ни одного следа, – но, услышав справа глухой шум, Лэйми обернулся. Далеко, шагов, наверное, за тысячу, в тумане темнела смутная полоска. Толпа. Настроенная весьма агрессивно – до них донеслись злобные выкрики и явственный звон бьющихся стекол. Больше здесь ничто не двигалось – не было ни людей, ни машин.

– Кто это? – спросил он Охэйо. – Те твари молчали...

– Откуда я знаю? Главное, что до них далеко. Не обращай внимания.

Лэйми прищурился, пытаясь разглядеть толпу, потом вновь перевел взгляд. Слева улица была совершенно пуста и они быстро пошли в ту сторону. Холод всё глубже проникал в тело Лэйми и он понимал, что если они будут бродить так и дальше, то просто умрут. Ног он уже не чувствовал.

Всего через пару минут они остановились вновь, на перекрестке. Все четыре убегавших в туман улицы были совершенно пусты, только далеко впереди, под ядовито-зеленой неоновой рекламой, копошилась толпа каких-то темных теней. Слева был ярко освещенный сквер с дорожками, усыпанными нетронутым снегом. Справа, со стороны моря, – трехэтажный дом внушительных размеров. Его гладкий фасад протянулся метров на сто, а боковые стены терялись в массе разросшихся сверх всякой меры деревьев. Над фасадом в небо вздымалась крутая высокая крыша.

От улицы дом отделяла высокая железная ограда, через которую едва ли можно было перелезть, и некоторые окна в нем ещё горели. Не сговариваясь, они побежали к нему. Ворота в ограде оказались заперты, но замок на калитке был сломан. Миновав её, они ступили на покрытую нетронутым снегом аллею, ведущую к высокому крыльцу, но массивная дверь оказалась заперта и не поддалась на сей раз. А вернувшись на улицу, Лэйми увидел слева несколько непонятно откуда взявшихся высоких темных фигур. Их головы были уходящими в плечи, какими-то оплывшими, как и короткие тумбовидные ноги, зато руки просто огромными – в два раза длинней и толще человеческих. Их сползшие куда-то на горло рты тоже были непомерно большими, глаза – совершенно белыми, страшными. Мгновенно, без малейшего предупреждения, они бросились на них.

Лэйми сразу кинулся бежать – они уже дважды побеждали в схватках, но тогда их враги не были чудовищами.

Они все неслись изо всех сил, однако монстры не отставали от них, очень быстро и ритмично опираясь на руки и выбрасывая вперед свои короткие ноги – совершенно беззвучно, слышался только скрип снега.

Охэйо мог бы без труда загнать лошадь, мчась с ней наперегонки, остальные ему не уступали – но всё же, им никак не удавалось оторваться. Всякий раз, оглядываясь, они видели погоню шагах в сорока позади. Морозный воздух огнем жег горло, в боку кололо и Лэйми думал лишь о том, как бы не упасть, – падение означало смерть не только для него, но и для товарищей, потому что они его бы не бросили. Стараясь спутать след, они бросались на каждом перекрестке куда придется, пока он окончательно не перестал понимать, бегут они к морю или от него.

Они бежали так пять минут, десять, пятнадцать – и Лэйми совершенно выбился из сил. Его сердце уже сбивалось с ритма, несчастные босые ноги, грудь горели. Он задыхался и чувствовал, что сейчас умрет. Тем не менее, их выносливость одержала победу – погоня начала отставать, и, наконец, оглянувшись, они не увидели её.

Лэйми едва мог поверить в их спасение. Не сбавляя хода, он вслед за Охэйо свернул на боковую улицу. Здесь по обе стороны высились двухэтажные бревенчатые дома и глухие дощатые заборы. Окна не горели, лишь вдоль тротуара неровной цепочкой вытянулись низкие синие фонари.

Охэйо сразу нырнул в ближайший темный двор. Его соблазнил сбитый из толстых досок забор высотой метра два с половиной, с путаницей ржавой колючей проволоки наверху. Залезть на него было нереально и им оставалось лишь закрыть узкую калитку. Лэйми тут же упал на четвереньки,