Смертник - Максим Казанцев

— Спектакль⁈ — Алина подняла заплаканное лицо. — Как ты можешь⁈

— Легко, — Марк перевёл взгляд на неё. — Ведь это абсолютная правда.

— Слушай, парень, — эфирник шагнул вперёд. Его голос был тихим, но угрожающим. — Ты сейчас находишься в очень неприятной ситуации. Понимаешь? Попытка изнасилования — это серьёзное преступление. Особенно для одарённых. Тебя могут лишить перстня. Отправить на каторгу.

— Или, — подхватил террант, потрескивая костяшками пальцев, — мы можем решить это дело здесь. Без огласки. Ты извиняешься перед дамой, компенсируешь ей моральный ущерб. Ну и ответишь на несколько наших вопросов, чтобы мы забыли об этом инциденте.

— Кто? — холодно бросил Марк.

— Что? — эфирник приподнял бровь.

— Кто вас послал? Кто платит за эту подставу?

Лицо террранта потемнело.

— Ты охренел, простолюдин?

— Нет, — Марк не отступил ни на шаг. — Мне просто интересно. Кто додумался нанять таких идиотов? Новгородовы? Или Строгановы? А может, Волхов?

Эфирник и террант переглянулись. Что-то мелькнуло в их глазах.

— Не знаю, о чём ты, — процедил эфирник. — Но сейчас ты ответишь за то, что сделал с девушкой.

— Я ничего не делал.

— Её слово против твоего, — террант усмехнулся. — И угадай, кому поверят? Уважаемой целительнице или безродному выскочке?

Марк сжал зубы. Они были правы. Без свидетелей это действительно слово против слова. А учитывая, что за ними стоит кто-то влиятельный…

Увидев его реакцию эфирник вновь заговорил:

— Соглашайся, парень. Компенсируешь девушке моральный ущерб, ответишь на несколько вопросов и вали себе в зону…

— Нет, — Марк не собирался слушать эту болтовню. — Я не заплачу ни гроша. А разговаривать с такими ублюдками как вы…

— Кого ты назвал ублюдком, урод? — террант попытался двинуться вперед.

— Тише. — эфирник удержал его за руку. — Парень просто провоцирует тебя и не понимает, что его ждет. — Он повернулся к проводнику, замершему в конце коридора. — Вызывайте поездную охрану. Мы хотим заявить о преступлении.

Бледный проводник судорожно кивнул и только собирался поспешить прочь, как раздался новый голос.

— Что за шум, господа? — из соседнего с Марком купе вышел неприметный мужчина средних лет. Серый костюм, ничем не примечательное лицо, короткие тёмные волосы с проседью. На пальце также красовался перстень эфирника четвертого ранга.

Окинув взглядом сцену в коридоре, он спокойно добавил:

— И дама.

— Не ваше дело, — огрызнулся террант. — Проходите мимо.

— Я задал вопрос, — мужчина не повысил голоса, но в его тоне появилась сталь, — что здесь случилось?

— Этот урод, — Алина ткнула пальцем в Марка, — пытался меня изнасиловать!

Мужчина несколько секунд изучал ее. Потом перевёл взгляд на Марка. Потом на двоих одарённых.

— Понятно, — он медленно кивнул. — И вы, — он обратился к эфирнику и терранту, — случайно оказались рядом? Как удачно.

— Послушайте… — начал заводиться эфирник.

— Нет, — мужчина поднял руку. — Это вы послушайте. Я ехал в соседнем купе. — Он кивнул на дверь за собой. — Стены здесь… достаточно тонкие. И я ненароком стал свидетелем разговора…

— И что? — террант нахмурился.

— А то, что я не слышал никаких попыток со стороны этого молодого человека совершить преступление, — мужчина перевёл взгляд на Алину. — Зато я отчётливо слышал, как девушка пыталась его соблазнить. И как он ей отказал. И как она в ярости порвала на себе платье.

Алина побледнела.

— Это… это ложь!

— Ложь? — мужчина приподнял бровь. — А зачем мне лгать? Я — незаинтересованное лицо.

— Слушай, приятель, — разозленный эфирник шагнул к нему и угрожающе прошипел: — в твоих же интересах вернуться в своё купе. И забыть, что ты что-то там слышал. Понял?

— Не понял.

— Тогда объясню подробнее, — кулак эфирника начал покрываться корочкой земли. — Герои долго не живут. Особенно те, кто суют нос не в своё дело.

Мужчина проигнорировал угрозу. Он молча потянулся во внутренний карман костюма. Террант напрягся, готовясь к атаке. Но из кармана мужчина достал не оружие… На его ладони лежала небольшая выпуклая пластина, размером с крупную монету.

Жетон.

В центре — орёл, сжимающий в лапах меч и весы. На голове орла красовалась корона, выполненная из красного кристалла эфириума.

Террант замер. Эфирник побледнел. Алина застыла с открытым ртом.

Мужчина подал в жетон лёгкую волну эфира. Над пластиной вспыхнуло голографическое изображение: герб империи и… название.

ИМПЕРСКАЯ ТАЙНАЯ СЛУЖБА…

Изображение медленно вращалось в воздухе несколько секунд, а после погасло. Мужчина убрал жетон обратно в карман и спокойно окинул троицу взглядом.

— Что-то ещё хотели сказать?

Молчание было абсолютным.

— Нет? — агент кивнул. — Тогда в ваших же интересах исчезнуть. Сейчас. Пока я не привлёк вас за подстрекательство к преступлению и клевету.

— Мы… мы ничего не… — начал эфирник.

— Исчезните, — повторил агент. Его голос был тих, но от него по коридору прошла волна холода. — Не испытывайте моего терпения.

Эфирник и террант переглянулись, а потом, резко развернувшись, зашагали прочь. Алина, всхлипывая, поспешила за ними.

Уже на выходе из вагона террант обернулся. Его взгляд встретился со взглядом Марка.

— Ничего, — процедил он. — Ещё посчитаемся за твои слова.

Стоило им скрыться за дверью в соседний вагон, как Марк выдохнул. Напряжение, которое он даже не заметил, медленно отпускало мышцы.

— Спасибо, — сказал он, повернувшись к агенту. — Вы… очень вовремя.

— Не за что, — мужчина пожал плечами. — Я просто выполняю свою работу.

Марк только благодарно склонил голову. Он помнил слова Казанцева о том, что они позаботятся, чтобы он добрался до Химграда живым. Но парень до последнего надеялся, что чужая помощь ему не понадобиться.

Сотрудник будто прочитал его мысли.

— Не думал, что придётся разбираться с такими дешёвыми провокациями, — агент усмехнулся. — Повеселили они меня.

Видя, что Марк никак не комментирует его слова, мужчина добавил:

— Отдыхайте, господин Светлов. Я уверен, что больше приключений не будет. — Сказав это, он скрылся за дверью своего купе.

Марк вернулся в свое и сел, прикрыв глаза — настало время детального анализа. Покадрово воспроизводя в голове произошедший инцидент, он сосредоточился на моменте, когда называл