Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Целая культура дуэли, мать его.

Зрители начали расходиться, обсуждая увиденное. Победитель убрал деньги и тоже покинул площадь.

— Здесь дуэли — обычное дело? — спросил я у Мастеров.

— Довольно частое, — кивнул в ответ Роман. — В городе много обладателей питомцев разного уровня. И многие друг друга не знают — сюда приезжают со всего региона. Конфликты случаются, а дуэль — цивилизованный способ их решить. К тому же, — он указал на расходящихся зрителей, — многие рассматривают это как развлечение и способ оценить уровень местных.

— А деньги?

— По взаимному согласию, — объяснил Тимофей. — Иногда дерутся за честь, иногда за деньги. Опытные Мастера могут неплохо зарабатывать, но есть строгие правила: нельзя калечить или убивать без крайней необходимости, нельзя принуждать к дуэли, нельзя использовать отравленное оружие или запрещённые зелья. Всё же это не Истинная Дуэль.

Я задумался, наблюдая, как последние зрители покидают площадь. А ведь для тех, кто умел сражаться, дуэли могли стать источником дохода.

Интересная возможность для проверки собственных способностей против городских профессионалов.

— Достаточно зрелищ на сегодня, — сказал Всеволод, поправляя поводья.

Мы тронулись дальше по мощёным улицам и свернули в более узкую улочку, а спустя пару минут остановились перед солидным трёхэтажным зданием. Вывеска над входом изображала скрещённые клинки с серебряными рукоятями, а под ними было выведено: «Серебряный Клинок».

Строение выглядело респектабельно. Нижний этаж был сложен из серого камня, верхние — из тщательно подогнанного и отполированного дерева. Окна сверкали чистым стеклом, а у массивной дубовой двери дежурил необычный страж.

Зверь поднял голову при нашем приближении и внимательно обнюхал воздух, изучая запахи каждого из нас. Его хвост слегка вилял — признак того, что мы не представляли угрозы.

— Привратник, — пояснил Всеволод, спешиваясь. — Он чувствует агрессивные намерения и предупреждает хозяев о потенциальных нарушителях спокойствия.

Пёс действительно производил впечатление надёжного охранника. Его мускулистое тело говорило о том, что в случае необходимости он сможет постоять за себя и за заведение.

— Здесь вы и остановитесь, — сказал Всеволод, переключив внимание на нас. — «Серебряный Клинок» — приличное место. Вас никто не потревожит.

Он посмотрел на меня серьёзно:

— Максим, запомни главное — никуда не уходи далеко от таверны. За тобой скоро придут.

В его голосе звучала такая определённость, что я не стал спорить.

— Когда?

— Позже. Барон не будет откладывать встречу.

Тимофей тоже слез с лошади и подошёл ко мне. Торговец выглядел усталым после долгой дороги, но в его глазах читалась искренняя теплота.

— Что ж, до встречи, — сказал он, протягивая мне руку.

Я крепко пожал его ладонь:

— Спасибо. За всё.

— Моя лавка называется «Из глубин», находится в Торговом квартале, — продолжил он. — Обязательно заходи, когда будет время. Покажу товар, расскажу что хочешь знать. И кое-что подскажу касательно той зверофермы, о которой мы говорили.

Барут и Стёпа тоже попрощались с торговцем.

— Мы придём попозже в лавку.

— Удачи вам, парни, — напутствовал он. — Город может быть суровым к новичкам, но, если держать глаза открытыми и голову на плечах, можно многого добиться.

Тимофей забрал свои вещи, коротко кивнул Всеволоду и направился вглубь города. Его фигура скоро растворилась в потоке прохожих.

Всеволод проводил его взглядом, затем повернулся к нам:

— Ну что, устраивайтесь. Максим, запомни главное — никуда не уходи далеко от таверны.

Он коротко попрощался и, не заходя в таверну, направился дальше по улице. Никита и Роман забрали наших лошадей и молча последовали за ним. Через минуту отряд уехал, оставив нас троих разбираться самостоятельно.

Мы толкнули массивную дверь и оказались в просторном зале таверны. Воздух здесь был плотным и насыщенным — смесь жареного мяса, дыма от очагов, эля и пота от множества людей. К аромату готовящейся пищи примешивались незнакомые специи, какие-то травы, даже лёгкий металлический привкус от оружия и доспехов посетителей.

Деревянные столы были покрыты множественными царапинами и пятнами от пролитого эля, но всё это выглядело обжитым и, как ни странно, уютным. Каменные плиты пола хранили следы сапог, копыт и когтей питомцев. В углах зала потрескивали факелы, отбрасывая танцующие тени на стены.

За стойкой стоял дородный мужчина с аккуратно подстриженной седой бородой. Его добродушное лицо расплылось в улыбке при виде новых посетителей.

— Добро пожаловать в «Серебряный Клинок»! — поприветствовал он нас. — Меня зовут Гордей. Чем могу служить?

— Нужны комнаты на несколько дней, — сказал я. — Для троих.

— Конечно! — Гордей достал толстую книгу и раскрыл её. — Одиночные комнаты или общую?

— Одиночные, — быстро ответил я. После дороги хотелось побыть в тишине.

— Отличный выбор. Комнаты на втором этаже — по десять медяков за ночь с каждого. В стоимость входит завтрак, ужин и конюшня, если нужна.

Стёпа кивнул — цена была разумной для такого заведения. Каждый из нас достал по десять медных монет и положил их на стойку.

— Спасибо, — сказал Гордей, ловко сгребая медяки. — Добро пожаловать в «Серебряный Клинок».

Он выдал нам железные ключи и объяснил расположение комнат. Затем позвал служку — худощавого парня лет шестнадцати — который помог нам занести вещи наверх.

Моя комната встретила меня запахом воска и старого дерева. Большая кровать с потёртыми, но чистыми простынями, деревянный стол у окна с чернильными пятнами от предыдущих постояльцев, умывальник с кувшином и тазом, небольшой шкаф для одежды. Окно выходило во внутренний двор, где между булыжников росли сорняки, а возле конюшен валялись охапки сена.

Но моё внимание привлёк светильник у кровати. Это было живое существо — насекомое размером с кулак, похожее на светлячка. Его тельце мягко светилось зеленоватым светом, давая достаточно освещения. Существо сидело в изящной клетке из тонких металлических прутьев, и его свет можно было регулировать, прикрывая клетку специальным колпачком.

Я осторожно приблизился к светильнику. Насекомое повернуло ко мне маленькую головку и моргнуло большими глазами. Оно выглядело вполне довольным своей ролью живой лампы.

Усталость от дороги навалилась разом. Я сбросил дорожную одежду, умылся прохладной водой из кувшина и рухнул на кровать. Матрас прогнулся под моим весом — настоящая роскошь после ночёвок на твёрдой земле.

Красавчик устроился на подоконнике, с любопытством разглядывая городские виды за окном. В потоковом ядре мирно дремали остальные питомцы — долгая дорога утомила