Питер Грант - Бен Ааронович

– Есть множество разных соглашений, – сказал Найтингейл. – И немалая часть нашей работы – следить, чтобы их никто не нарушал.

– Так, значит, еще богиня самой реки? – спросил я.

– Да, Мать Темза, – терпеливо пояснил наставник. – Еще есть бог реки – Отец Темза.

– Они родственники?

– Нет, – ответил Найтингейл, – отчасти в этом и проблема.

– А они правда боги?

– Теологическая сторона этого вопроса меня не волнует, – сказал Найтингейл. – Они существуют, обладают силой и способны нарушить общественный порядок – соответственно, попадают в поле зрения полиции.

Луч поискового прожектора вдруг прорезал темноту. Скользнул по темной реке раз, другой и в конце концов замер, остановившись на сгоревшем остове лодки. Это прибыла Лондонская пожарная служба. Запахло дизелем – пожарный катер медленно, осторожно подходил к сгоревшей лодке, люди в желтых шлемах ждали на палубе, держа наготове шланги и крюки. В свете прожектора стало видно, что верхняя часть моторки почти полностью выгорела, но еще можно было различить, что борта красные, с черной полосой по краю. Я слышал голоса пожарных, они перебрались на палубу, чтобы осмотреть судно. Обыденность этих действий странным образом успокоила меня и одновременно навела на мысль: я и Найтингейл вытряхнулись из постелей, сели в «Ягуар» и помчались на запад до того, как выяснилось, что это просто стандартные последствия вечера пятницы.

– Как вы узнали, что это происшествие по нашей части? – спросил я.

– У меня свои источники, – отозвался инспектор.

Вскоре приехала одна из ричмондских групп быстрого реагирования, а с ними и дежурный инспектор. Далее последовал чемпионат по формальностям, необходимым каждой стороне, чтобы показать свою добросовестность. Ричмонд выиграл по очкам, но только потому, что у них был термос с горячим кофе.

Найтингейл был краток. Он объяснил, что произошла драка между группами молодежи. Несколько подростков ИК1, разумеется пьяных, украли лодку, поплыли на ней от шлюза Теддингтон, а потом устроили драку с группой местных подростков ИК3, среди которых были и девушки. Потом ИК3 сбежали, но компания из Теддингтона случайно подожгла собственную лодку и, попрыгав за борт, тоже скрылась – по набережной, вдоль Темзы. Все согласно покивали: действительно, в пятницу ночью в городе такое действительно случается сплошь и рядом. Найтингейл заверил всех, что никто не утонул, но дежурный инспектор ричмондского участка все же решила на всякий случай вызвать поисково-спасательную группу.

Пометив таким образом каждый свое бюрократическое дерево, инспекторы распрощались.

Мы покатили обратно в сторону Ричмонда, но остановились, не доезжая до моста. До рассвета оставалось около часа, и, поднимаясь вслед за Найтингейлом к железным воротам, я глянул на дорогу, по которой нам предстояло проехать. Она тянулась через городские сады, спускавшиеся к самой реке. Впереди мерцал мягкий рыжеватый свет от фонаря-молнии, висевшего на одной из нижних веток огромного платана. Фонарь освещал ряд арок красного кирпича, прорезанных в насыпи, по которой шла дорога. Внутри этих рукотворных пещер я заметил спальные мешки, картонные коробки и ворох старых газет.

– Я должен побеседовать с этим троллем, – заявил Найтингейл.

– Сэр, – проговорил я, – я думал, мы называем таких субъектов бомжами.

– Этого – нет, – возразил инспектор. – Он действительно тролль.

Под одной из арок возникло какое-то движение. Мелькнуло бледное лицо, грязные взлохмаченные волосы, неопрятные многослойные лохмотья, призванные защищать от зимней стужи. На мой взгляд, самый натуральный бомж.

– Тролль? Настоящий? – уточнил я.

– Его зовут Натаниэль, – сказал Найтингейл, – раньше он спал под мостом Хангерфорд.

– А почему сюда перебрался?

– Очевидно, предпочитает пригород.

«Пригородный тролль, – подумал я, – что тут такого?»

– Вот он, ваш нюхач, верно? – спросил я. – Это была его наводка?

– Успехи полицейского – это успехи его осведомителей, – ответил Найтингейл. Я не стал пояснять, что в наши дни эта служба называется «Секретный информационный отдел».

– Не подходите слишком близко, – предупредил инспектор, – он вас пока не знает.

Натаниэль юркнул обратно в свое логово. Найтингейл подошел и вежливо остановился у самого входа в троллью арку. Я стал притопывать на месте и дышать на ладони. Надеть под пальто форменный джемпер я не додумался, но даже и в нем за три часа у реки февральской ночью задубел бы до смерти. И если б я не так мучительно пытался согреть ладони под мышками, то давно бы уже заметил, что меня разглядывают. Хотя, наверное, я вообще заметил это только потому, что целых две недели учился отличать вестигии от банальной паранойи.

Я вдруг почувствовал неловкость, неожиданное смущение. Как на дискотеке в восьмом классе, когда Рона Танг пересекла нейтральную зону танцпола, подошла ко мне и недвусмысленно дала понять, что Фанми Аджайи хочет потанцевать со мной. Но я наотрез отказался: еще бы, ведь целая шайка девчонок вовсю на меня глазела! Вот и теперь я кожей чувствовал чей-то взгляд – пристальный, насмешливый, дерзкий. Совсем как тогда. Я рефлекторно обернулся, но сзади никого не было. Только фонари все так же освещали пустое шоссе. Мне почудилось легкое теплое дуновение у щеки, словно чье-то дыхание. Пахнуло ароматом скошенной травы, запахом жженых волос. Развернувшись к реке лицом, я стал вглядываться, и на миг мне почудилось какое-то движение, вроде бы мелькнуло чье-то лицо…

– Что там? – раздался голос Найтингейла. Я вздрогнул от неожиданности.

– Господи Иисусе!

– Нет, только не на этой реке, – сказал инспектор. – Даже Блейка нет, хотя с него бы сталось.

Потом мы снова сели в «Ягуар», и его обогревательная система образца 1960 года раскрыла нам свои холодные объятия. Доехали до центра Ричмонда, на этот раз не нарушая правил, и я спросил Найтингейла, оправдал ли тролль Натаниэль его ожидания.

– Он подтвердил наши подозрения. Парни, что плыли на лодке, служат Отцу Темзе и спустились ниже по течению, чтобы проникнуть в место силы на острове Ил-Пай, а слуги Матери Темзы их там прихватили. Топлива у парней явно было достаточно, и они вполне могли поджечь собственную лодку, чтобы под шумок сбежать. В нижнем течении река принадлежит Матери Темзе, а верхнее – владения Отца Темзы. Граница проходит по шлюзу Теддингтон, а остров Ил-Пай находится в двух километрах ниже.

– Так вы считаете, Отец Темза решил устроить передел территории? – спросил я, словно речь шла не о богах, а о каких-то драгдилерах. Теперь, на обратном пути, машин стало гораздо больше: Лондон просыпался.

– Нет ничего странного, что духи места защищают свою территорию, – пояснил Найтингейл. – Так или иначе, у вас явно особое видение этой проблемы. Я хочу, чтобы вы отправились к Матери Темзе и переговорили с ней.

– А что мы с моим особым видением ей скажем?

– Вы должны выяснить причину конфликта и по возможности найти решение,