Наследница 2 - Анастасия Парфенова

Я чуть в классе замешкалась и сумку свою вместе с широким форменным шарфом сунула в зачарованный на расширение пространства рукав. Не хотелось оставлять свои вещи там, где любой мог к ним подойти и сделать считай что угодно. Да, паранойя. Нет, не стесняюсь.

Побежала за одноклассниками, пристроилась в конце нашей скромной процессии, шествующей за учительницей, подобно гусятам за мамой-гусыней. Ребята от возбуждения и любопытства только что не перекрякивались. А вот во мне грядущая «практика» вызывала тревогу.

Мало ли что понимают в Лицее под этим словом. В то, что на территорию дворца разрешили притащить каких-то учебных чудовищ, мне верилось слабо. Это ж получится готовый рецепт катастрофы: досадная случайность, побег злобной твари, несчастный случай с кем-нибудь важным и нужным. Ага-ага. Учитывая ухватки дворцовой стражи — не верю. Никаких тренировочных упырей и учебных кракенов во дворце держать не позволят.

Что тогда? Выпустить лицеистов наружу, за стены? Не верю тем более. Слаженную группу, такую как ближники младшего Пламенного — почему бы и нет, но не желторотых неумех вроде нас. Слишком опасно.

Оставался третий вариант: какое-нибудь очередное заковыристо-злобное зеркало. От одной мысли об этом ладони мои холодели от страха, а перед глазами вставала разливающаяся по каменным плитам кровь. Не пойду в зазеркалье. Пусть делают со мной, что хотят. Не открою себя отражениям, и всё тут.

Полная мрачных предчувствий, я шагала по пустым коридорам. Сияющий паркет, высоченные арки сводов, тёмные, слишком древние для этого здания балки покрыты плотной резьбой. Наставница вывела нас к лестнице, и сердце моё пропустило удар. Но затем она, не обернувшись, свернула не вниз, в сторону столь впечатливших меня подвалов, а напротив, наверх. Стремительно и гибко, как кошка, взлетела по довольно крутым ступеням, ещё и юбкой длиннющей умудрилась элегантно плеснуть. Я, неуклюже придерживая подол и пытаясь не сбить при этом дыхание, в который раз позавидовала.

Поднялись мы на самый чердак. Совершенно огромный — глядя снаружи на главный корпус Лицея, сложно предположить, сколько всего умещалось под изумрудно-переливчатой крышей. Тут не спортивный зал, тут целый стадион с трибунами и местами для болельщиков влез — и это только одно лишь крыло. Хорошо, когда за планировку отвечают маги пространства! Удобно.

Евгения из Талых Глубин обернулась, окинула нас цепким взглядом. Взвесила, измерила и пересчитала. Кивнула сама себе и повела группу к ожидавшему у стойки с тренировочным оружием преподавателю.

Среднего возраста, высокий, жилистый, русоволосый. С потрясающей осанкой и пластикой, по которой даже я сразу же опознала не то профессионального танцора, не то фехтовальщика. Скорее последнее — надетый на нём плотный защитный костюм здорово напоминал те, что отец доставал из шкафа, отправляясь на спарринги в клубе. Светло-голубые глаза на обветренном лице, казалось, сияли собственным внутренним светом.

— Приветствую вас, Лад Лютович, — степенно поклонилась Евгения. — Господа лицеисты, перед вами преподаватель ближнего боя, наставник Лесьяр. Советую отнестись к нему с глубочайшим почтением. От этого напрямую будут зависеть ваши жизни. И смерти.

Очень высокопарно! И, боюсь, абсолютно правдиво. Мы глубоко, всем видом своим демонстрируя готовность внимать, поклонились. Даже Дима в кои-то веки отодвинул вопрос о должном устройстве общества в сторону, без слов признавая авторитет преподавателя. Лидия же вовсе смотрела на харизматичного наставника взглядом наполовину влюблённым.

— Вверяю их вам, Лад из рода Лесьяр, — с улыбкой сообщила Евгения и демонстративно отошла в сторону.

Мастер ближнего боя окинул нас острым взглядом. И чуть улыбнулся. А в следующее мгновение вдруг будто взорвался изнутри! Шипами, когтями, роговыми наростами! Хлестнул в воздухе хвост: длинный, гибкий и цепкий. Лида кубарем полетела по деревянному полу. Я успела отпрыгнуть, Дима — уйти в перекат. Мишка пятился: его пока вовсе не трогали, возможно, посчитав в группе самым слабым звеном. Но на анализ времени уже не осталось, на расстоянии удара от нас припал на передние лапы здоровенный шипокот. Вновь хлестнул увенчанный костяными клинками хвост, тварь вдруг прыгнула куда-то вбок, чуть ли не в воздухе сменив направление. Выскользнула из-под удара окованной сталью остроги, зашипела, стала медленно обходить нас, выгадывая миг для атаки.

— Это камышовый костяной кот, он предпочитает бить из засады! — воскликнул Мишка. В руках его будто сам собой возник здоровенный булатный кинжал. На фоне детских статей оружие выглядело чуть ли не двуручным мечом, и силой от него пахло немалой.

— Это метаморф, — мрачно сказала я, также прикрываясь ножом и двигаясь по кругу в противоположную от Димы сторону. — Он полностью разумен и не связан инстинктами облика. Да и обликом в целом. Будет действовать так, как сочтёт нужным.

Инструктор-оборотень, ну, в общем, логично. Зачем тащить на охраняемую территорию жутких чудищ, если здесь вполне себе водятся жуткие преподаватели? Ближнему бою обучают, о да. Такой вот «Наставник Лесьяр» способен заменить собой целый зверинец. Примет какой нужно облик, и ну натаскивать юных лицеистов на схватки с различными монстрами. Вполне доходчиво получается. И очень наглядно.

По идее, если это — учебный поединок, где-то здесь должен присутствовать и медик. Я лишь на секунду отвлеклась, чтоб окинуть зал взглядом, успела заметить сидящую на трибунах Евгению и ещё одну фигуру рядом с ней, и тут взвывшее чутьё заставило дёрнуться в сторону. Я заметила атаку, я начала от неё уходить и почти даже ушла, но проклятая юбка спутала ноги, движение смазалось и…

Удар.

Тьма.

Глава 7

Сознание возвращалось прерывисто, будто скачками. Прежде всего, конечно, пришла боль. В грудь точно молот ударил. Первая связная мысль была: «Рёбра — всмятку». Следом стали доноситься звуки: голоса, пока что бессмысленные. Потом будто кто-то щёлкнул выключателем света, и я стала видеть.

— … в солнышко пробил. Сильно, но аккуратно. Сейчас полежит чуток и встанет. Внутренних повреждений не вижу, в амбулаторию спускаться нет смысла. Девочка непривычная просто, не дралась никогда, и никто её не учил толком бою.

Я через боль втянула в лёгкие воздух. Корсет немного ослаблен, но полностью не расшнурован. И да, пожалуй, рёбра действительно целы. Но синяк там будет роскошный. Аж дышать тошно.

Странный узор из перекрестьев и геометрических линий дрогнул и превратился в высокий сводчатый потолок. Чердак главного корпуса. Спортивный зал. Спарринг. Я пропустила удар, а оборотень в мундире наставника не рассчитал сил. Или, напротив, рассчитал филигранно. Урок вышел очень доходчивым, здесь не поспоришь.

— Лейб-медик Хеду, — с некоторым раздражением представился, судя по всему, приписанный к нашей группе штатный целитель. — Садитесь, княжна. Всё с вами в порядке.

И тут я узнала его. Этот