В преддверии Перестройки - Алекс Русских

Потом заказал разговор с Магаданом. Алису звать не нужно, она уже у Урбанов по вечерам, поэтому попросил соединить сразу. Поговорил с невестой, Игорьку сообщил, что видел его папу, передал привет. И как трубку положил, так и почувствовал, что настроение выправилось. Ладно, «Поттер» сам себя не допишет, пойду рубить словесный уголек стахановскими темпами.

* * *

[1] ответ заведующего хозяйством насчет Кисы Воробьянинова, которого ушлый Остап Бендер на пароходе «Скрябин» пытался выдать за мальчика и ассистента художника, И. Ильф и Е, Петров «Двенадцать стульев»

Глава 8

Сделал гадость, сердцу радость

Заработался я вечером так, что отвлекся, только когда почувствовал, что прижимает. Далеко бежать в этом доме не нужно — у меня собственная уборная, причем с ванной. Вернулся, посмотрел на часы, однако четыре утра, а в восемь нужно будет быть в университете. Ну, и какой смысл ложиться спать? Хорошо быть молодым, легко можешь бодрствовать сутки и даже двое, потом отоспался и снова готов к «труду и обороне».

В общем, хоть и проработал всю ночь, но настроение с утра отличное. Еще бы — «Философский камень» закончен полностью. Теперь нужно еще вычитать текст последних глав и можно будет отправлять работу в издательство. Кто молодец? Я молодец.

Для бодрости сделал небольшую зарядку, упирая на растяжку, потом еще десяток минут поплавал в бассейне. Эх, вот чего мне будет не хватать в Магадане. Купаться я люблю, да, вообще, побултыхался в прохладной воде и чувствуешь себя готовым к новым свершениям, вода отлично смывает усталость. Я себя уже настраиваю, что конфликт с Громиным будет продолжаться, несмотря на все уверения Урбана. Ну, и не исключено, что и с кем-то из приехавших студентов характерами не сойдемся, тем более, если они мажоры, то я явно буду не из их круга. Но посмотрим.

Кстати, пока плавал, у меня появилась интересная идея. В голове всплыла информация по фильму «День сурка». Видимо, в какой-то статье в интернете читал, а сейчас вот припомнил, что первоначальный вариант сценария к фильму был написан в 88−89-м годах, а до этого времени еще 3 года. Ну, и почему бы мне не написать небольшую повесть, страниц так на 150? А затем уже на ее основе написать сценарий.

Вот только вопрос, под каким именем публиковать вещь? Можно издать ее под псевдонимом, но мне кажется, что лучше использовать свое имя. Согласно договору, Стафф имеет право публиковать мои произведения, написанные во время моего пребывания в США. Я ему уже три рассказа передал именно для этого. Параллельно их же я отослал в консульство, где у меня имеется свой куратор. Тут дело в чем — я могу писать о чем угодно, но есть темы, которых я касаться не должен. В первую очередь нельзя очернять советскую действительность, ну, и еще кое-что по мелочи.

Минус в том, что мой гонорар забирает наше правительство, мне достаются сущие крохи, зачисляемые на мой счет в Москве инвалютными рублями. Правда, 5 % гонорара я получаю в США долларами, причем в данном случае без вычета наших налогов. В целом не так я много и получаю, но мне плевать, потому как есть еще и неофициальные доходы. Зато есть и существенный плюсы — увеличивается моя популярность, как писателя в Америке и мне проще становится бодаться с попытками надавить на меня. Вот попробуй меня загноби даже в СССР, если за бугром тут же поднимется вой по этому поводу? Раньше бы это не помешало, но нынче времена другие, нынче Перестройка и новое мышление с ударением на первый слог.

Загоревшись идеей, решил, пока есть время, заняться работой и за пару часов, остававшихся до поездки в институт, успел пять страниц написать, заодно и подробный план составить. Я даже от завтрака отказался. Потом по пути киоск, продающий фас-фуд, заметил и купил там хот дог с картошкой фри, быстренько похватал еду прямо в машине, запивая крепким кофе, уже припарковавшись на территории кампуса.

Утро получилось достаточно заполошным. Я буквально минута в минуту успел на вводную лекцию, которую специально устроили для советской группы. Вбежал в последний момент в аудиторию, удостоившись рассерженных взглядов от нашего руководителя, лекторов и обеих девиц. Парни в основном посмотрели насмешливо. Я лицо кирпичом сделал и приземлился за первую парту, благо она свободна оказалась. Ну, формально я не опоздал, я же не виноват, что они раньше собрались. Сказано в десять, значит в десять и нечего тут.

Лектора было сразу два, мужчина и женщина, причем мужчина переводил на русский термины, которые для наших оказывались непонятными. Собственно, несмотря на мой опыт, пару раз и мне пришлось выслушивать перевод. Нам объяснили, как будет проходить процесс обучения, аттестации, прошлись по бытовым вопросам.

В целом полезная лекция оказалась, так как сразу многие вопросы сняла. Мы будем учиться чуть меньше трех месяцев, завершаем курс в середине декабря и отправляемся на родину. Курс включает 384 часа лекций и практических занятий, причем в это время не включается самостоятельная работа, а также сдача зачетов, на которые отводится первая половина декабря. Половина лекций относится к обязательным предметам, остальные можно выбрать самостоятельно.

Что хорошо — геолог из студентов я один, поэтому на большинстве занятий я не буду пересекаться с нашей группой. А вот на дополнительных еще как буду, потому как на них записались и остальные парни. Ну, понятно, информационные технологии сейчас на слуху. Вот девчонки предпочли курсы по искусству и театру.

Дольских опять устроила скандал, требуя, чтобы кто-нибудь из парней тоже записался на те же курсы, что и она. Упирала она на то, что плохо понимает английский и ей нужно переводить. Мои опасения тут же оправдались, Громин наехал именно на меня. Ну, а на кого еще-то? В нашей группе я один не мажор. Отношения с родителями остальных студентов ему портить не хочется, мало ли. Впрочем, ему не обломилось, я решил, что смысла прогибаться нет. Раз пойдешь навстречу, второй, а потом оседлают и только и будут шпорами погонять.

— И какой в этом смысл для меня? — спросил его.

— А, по-твоему, не нужно помогать своим товарищам? — последовал провокационный вопрос.

— Товарищам помогать нужно, — твердым тоном ответил я, и, не давая руководителю открыть рот, продолжил, — Но только, когда это не мешает выполнять свои задачи. Это, во-первых. Во-вторых, никто мне не даст заниматься переводом во время лекций, ведь это будет мешать преподавателю и студентам.