Майор под шубой, или Тайна «Волшебного ларца» - Надежда Цыбанова

из моего кармана полились мягкие звуки джаза, намекая на горячее желание видеть меня на рабочем месте. Короткая беседа подтвердила, что вселенная против наших поисков. Очередной богатый и оттого капризный клиент желает лицезреть меня пред своими очами немедля. Хорошо, что хоть поклоны бить лбом о пол не приказывают.

– На работе ЧП, – я тоскливо вздохнула. – Нужно явиться, или теща одного чиновника останется без подарка, он – без нервной системы, а я без фирмы. Знаешь, у меня родилась идея. Сомнительная, конечно, но все же. Ты же хорош в пытках?

Майор озадаченно нахмурился. Такой забавный задумчивый бука.

– Я имею право в рамках закона только вести допрос. Всякое, конечно, бывает. Бывает, подозреваемые сами начинают биться лицом об стол. Но это единичные случаи. Ну или в бобик неудачно садятся и падают животами на порог. В общем, мы не пытаем людей. Они сами отлично с этим справляются.

– Для тебя есть одно задание, – с загадочной улыбкой протянула я. – Разговорить нашего информатора. Кто лучше духов знает о местах силы? Пускай подселенка из зеркала в ванной поможет с отсеиванием левых точек.

– Ничего себе ты придумала, – восхищенно присвистнул Эйнар. – Мне проще тебе подарить звезду, чем договориться с вредной старухой.

На ум пришел старый мультик с одноименным названием. Мужчины могут петь оды, обещать звезды, но женщина все также на кухне моет кастрюлю.

– Вот уж не думала, что ты из таких, – я неодобрительно поджала губы.

– Это каких? – недобро прищурился майор. – Ты на балаболов намекаешь? Если я сказал, подарю звезду, значит, подарю.

– Бумажку, на которой будет написано, что мне теперь принадлежит каменюка где‑то очень далеко в космосе? – я поймала несколько снежинок и сдула их в лицо Эйнара. – Весьма ценный подарок. Лучше бабку разговори. Я в тебя верю. Ты справишься.

– И что мне за это будет? – недовольно проворчал майор, но по его тону стало понятно, мужчина смирился с возложенной на него великой миссией.

– Подарю кигуруми, – от своей щедрости я сама была в шоке. – Тем более ты уже с ним, можно сказать, сроднился.

– Какая мы с тобой отличная пара, – напоказ трагично сообщил Эйнар. – Я тебе дарю бумажку, а ты мне – плюшевую шкуру.

На работе явлению начальства обрадовались, и даже полезли обниматься. Ладно, еще девочки, тут я могу понять, но наш юрист замечен в любвеобильных порывах не был. Олег Романович зарплате так не радовался, как мне сегодня. Это не просто настораживает, а пугает.

Клиент за полчаса умудрился буквально закошмарить всю мою фирму. То кофе не из тех зерен, то кресло недостаточно мягкое, то, наоборот, слишком мягкое, то фикус ему свет перекрывает, то стало отвратительно светло. В том числе досталось и журналу, который мы покупаем каждый месяц, чтобы ожидающим встречи клиентам было чем себя развлечь. Датированный декабрем, он оказался старым. Простите, но машину времени пока не изобрели. Смотаться в январь следующего года за свежачком у нас не вышло.

Из плюсов – это щедрая оплата, честно признаюсь, завышенного прейскуранта. Мне сотрудникам после его посещения надо молока купить. За вредность. Зато теперь гостей в доме его тещи будет встречать раритетный дверной бронзовый колокольчик в форме драконьей пасти. Думаю, он отлично будет смотреться на глухом заборе.

Домой я попала уже тогда, когда хорошим девочкам полагается лежать в кроватке и видеть сны. А плохие директора, пытающиеся освободить себе недельку перед Новым годом, такой милости не заслуживают.

В ванной горел свет. Я пошла на него, словно зомби за свежими мозгами. Картина предстала перед моими глазами весьма занятная. Майор сидел на стуле и с довольным прищуром постукивал ручкой по блокноту, лежащему на коленях. В зеркале отражался насупленный призрак бабушки. Горели ароматические свечи и играла легкая джазовая композиция. У меня аж рука дернулась к телефону, проверяя, не звонят ли опять с работы. Надеюсь, Эйнар не занимается чем-то неприличным с этим сварливым духом? Уж больно романтическая обстановка.

– О, – заметил майор меня, – трудяжка вернулась. А мы тут как раз практически договорились.

– Ты зачем свечи жжешь? – неодобрительно поинтересовалась я и потянулась к стоящему на раковине подсвечнику. – Еще и выбрал самые вонючие. Это Элька мне подарила, с запахом богатства.

– Да? – перехватил мои пальцы майор. – А по‑моему, у нас в обезьянике так же воняет, когда бомжей привозят. А они, наивные, и не знают, что пахнут богатством. Прости, твоя подруга тебе подложила очередную свинью. Точнее, ее паленую шкуру. Но других свечей я не нашел. А они нужны, чтобы дух сбежать не мог, пока ты не разрешишь.

– Серьезно? – я посмотрела на бабку, которую сложно назвать счастливой. – Откуда узнал?

– Так это в записях было, – Эйнар удивленно на меня посмотрел. – Ты просмотрела, что ли?

– А-а, – я устало потерла лоб. – Похоже, меня слишком захватили загадки в тетради, чтобы обратить внимание на четкие указания. Ну что же, продолжайте, – взгляд, полный тоски, на полочку, уставленную пенами, солью и бомбочками для ванны, я не сдержала. Хотелось расслабиться, но я сама пустила эту Машеньку в дом.

– Вернемся к нашим рассуждениям, – Эйнар снисходительно посмотрел на духа. – Итак, три свидетеля: один всегда врет, один всегда говорит правду, один иногда врет. Кто из них преступник?

Бабка с такой добротой посмотрела на майора, что я от испуга икнула. Везет защитникам – им беспокоиться о мстительности всяких потусторонних сущностей не приходится. По крайней мере, пока духи не научились вылезать из своего ареала обитания.

– Тот, кто врет! – рявкнула призрачная бабушка. Всего три слова, но между каждым читалось ее честное мнение о происходящем. На великом и могучем.

– А с чего вы это взяли? – вкрадчивым тоном поинтересовался Эйнар. – Вы же не слышали их показаний.

– Ну… интуиция, – смущенно отвела в сторону взгляд бабка.

Майор с деловым видом принялся записывать:

– Объект склонен к голословным утверждениям. Вероятность жульничества – восемьдесят процентов.

Мое лицо в мутном отражении зеркала точно повторило вытянувшееся лицо духа.

– Так кто же все‑таки преступник? – весьма довольный собой, напомнил вопрос майор.

– А ты сам подумай! – не выдержала милая с виду, хоть и призрачная, бабушка. – Я тут для атмосферы, а не для логики!

– Значит, вы уклоняетесь