Майор под шубой, или Тайна «Волшебного ларца» - Надежда Цыбанова

это делал. Наверняка нанял каких‑нибудь пацанов. Не исключено, что мелких. Конкурент это мой. Оржевский Николай. Вчерашний заказчик сначала к нему собирался, но в последний момент передумал. Он уже не первый раз подобное устраивает. Правда, мертвых животных до этого не было. Да и не сделаешь ты Оржевскому ничего. У него отец в Думе заседает. В Москве.

– От беседы его это не спасет, – с каким‑то металлическим блеском в глазах обрубил Эйнар.

И не обманул. Спустя час к офису подъехала машина клининговой компании. Оттуда высыпала стайка женщин, вооруженных ведрами и техникой. Оржевскому пришлось доплатить за срочность и пообещать больше так не делать. Я пыталась узнать у майора, какие методы убеждения он использовал, но мужчина лишь криво усмехался.

– На зло твой конкурент как-то не тянет, – задумчиво протянул Эйнар, пока мы стояли в пробке. – Он сыкло обыкновенное.

– А то ты не знаешь, что мелкие шавки самые злые и агрессивные, хоть и ссутся регулярно, – я нервно дернула плечом. – Он любит пакостить. И не всегда безобидно. Один раз он устроил налет на бухгалтера, когда та везла выручку в банк. С оружием. Оржевскому тогда не повезло, ведь за рулем сидел крестный, решивший по доброте душевной подвезти моего сотрудника.

– Я помню тот случай, – майор хладнокровно дернул руль в сторону, не давая резвому водиле на заниженной машине протаранить свой танк. Вот вечно есть такие идиоты, которые на тот свет торопятся. – Вроде как разошлись полюбовно.

– Его отец откупился, – поморщилась от резкого звука клаксона. – Точнее, приказал сыну отдать мне три жирных заказа. Оржевский тогда ядом плевался и советовал ходить и оглядываться.

– Ладно, это зло скидывать со счетов не будем, – решил после паузы Эйнар. – Тем более состоятельный бизнесмен при отце с высоким статусом больше подходит на человека, который мог бы заинтересовать твою подружку. От такого и родить можно.

Здание Речного вокзала имело плачевный вид. Его уже давно закрыли для посещения, а после обрушения обтянули лесами и запретили подходить. Но майора это не касалось.

– Только осторожно, – Эйнар неодобрительно посмотрел на куски арматуры, торчащие из того места, где раньше был балкон. – Черт, надо было строительных касок, что ли, с собой прихватить.

Я посмотрела на огромный кусок бетона, разломанный пополам, и на всякий случай надела на голову капюшон. Каска, к сожалению, не спасет, если на нас решит рухнуть второй этаж вместе с крышей.

– Колонны и лепнина, – напомнила Эйнару я. – Нам повезло, внутрь заходить не нужно будет.

– Ладно, – майор бегло осмотрел меня и скрипнул зубами. – Ищем глаза.

На удивление, проблем с этим не было. Я сразу пошла в нужном направлении, словно меня вели по светящейся стрелке.

– Ты куда? – только успел спросить Эйнар, а я уже исследовала рисунок на лепнине.

– Глаза, – я с довольным видом указала на выдавленное изображение прямо в стене. – Нажать?

– Погоди, – меня оттащили чуть в сторону. – Я сам. Мало ли что тут за механизмы спрятаны. Хм… Они не нажимаются. Совсем.

– Ты просто не умеешь правильно выдавливать глаза, – авторитетно заявила я, просачиваясь мимо мужчины. – Вот как надо!

Я-то думала, что пошучу. Ведь если у Эйнара не хватило сил нажать, то и у меня подавно. А может, надо провернуть какой-то фокус с зеркалом? Или дождаться определенного времени? Как всегда, инструкции нам выдали на отвали.

Но под моими пальцами камень неожиданно ожил.

Глава 6.

Глава 6.

Камень мягко засветился теплым янтарным светом, а затем с глухим скрежетом начал медленно вращаться вокруг своей оси. Я отпрыгнула назад, едва не врезавшись в майора.

– Ну вот, – пробурчала я, потирая плечо. – Я же говорила: не умеешь ты глаза выдавливать.

Эйнар, не отрывая взгляда от вращающегося камня, процедил:

– Я умею кости ломать и носы разбивать. Этого хватает. «Пасть порву, моргалы выколю» – это уголовная статья, так-то.

Камень завершил оборот, и в стене с тихим шорохом образовался проем – узкий, словно щель между мирами. Из темноты потянуло влажным воздухом и едва уловимым запахом древних тайн.

– Ну что, герой-разрушитель, – майор иронично приподнял бровь, – вперед?

– Вообще‑то, Речной вокзал просто не ремонтировали. Моей вины в его обрушении не было, – я запнулась, пытаясь подобрать оправдание, но Эйнар уже шагнул в проем.

– Не отставай, – бросил он, исчезая в темноте.

Я вздохнула и последовала за ним. Мои пальцы тут же попали в горячий плен ладони Эйнара. Стало не то чтобы спокойнее, но колени прекратили мелко подрагивать. Не хватало еще майору заметить, как вспотели мои собственные ладони.

Внутри оказалось неожиданно просторно – сводчатый коридор, стены которого были испещрены странными символами, светящимися тусклым голубым светом. Пол под ногами слегка пружинил, словно мы шли по гигантскому ковру изо мха.

– Ты говорила, что подземная Тверь – обычная легенда, – насмешливо бросил майор через плечо. – Как тебе прикоснуться к легенде?

– Жутко, – честно призналась я. – А еще обидно.

– Почему обидно‑то? – голос Эйнара отозвался глухим эхом впереди.

– Потому что рассказать никому не выйдет, – я грустно вздохнула, смотря на разрушенные от времени арки. – Во-первых, как объяснить, как мы сюда попали? Во-вторых, местные духи в восторг не придут от мародеров. Ну, и в-третьих, не уверена, что сюда вообще смогут пройти обычные люди. Мы сейчас в связке «искатель‑защитник». А вот люди, для которых волшебство – это найти в зимней куртке забытую тысячу, могут застрять еще на входе. Или вообще его не увидеть. Хочешь завести карту у психиатра?

Мы шли молча, прислушиваясь к эху наших шагов. Вдруг я почувствовала знакомое тепло – оно исходило из ниши в стене. Внутри лежал небольшой камень, переливающийся всеми оттенками янтаря.

– Это… – я потянулась к нему, но майор резко остановил меня. – Подожди. Это может быть ловушкой. Слишком привлекательно выглядит.

– Но я чувствую… – я закрыла глаза, пытаясь уловить пульсацию воздуха. – Он просится в руки.

Эйнар нахмурился, но не стал возражать. Я осторожно тронула камень. В тот же миг коридор озарился ярким светом, а символы на стенах вспыхнули, словно звезды на ночном небе. Моя татуировка аж зачесалась от желания собрать весь этот свет в ладони.

– Ну вот,