Видок 1-5 - Григорий Константинович Шаргородский

Ничего — благодаря предприимчивости казака мне есть чем расплатиться за ту же гостиницу. Кстати, нужно нормально поблагодарить своего спасителя. Первым делом я расспросил о казаках у Лехи, который примчался ни свет ни заря, явно услышав о ночном происшествии. Начал он, конечно, с вопросов, но, получив лишь скупые объяснения, вынужден был делиться полезной для меня информацией. Моего спасителя звали Евсей Петрович Волканов.

Знаковое, скажу я вам, имечко.

Чин он имел старшего урядника. Два его помощника ходили в звании приказных казаков и звали их Григорий и Демьян. Кто из них кто, разберусь позже. Леха лишь уточнил, что у Григория имеются усы.

Вторым посетителем был доктор, который выглядел совсем уж хрестоматийно — круглые очки, чуть взъерошенные волосы и бородка клинышком на лице с тонкими аристократическими чертами. Говорил он с ярко выраженным эстонским акцентом.

Ян Нигульсович Вяльпе осмотрел меня и, не найдя серьезных повреждений, выдал пакетики с порошками, которые, по его словам, способны восстановить мое душевное равновесие.

Перед его уходом я сумел получить разрешение осмотреть тело напавшего на меня убийцы, правда, доктор при этом был удивлен и слегка раздражен.

И только через час, когда я перебрался в кабинет, дав под запись Лехе показания, и уже начал думать, что делать с помятым мундиром, ко мне подошел третий посетитель. Именно подошел, хотя и мог вызвать к своему столу.

Леха верно прочитал выражение лица начальника и тихо смылся, промямлив что-то о необходимости посетить архив.

— Игнат Дормидонтович, — обратился ко мне следователь, встав перед моим столом. Мне тоже пришлось вскочить на ноги. — Я должен принести вам свои извинения.

— Ну что вы…

— Не перебивайте, — чуть качнув головой, остановил меня Бренников. — Я не поверил вам, как того требовал мой долг, и позволил чувству личной привязанности повлиять на мои служебные обязанности. В итоге это едва не стоило вам жизни.

— Дмитрий Иванович, — все же удалось мне вставить свои пять копеек, потому что было видно, как тяжело давались слова покаяния потрепанному жизнью офицеру. — Я прекрасно вижу, что мне здесь вообще никто не верит, что бы там ни писалось в уложениях и служебных записках. Если бы не годы в училище, мне и самому все это показалось бы бредом душевнобольного. К тому же, как мне кажется, именно вам я обязан появлением под окнами моего дома одного очень резвого урядника, а значит, несмотря ни на что, вы мне все-таки поверили.

Дмитрий Иванович хмыкнул, чем подтвердил мою догадку. Момент неловкости был пройден, и, к моему облегчению, начальник вернул на лицо строгую мину.

— В таком случае мне остается только отметить ваше достойное поведение перед лицом опасности.

— Видели бы вы мою физиономию перед лицом этой самой опасности, — позволил я себе шутку, но тут же вытянулся по стойке «смирно» и рявкнул: — Рад стараться!

— Хорошо, — лишь уголками губ отреагировал на мою шутку Бренников. — Думаю, после обеда вы можете быть свободны. Вам еще нужно подыскать себе жилье, в старое возвращаться не стоит. Вы располагаете свободными средствами?

— Пока не бедствую, — уклончиво ответил я.

— Хорошо, советую первое время пожить в гостинице. И поговорите с Иваном Митрофановичем, вашим околоточным. Он поможет подобрать недорогую квартиру. Только сообщите Алексею место, где вы будете находиться до конца дня.

Нервная встряска недавних приключений начала растворяться в тихом болоте провинциальной жизни. Так что в середине дня мне уже начало казаться, будто все происшедшее ночью мне попросту приснилось, — и дергающий простыню домовой, и дерущиеся оборотни. Только лежащие в планшетке золотые монеты говорили об обратном.

Если честно, я не знал, куда себя деть после обеда. В библиотеку идти не хотелось, как и заниматься переездом на новое место жительства. Так что с радостью встретил появление нашего рыжего еврея. Беспокойство Давида лишний раз показало, насколько он заинтересовался нашим совместным бизнес-проектом, хотя он старался скрывать свои истинные чувства. Дава был весел и предложил отметить мое счастливое спасение вечером в кабаке. Глянув на позеленевшее лицо Лехи, я выдвинул встречное предложение вместе пообедать. И, как оказалось, был прав — когда мы уже утолили первый голод, Давид перешел к делу.

— Я успел посетить твоего инженера, — сказал Дава, с которым мы на прошлом банкете успели выпить на брудершафт. — Действительно не совсем пропащий тип, и ты сумел его растормошить. Только наивный до изумления. Пришлось запретить ему что-то делать в железнодорожной мастерской. Так что я снял каретный сарай и договорился с мастером. В мастерской он станет делать отдельные детали, а собирать все это мы будем в сарае. Хват согласился и пообещал уже к вечеру попробовать сделать какой-то усиленный рукав. С железом пока проблемы. Главный инженер явно что-то пронюхал, так что мастеру придется все делать с оглядкой.

Да уж, разошелся мой новый партнер. Вон даже Леха растопырил уши и удивленно пытается понять, о чем это мы говорим. Пришлось делиться информацией и брать с него обещание молчать. Хорошо хоть парень имел совесть и не стал примазываться к общему проекту, хотя поучаствовать ему явно хотелось.

С подбором гостиницы Дава тоже помог, показав парочку вполне достойных. А вот с долгосрочным жильем вышла осечка. Давид смущенно сказал, что на постой меня вряд ли кто-то пустит. Особенно когда узнают о ночном нападении. Народ в Топинске рассудительный и даже пугливый — сказывается жизнь рядом с не самым спокойным местом в империи, хотя, по словам того же Давы, после появления здесь энергетического завода стало намного спокойнее. Точнее, после появления в городе служащих седьмого отделения отдельного жандармского корпуса — спецов по контролю использования энергетических ресурсов, а также деятельности ведунов, ведьмаков и энергетических сущностей. Еще когда читал в библиотеке о корпусе, меня смутило упоминание этих таинственных сущностей. После ночного приключения вопросы отпали сами собой.

В общем, подселять меня к себе никто не захочет. И сдать дом, с которым может случиться все что угодно, тоже. Остается покупка жилья, но с этим вопросом — уже к упомянутому начальником околоточному.

Распрощавшись с Давой, я нанял извозчика и отправился за своими пожитками. Хозяйки дома не было, так что я быстро собрал вещи и двинулся на выход с двумя чемоданами в руках. И все же одна мысль заставила меня задержаться.

— Не знаю, как обращаться правильно, но благодарствую за помощь, добрый хозяин дома, — поклонился я на пороге комнаты.

В углу