"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 - Виктория Богачева

– Он – Западный ветер. Он – повелитель снов. Он… он – бог Смерти, Джарджат! Понимаешь? Риан слышит и видит то, что происходит, когда дует его ветер!

– Женщина, – Джарджат насмешливо посмотрел на неё сверху-вниз и высвободил руку, – ты не доспала.

– Я говорю правду! Поверь мне…

Девушка осеклась под его ироничным взглядом. «Я ошиблась… я зря рассчитывала на него», – принцесса замолчала и отвернулась.

– Ты всё сказала, женщина?

– Руэри. Моё имя – Руэри, – процедила она угрюмо.

Надо было придумывать новый план, но пленницу вдруг охватила беспросветная усталость.

– Руэри, – задумчиво повторил Джарджат. – Хорошо. А теперь послушай меня, Руэри. Я обещал сохранить жизнь подданным Южного щита. Я это сделал. На войне имущество побеждённого делят победители, таков закон войны. Но я сохранил не только жизнь твоих людей, я запретил моим воинам касаться их добра и женщин. А ты не сдержала слова. Ты не отдала мне щит полностью.

– Не понимаю о чём ты говоришь, – процедила девушка, пытаясь перебороть поднимающийся гнев.

Высокомерный ублюдок!

– Да? Тогда объясню: твой человек – Дьярви – продолжает удерживать север щита. Прикажи ему сдаться или уйти.

Так Дьярви всё же отступил и удержал, и… Сердце затопила тёплая волна радости. Пусть, пусть Ру ошиблась, но всё же щит не пал до конца! А, значит, ещё есть надежда! Руэри весело взглянула в лицо завоевателя:

– Какая жалость! – ухмыльнулась злорадно. – Я бы и рада ему приказать отдать тебе город, мой милый, но вот беда: коронель не подчиняется герцогу. Только королю. Но, если позволишь, я напишу брату просьбу. А лучше поеду к нему лично и попрошу отдать приказ своему коронелю.

И она невинно захлопала ресницами. Чёрные глаза сузились, лицо Тигра стало страшным. Но девушка не отвела взгляд.

– То есть, – свистящим шёпотом отозвался Джарджат, – ты меня обманула, женщина? У тебя нет власти передать мне щит? Какой же ты хранитель, если всё решает король?

– Обидно, да? Но что взять с бедной, глупой женщины?

Принцесса с откровенной издёвкой смотрела, как его ноздри раздувает гнев.

– Прости, мой милый… И… напомню тебе: ты мне дал клятву. И что женишься, и что я буду единственной, и что сохранишь жизнь моим людям, которые не поднимут против тебя оружия. И клятва эта была безусловной…

– Я помню.

Девушка развела руками:

– Упс.

Голова кружилась от эйфории. Всё было не напрасно. Пусть, пусть получилось не так, как хотелось, но всё же сейчас хранительница победила. Она сохранила город, который иначе был бы уничтожен. Она сохранила армию. Маленькая, но – победа. И обманула Тигра. И пусть враг делает с ней, что хочет! Руэри – дочь короля, её не сломать!

Джарджат с минуту гневно смотрел на обманщицу, а затем внезапно успокоился. Улыбнулся.

– Хорошо, Руэри. Что ж, я даже рад, что заберу моё в боях. Завоеванные земли приносят славу и честь. Отданны даром – только богатство. Я сдержу своё слово. Но твоя ложь означает, что ты сама мне больше не нужна.

– Ты меня казнишь? До или после брака? – мило поинтересовалась Руэри.

Голова продолжала кружиться. Ей вдруг вспомнилось, как отец посмеивался над самим собой и своим подвигом, когда лично заманил в засаду врага и потерял руку. Ру всегда было непонятно, почему Уль, циник и скептик, разумный, хладнокровный, мог сойти с ума и сам вступить в битву. Ведь этого не требовалось! Сейчас она поняла и это: есть какая-то особенная сладость в героизме, та, от которой меркнет трезвый ум, от которой забываешь о выгоде, и близость смерти заставляет поневоле бросаться в бой. Просто невозможно удержаться от желания бросить вызов и победить. Даже если это оборвёт твою жизнь.

Джарджат улыбнулся хищным оскалом зверя:

– Нет, – прошептал и коснулся пальцем её щеки, – нет, женщина. Я дал клятву, и я её сдержу. Ты остаёшься моей невестой. Но ты больше не принцесса, не герцогиня. У тебя нет приданого – так это у вас называется? А потому ты должна будешь его отработать.

– Что?

– Скоро встанет солнце, Руэри. На кухне нужна твоя помощь.

– Что?! Да как ты смеешь!

– За всё надо платить.

Тигр распахнул дверь и крикнул на персиковом наречии:

– Хараан! Проведи эту женщину на кухню. Пусть ей дадут работу. И побольше. Проследи за тем, чтобы она не ела хлеб даром.

– Это низко! – закричала принцесса. – Ты подлец и ничтожество, Джарджат!

Мужчина лишь ухмыльнулся в ответ.

Глава 2. Хочу купаться

– Ничтожество! Мелочное ничтожество! – повторяла Ру, всхлипывая, когда, наконец, добралась до спальни – убогой каморки, на пол которой было брошено несколько пучков сена.

Девушка поджала ноги и, плача, подула на стёртую кожу нежных рук. Конечно, сначала принцесса отказалась выполнять унизительную чёрную работу. Однако Хараан – кривоногий, какой-то весь почти чёрный от жёстких курчавых волос – объявил, что за невыполнение приказа шаха ослушницу ждут плети. Подобного унижения Руэри перенести не смогла бы.

Ей пришлось весь день таскать тяжёлые кастрюли и мыть их речным песком.

– Плёхо, – говорил Хараан, кривя узкие губы. – Переделять.

И Руэри испытывала невероятное желание вцепиться когтями в его узкие блестящие глаза. Сейчас, ночью, невыносимо болели руки. Так остро и сильно, что она почти не чувствовала боли в пояснице и ногах. А ещё желудок сводило от голода – когда принцессе в миску налили жидкую похлёбку, Ру гордо и молча отвернулась, не пожелав есть эту гадость.

– Почему я не убила его? Почему? Надо было хотя бы попытаться!

Пленница уткнулась в колени, не в силах сдержать слёз, а потом и просто откровенно разревелась.

Может, Риан прав? Может нужно было думать о себе? Западный ветер сделал бы её королевой. Да, он не считался с её желаниями, да, он был ужасен, но… В конце концов, побеждает сильнейший, разве нет? Почему Ру должна приносить себя в жертву ради дураков? Разве кто-нибудь когда-нибудь чем-нибудь жертвовал ради неё?

Все эти людишки – подданные короля – ради которых, по мнению отца, должен жить монарх, разве они не предадут её первыми? Руэри называли коварной, о ней ходили грязные сплетни и, остановившись в трактире по дороге в Южный щит, она сама слышала, как подвыпившие мужики, словно старухи, судачат о её