Патриот. Смута. Том 17 - Евгений Колдаев

Глава 9

Глава 9

В целом, как я и думал, Лисовский и его люди к нам большими силами подойти не успели. От Холма далеко. Даже для ускоренного марша.

А вот завтра. Завтра ночь покажет. Но гостей я ждал именно в следующую ночь.

Утром дозорные донесли, что видели некоторое движение. Разведчики были рядом, подбирались к лагерю, но держались далеко. Да и не много их было. Буквально три случая. А может это дикие звери хотели полакомиться нашими лошадьми. Кто из моих был следопытом, утверждали что все же люди. Но, возможно выдавали желаемое за действительно. Бывает такое.

Кони наши всю ночь нервничали. Все же лесная местность и река рядом не располагали к их спокойствию. Это не привычное им поле. Но, охраняющие наши табуны бойцы были опытными и утешали самых нервных.

Ночь прошла тихо, все хорошо отдохнули и новый день принес нам хорошую погоду и новый путь вперед, на север.

Выдвинулись мы чуть с задержкой, шли неторопливо. Я делал это специально, чтобы не давать большой нагрузки людям и коням. Впереди нас мог ждать ночной бой и усталость стала бы лишним козырем в руках врага.

Такого допускать нельзя.

Разведка и местные, взятые с собой великолукские служилые люди, докладывали что впереди, за рекой, будет огромное озеро Краснополье и относительно безымянный хутор. Именно к нему мы должны были выйти вечером. На мой вопрос, почему хутор вроде бы и безымянный, а вроде и нет, местный поклонился и пояснил, что хутор тот зовут Черпа, но название это так, в обиходе у великолукских помещиков только. Поселение небольшое. Живет там три семьи. Да и то, живет,это мягко сказано. Сейчас лето, все полесованием промышляют и за счет этого живут. Кто мог, ушел в леса или в город. Люди разбойничьи все заполонили, отбирают все что могут и простой крестьянин, рыбак, житель здешних мест, ему что у дороги жить, что в лесу,одна сложность. И если раньше дорога, это хоть какая-то возможность торговать с городом, то сейчас это больше беда, по которой приходят грабить.

— То есть брошен хутор?

— Да кто его знает, государь. — Пожал плечами докладчик.

Я расспросил его про местность.

Выходило, что мы сейчас вроде как по холмам идем. Так — то в целом да, некие изгибы местности были, опять же берега поднимались, опускались. А дальше, туда на север, за эту самую Черпу, начиналась все больше заболоченная низменность.

— А русло реки что?

— Ловать, река постоянная, спокойная. — Говоривший задумался. — Русло у нее твердое. Не меняется. Но низина дальше. До самого Холма. Он почему Холм-то, государь, потому что над землей торчит. Так-то не очень высоко, если подумать. Но, тут болот — то много.

М-да. Хаживали мы по Смоленщине, там их много было, а здесь судя по всему, еще больше.

— Сейчас конец лета. Конец года. — Продолжал говорить местный. — Сейчас посуше. Нам бы до дождей осенних управиться. А то тут потом река разольется, болота разойдутся и будет… Будет до морозов не пройти, особо. Большим войском так точно. Группами только.

Это я понимал.

— Получается с севера сюда проще добраться, раз холмов нет?

— И да и нет, государь. Дорогу знать надо, путь между болотинами. Но… Если по руслу Ловати, как мы ориентироваться, по этой дороге кое как, то да.

Я пожалел, что у нас не было большого числа лодок. По реке может быть и не так маневренно, но с иной стороны мы бы могли без проблем пересекать водную преграду туда и обратно, когда надо. Пока что на другом берегу был только небольшой отряд прикрытия и разведки.

— У этого… Этой Черпы. Там река как? Быстрая?

— Нет, там как раз плес. Рыбу ловить хорошо. Но вот чуть выше и чуть ниже есть два места. Если проводник толковый, то провести можно и на тот берег и обратно. Быстрина там, но мелкая. — Он помолчал, подбирая слова. — Государь. Ты же камни видел на берегах. Так вот, там, чем дальше на север, тем их больше. И быстрина вроде опасная с виду. Но если места знать.

— А ты знаешь?

— Все войско не пройдет, государь. — Мотнул он головой. — Точнее… Оно конечно пройдет, только долго. Очень долго. Там проход очень узкий. А севернее, там есть побольше.

Получалось, что мог нас враг обойти по воде, и ночью с разных сторон даже ударить.

— Спасибо за службу.

Проводник поклонился, ушел. А я крепко задумался.

Но в целом, предупрежден, вооружен.

Получалось, что место у этой деревеньки или хутора вполне хорошее для налета. Оно и для лагеря хорошее. Получается, судя по тому, что рассказал местный, низина там и коней напоить хорошо и встать лагерем хорошо. Но налететь на нас можно и по дороге, и с той стороны реки. Причем ударить можно с разных сторон. Если проводник говорит, что малый отряд может перейти к нам ближе, это значит что люди Лисовского могут зайти к нам в тыл. Навалиться со всех сторон.

Нехорошо.

Пока двигались, за полдень все чаще стали прибывать вестовые и говорить, что видят людей конных, но те появляются и как только моих служилых видят, сразу уходят. Ни боя, ни разговора не принимают, прячутся, скрываются. Преимущественно на север отступают или в леса. Чаще в сосновых рощах их примечают и на севере, по пути нашему.

Уже прилично за полдень, когда до стоянки оставалось часа два-три, примчался ко мне вестовой. Судя по лицу прилично напуганный, раздраженный. Лошадь тоже нервничала, хотя может быть это больше из-за настроения ездока и того, что гнал он ее не очень-то жалея.

Слетел с седла, подбежал, поклонился.

— Чертовщина! Государь! — Выпалил.

Те, кто были со мной рядом, телохранители и люди Якова, переглянулись.

— Так, давай по порядку, собрат мой. Что видели, что происходит?

— Мы это… Мы еще с полудня же в дальний разъезд ушли. Ну и к хутору тому.

Ага, он был из тех, кто в самую удаленную разведку отправлен, ясно. Кивнул, нахмурился, слушал.

— Так, государь. Едем, видим то коровий, то овечий черепа. То на земле, то на деревьях.

— Так. Черепа.

— Ну мы… Нам же Серафим… Да и сотник тоже.

— Да, я требовал, чтобы никакой чертовщине не верили. Продолжай.

— Так как не