Путь Стража - Алвур

Огрен, тем временем, уже, кажется, забыл, что мы тут с ним вообще-то говорили, и начал активно шариться в вещах, что-то выискивая. Чтобы ему не мешать, мы покинули помещение и вышли на «свежий воздух».

— Вот в этом, том и вон том здании ситуации точно такие же, — потыкал рукой в дома Зевран. Затем, отозвав меня в сторонку, он продолжил полушёпотом: — Но есть и отличия. Я нашёл там кое-что… Неприглядное.

— Что именно?

— Не думаю, что дамам стоит об этом знать. Хотя, Морриган, пожалуй, только хмыкнет. Но прочие будут осуждать и причитать. Кажется, они бросили в одном из зданий роженицу. Может даже не одну.

— С чего ты взял?

— Я, знаешь ли, рос в борделе… Ну, до того, как попал к Воронам, а там бывали и такие случаи. Естественно, меня довольно часто гоняли помогать. Так что характерные пятна, цвета и запахи я могу уловить даже спустя долгое время.

— Верю. Почему ты решил, что бросили?

— Следы борьбы. Запёкшиеся остатки крови, не только красной, но и чёрной. И общая обстановка немного отличается от прочих зданий. Если хочешь поэтичности, то там пахнет отчаянием.

— Из тебя поэт, как из меня проститутка.

— Знаешь, ты был бы…

— Стоп. Ничего не хочу слышать на эту тему. Ни слова. В здание никого кроме Огрена не пускай.

— Я рад, что наши мысли сходятся. Я попросил всех держаться подальше от мест, где наш коротконогий следопыт может найти интересующие его детали. Надеюсь, туда всё же никто не заглянет.

— Давайте отойдём, — во всеуслышание заявил я. — Пусть Огрен пока ищет что-то, что поможет ему определиться с направлением, в котором нам предстоит двигаться дальше.

Огонь опять пришлось разжигать и поддерживать мне. Конечно, кто, если не маг? Винн резко стала «старой больной женщиной», а Морриган высокомерно отвернулась и углубилась в чтение талмуда, который я припёр ей из Башни. Огонь вообще был самой реальной из субстанций, создаваемых магией. Если выпить ту же созданную воду, то неизвестно, как отреагирует твой организм на то, что она пропадёт после того, как маг прекратит подпитывать своё заклинание. Не думаю, что случится что-то хорошее. Нет, можно и из воздуха воду в стакан собрать, но дышать сухим воздухом удовольствие весьма низкого уровня, скажу я вам. Поэтому таким приёмом редко пользуются маги. Только, когда прижмёт… Огонь же, по сути, сам по себе не материальное вещество. А с такими субстанциями магии работать проще. Вот и предпочитают молодые маги начинать с магии огня и молнии, а не, допустим, со льда или камня: помимо зрелищности, они ещё и легче в освоении.

Огрен подошёл к нам через минут тридцать, жамкая в руках очередную небольшую тетрадочку. Вид у него при этом был задумчивый:

— Вот. Дневник Бранки…

— Постой, а у тебя до этого что было?

— Тоже дневник. Только она его забыла. А Бранка, она такая, порядок любит. Ни дня не может провести без записи своих мыслей и достижений.

— Если она так порядок любит, то как же она дневник свой забыла?

— Ну… Это… Забыла и всё тут, — спёр. Однозначно. — Главное не это. Теперь я знаю, где её искать. Вот только…

— Что?

— Записи у неё какие-то странные. Подчерк вроде бы и её, но… Понимаешь, будто бы её рукой кто-то другой писал. И образ мысли будто бы сменился. Через строчку упоминается Наковальня, через две — Каридин. И это под конец дневника, в начале такого нет. Странно это всё.

— Как же она его здесь забыла?

— Да не забыла, а словно бы бросила.

— Так и куда нам дальше идти? — Встрял Дюран.

— В Мёртвые рвы.

— Да ты издеваешься! — Вспыхнул гномий принц. — Там же всё порождениями тьмы кишит после того, как крепость Бонаммар пала! Её Легион отбить так и не смог, а их пять тысяч душ!

— У Бранки было чуть меньше трёхсот, и всё же, они туда отправились!

— И всей толпой там сдохли, — припечатал Дюран.

— Это ты щас сдохнешь, если не заткнёшься. Жива Бранка, слышь меня, жива!

— Да с какого…

— Хватит! — Громыхнул мой голос. — Все устали, все хотят отдыха и какой-то определённости. И все волнуются. Это не повод лишний раз ссориться. Отдохните лучше. Потом попрёмся в эти ваши Мёртвые рвы. Далеко до них?

— Ну, ежели по прямой, то дня три…

— А мы по прямым дорогам не ходим, так что дней пять, — мрачно хмыкнул я.

— Ежели повезёт…

Не повезло. Хотя, учитывая обстоятельства… Можно сказать, что повезло. Архидемон нас не заметил, а мы его рассмотреть успели во всех подробностях. На четвёртый день после того, как мы покинули тейг Ортан, мы добрались до самого края Мёртвых рвов. Это было огромное ущелье, сужавшееся кверху. Мы шли вдоль правой стены этого ущелья, когда услышали звуки ударов кирки по камню. Они доносились с той стороны огромного разлома в толще горы, так что нам не надо было особо скрываться. Но вот оба гнома были крайне удивлены этими звуками:

— Разве порождениям тьмы нужны подручные инструменты?

— Да… Вроде всем нужны. Но вот зачем они тут камень долбят?

Ответил им громкий рёв, похожий на драконий, только со знакомыми реверберациями демонов Тени. И чем-то ещё. Раздался треск камня, и огромный кусок скалы рухнул в ущелье. Несмотря на поднявшуюся в воздухе каменную пыль, я прекрасно видел, как в темноте загорелись два жёлтых глаза, и выползший на край ущелья Архидемон распахнул свои крылья. Поток воздуха разогнал по сторонам пылевое облако, а сама фигура Архидемона Пятого Мора вызвала небывалый ажиотаж: откуда-то из глубин ущелья стали доноситься удары металла о металл и гортанные выкрики. Наша позиция была выше, чем у Архидемона, так что это болезненная летающая ящерица нас не увидела. Интересно, а что же тогда поднимало Моровую тучу? Но теперь хотя бы понятно, почему порождения тьмы застыли и не атаковали так уж активно, как я думал — их босс ещё не освободился до конца. Архитектор, копавший к нему ход, кажется перебдел, сделав ход к высокому начальству слишком узким, и вот теперь его активно расширяли