Мастер Рун. Книга 7 - Артем Сластин

— Спасибо, мастер Лин, — сказал я. — Я не ждал вас так рано, вы дали месяц на обустройство.

— Гильдия присматривает за всеми мастерами в городе, пусть и не официально. — сказала мне мастер. — Ты только принес адрес своей лавки в гильдию, для регистрации, а я уже знала, что у тебя тут есть и как ты работаешь. Гарантии… Хм, интересная идея, думаешь рабочая?

— Мне нужно привлекать внимание и стимулировать желание покупать, и покупать только у меня, — поклонился я мастеру, благодаря за информацию о том, что я весь на виду. — Вскоре вы не узнаете это место.

— Через неделю покажешь мне что-нибудь новое, — добавила она, направляясь к двери. — Не повторение того, что уже делаешь, а что-нибудь, чего я не видела, что заставит меня поверить, что ты не просто хороший копировщик, а действительно мастер, способный создавать, а не воспроизводить. У тебя неделя.

Она ушла, и я стоял посреди своей лавки, глядя ей вслед. Нда, расслабляться мне нельзя. Сяо, который прятался за полкой весь визит Лин, высунулся и тихо спросил.

— Она страшная, да?

— Скорее справедливая, — ответил я, хотя страшная тоже было правильным словом, мастер Лин была сильным практиком. — Если мы хотим остаться в деле, нам нужно работать. Иди за гранитом, ещё пять кусков, и купи воска и кисти для тонкой работы, у меня есть идея.

Сяо убежал, а я поднялся наверх, в каморку, где на столе лежали заготовки и инструменты, и сел, упираясь лбом в сложенные руки. Идея, о которой я сказал мальчишке, была пока не идеей, а скорее смутным ощущением, что холодильный камень, который я показал на экзамене, можно развить во что-то более сложное и полезное. Для этого мне нужно было время, спокойствие и ясная голова, а ясной голова была только по утрам, до того, как начинались заказы, визиты и бесконечная суета, которая сжирала день целиком, не оставляя ни минуты на размышления.

Со всеми делами, мне пришлось забросить медитации и тренировки, стараясь как можно быстрее отделать сам магазин и сделать его по настоящему достойным по виду. Да и футляры и корпуса для артефактов тоже были важны, мы еще только начинали и всё было впереди.

Я как то внезапно осознал, что работы впереди была просто невообразимая гора. И это значит одно — пора засучить рукава и приниматься за дело.

Глава 7

Посыльный, мальчишка Вэй нашёл меня у мастера Цао, куда я заглянул забрать последнюю партию заготовок. Протянул записку, написанную мелким и аккуратным почерком, с характерным завитком на концах вертикальных черт, который я уже научился узнавать с первого взгляда.

Сегодняшняя записка была из категории «приходи», без конкретики. Размышляя, что ей могло понадобиться, я пошёл, оставив Сяо присматривать за лавкой, о существовании которой, Аньсян, насколько я мог судить, ещё ничего не знала. Последний раз мы виделись до моего переезда с кузни и до аренды помещения на Яшмовом переулке. Я собирался рассказать ей обо всём этом сегодня, она была единственным человеком в городе, чьё мнение о моих делах меня хоть как-то волновало, за исключением мастера Цао.

Дверь с задней стороны лавки была закрыта, но не заперта, и я вошёл, привычно пригнув голову, дверь у неё была низкой. За прилавком никого не было, только рунная лампа горела на столике в дальней комнате, отбрасывая прямоугольник света на пол, и голос девушки донёсся оттуда.

— Заходи, не стой.

Я прошёл за занавеску. Аньсян сидела за своим столом, в домашней одежде, с распущенными волосами. На столе стоял чайник и две чашки, словно она ждала меня именно сейчас, хотя я опоздал минимум на час. Заготовки у Цао оказались не готовы и пришлось ждать, и я уже открыл рот, чтобы извиниться за опоздание, когда увидел, как она наливает чай.

Левая рука двигалась неправильно. Не то чтобы она не двигалась вообще, двигалась, но с осторожной скованностью, которую я достаточно хорошо знал, сам так двигался после ранений в степи. Когда тело ещё помнит боль и автоматически ограничивает амплитуду, даже если ты приказываешь ему не ограничивать.

Она подняла чайник правой, перехватила привычным движением, чтобы налить из левой, и на полпути передумала, вернула в правую, и разлила чай одной рукой. Это заняло у неё на три секунды дольше, чем обычно, девушка сделала вид, что так и было задумано, но я уже заметил.

И рукав, который она носила — длинный, спущенный до костяшек пальцев, хотя в прошлый раз закатывала его до локтя. Ещё одна выбивающаяся странность, потому что в лавке было жарко от нагревательных камней, было бы логично не закутываться так в одежды.

— Ты сегодня какой-то молчаливый, не рад меня видеть? Прошу — сказала она, кивнув на подушку напротив, и я сел, и взял чашку.

— Как рука? — спросил я прямо, не оборачивая очевидное в глупые вопросы, типа что случилось и прочее, это сейчас звучало бы фальшиво, как будто я не вижу очевидного. И было бы просто глупо, человек с повреждённой рукой очевидно не совсем в порядке.

Она замерла с чашкой у губ, и я видел, как за полсекунды в её глазах промелькнули три выражения. Удивление, что я заметил, раздражение, что не удалось скрыть, и, наконец, что-то похожее на усталое принятие, как у человека, который долго бежал и наконец разрешил себе остановиться.

— Заметил, — произнесла она, и это не было вопросом.

— Ты чайник три раза перехватывала.

Она поставила чашку на стол, медленно, аккуратно, здоровой рукой, и посмотрела на меня взглядом, который я уже начал узнавать, взглядом, который означал, что она решает, сколько правды мне выдать, и в каком порядке, и под каким соусом. Это было не приятно.

— Покажи, — сказал я, и она помолчала ещё несколько секунд, а потом закатала рукав.

Рана была длинной, от локтя до запястья, уже подсохшая, стянутая какой-то мазью. Бинты Аньсян не использовала, да и сама рана уже выглядела как минимум недельной давности. Я знал, как выглядят раны от клинка, видел их достаточно и на себе, и на других. Этот порез был именно таким, оставленный лезвием, которое скользнуло по руке сверху вниз, когда она, вероятно, пыталась блокировать удар или уклониться и не совсем успела.

Звериные раны с характерными следами были ни к месту, тогда рана была бы рваной, но здесь металл оставил чистый след.

— Могу чем-то помочь?

— Всё в порядке, остается только дождаться, когда