В преддверии Перестройки - Алекс Русских

к нам присоединился еще руководитель делегации. Я с куратором нашим заранее обсудил куда поедем. Сейчас первым делом покормить людей нужно, поэтому везем их в ресторан. Ничего пафосного, заведение средней руки, но весьма приличное, я там уже не один раз обедал и с Майклом и сам. Очень вкусно кормят и интерьер там приятный, мне нравится.

Проезжали мимо супермаркета, что-то из наших студентов восхитился, что вывесок много, на что тут же получил гневную отповедь от Громина, но, похоже, особого впечатления выволочка не произвела, потому как Лина томным таким голосом спросила:

— А когда можно будет по магазинам походить?

— Через месяц, — пояснил любезно девушке, — Раньше не стоит.

— Эт чо, нас месяц в город не выпустят? — выпучил глаза Рыжов.

Неудобно разговаривать, когда народ реплики с заднего сиденья подает, все время приходится в заднее зеркало поглядывать на них. Но позабавило, как парень глаза выкатил от изумления. Кстати, он действительно рыжий, впрочем, скорее рыжеватый. Еще и Лина рот открыла, но, видимо, Павел то же самое сказал, что и она хотела, чем снял вопрос.

— Не-а, — объясняю я, — В городе погулять можно без проблем, но в магазинах ничего покупать пока не стоит.

— Почему так? — последовал вопрос хором.

— А пусто там сейчас, выбора нет, совсем как у нас, — объясняю особенности аляскинской торговли, — Размели все товары. Тут, на Аляске каждый год дивиденды с нефтяных доходов всем постоянным жителям выплачивают. Вот пару дней назад деньги и выдали. Здешний народ после получения халявы буквально все в магазинах сметает, так что там еще с неделю будут пустые полки. Потом постепенно завозить товар станут, но еще с месяц цены будут зашкаливать. Какой смысл сейчас что-то втридорога брать, если через месяц стоимость упадет и прилично? А вообще, лучше всего закупаться перед Рождеством, тогда распродажи идут, вещи продаются со скидками. Говорят, народу масса в это время в магазинах — люди выбирают подарки. Здесь Рождество — главный праздник, а не как у нас Новый Год.

— Ого, — опять подала голос Лина, — Смотрю, ты тут уже все знаешь.

— Да не то, чтобы все, но я уже месяц тут торчу, еще в и Нью-Йорк летал, в Сан-Франциско.

— А еще где был? — заинтересовался Громин.

— В Чикаго провел день, потом в Ганнибале был, это родина Марка Твена, в Канзас-Сити, в Финиксе. Специально ездил на Большой каньон. Ах да, еще в Лос-Анджелесе встречался с Рэем Бредберри.

Рассказываю не без умысла, все равно эта информация не секретная, тем более я планирую опубликовать путевые заметки, а потому и скрывать факт моих поездок не вижу смысла. С другой стороны лучше сразу показать свои возможности, что-то у меня появились сомнения насчет Лины, очень уж у нее голос какой-то нарочито капризный. Балованная девица, мне так кажется.

— Это ты за месяц уже так попутешествовал? — недоуменным голосом тянет Громин, — А деньги на них где брал?

Ну, да, вечный вопрос наших людей, оказавшихся за границей.

— В Сан-Франциско летал в консульство, они сами попросили. А в Нью-Йорке был по делам издательства, здесь мою книгу перевели, так что пришлось ехать обговаривать некоторые вопросы по оформлению и тексту, — поясняю суть дела, — А на обратном пути решил неделю потратить на путешествие, заодно и страну посмотреть.

Я расхохотался.

— А что смеешься? — спросила Лина, опередив остальных.

— Да, то еще путешествие получилось. В Чикаго на шайку бандитов нарвался, чуть не убили, ограбить хотели. Зато в Финиксе в полицию забрали, приняли меня за шпиона.

Народ пораженно притих.

— Выпустили? — задал глупый вопрос Громин.

— Конечно, — я плечами пожал, — Сидел бы я здесь за рулем иначе. Там просто донес кто-то, что я в самолете на русском писал, ну и в полицию стукнул. Пришлось им свои записи переводить. Но пару часов подержали.

Чувствую, что ждет меня пристрастный допрос у руководителя нашей делегации, но я специально подставляюсь. Я уже и так случившиеся эпизоды в заметки внес, разве что не стал акцентировать тот факт, что в Чикаго на меня черные наехали. А так бандиты и бандиты, сами думайте, кто это был.

— Слушай, а машину ты тут купил? — пока остальные переваривали мой рассказ, задал мне вопрос Павел.

— Не покупал, это автомобиль моего приятеля, дал мне на время. Тут арендовать машину можно, но нужно оформлять страховку, это обязательно. Аренда и полис получатся довольно дорогие.

— А наши права подойдут?

— В принципе да, можно и с ними ездить, но лучше оформить местные, а то остановят полицейские, будут в затылках чесать, пытаясь прочесть документы. И не знаю, как тогда страховку оформлять, ее-то продадут, но цену могут увеличить изрядно. Хотя точно не скажу, это надо у страхового агента выяснять. Вообще тут все дорого, — вздыхаю я, — Тем более на Аляске. Это же Америка, тут деньги — это все. Зато все улыбаются, только не нужно принимать эти улыбки за чистую монету. Это просто так, принято так. «Здесь вообще все просто так, кроме денег», — закончил я свой рассказ цитатой из «Брата-2», впрочем его, кроме меня, никто не смотрел, так что юмор мои собеседники не поняли.

Павел погружается в размышления.

— А мы где жить будем? — следует новый вопрос.

— В одном из общежитий кампуса. Наших преподавателей поселят на этаже для аспирантов, там и молодые профессора живут, им три комнаты выделили. А студенты в комнатах по двое планировалось, но получается, что один из парней будет один жить, а я в городе остановился.

— Так не пойдет, — немедленно возражает Громин, — Вся группа должна быть в одном месте. Придется тебе переселиться в общежитие.

— А не получится, — решил расставить все точки над «i» я, — По договору между нашими университетами за мое проживание и питание отвечает мой издатель. Комнату он мне предоставил в своем доме. Общежитие тут, кстати, весьма дорогое, да и столовая вовсе не дешевая. Он выкладывать эти деньги не будет. Кроме того, мне придется принимать участие во встречах с читателями и в других мероприятиях, причем в других городах. И все это внесено в договор. Опять же, скоро придется лететь в Сан-Франциско, мне сообщили, что моей книгой заинтересовались в ФРГ, так что придется опять выезжать, чтобы подписывать бумаги.

Теперь уже руководитель делегации загрузился, размышляет. Особых сомнений у меня нет — обязательно попытается загнать меня в стойло, я бы даже сказал, всенепременно. Только ничего у него не получится, потому как в договор об издании «Марсианина» внесен пункт о моем участии в любых мероприятиях по выбору издателя. И сопровождение не предусмотрено. Как говорится «насчет