Газлайтер - Григорий Володин

Веду киты к берегу, выбираю место высадки подальше от Женского дворца, чтобы не попасть под прямой огонь артиллерии, что бьёт по крепостным стенам. Первым делом велю Феанору готовить громаров к десантированию.

Дампиры, как ни удивительно, подготовились к нашему возвращению. На берегу уже громобои стоят рядами — плотная линия стволов, и едва они нас замечают, тут же открывают огонь. Взрывы следуют один за другим. До китов достать не могут, но для высадки это серьёзная проблема.

Лечу на Золотом навстречу вражеской артиллерии, поднимаюсь выше, активирую имбу-пушку. Вернее, активирует ее расчет в Невинском замке, но не суть. Через теневой портал Ломтика проходя мощнейшие выстрелы и силовые поля вокруг всей линии громобоев разлетаются вдребезги. Барьеры лопаются, как мыльные пузыри. Золотой ревёт, получает возможность поприветствовать кровососов по-драконьи и, подлетев выпускает Солнечные копья. Еще и выдыхает из пасти — и вниз обрушивается столб огня. Громобои рассыпаются, ломаются, горят, дампиры катятся прочь от береговой линии к зеленой стене леса.

Я передаю по мыслеречи Феанору:

— Выпускай громаров первыми!

Морским чудовищам шлюпки не нужны.

Настя подает идею:

— Даня, Пес умеет плавать…

— Точно! Молодец, — киваю и передаю по мыслеречи Псу: — Фас!

Громары с Псом прыгают в воду и гребут к берегу, расходясь в разные стороны. Дроу в это время спускаются в шлюпки, перестраиваются быстро и чётко. Амазонки тоже переходят на лодки. Весь десант двигается. Пошёл процесс. Теперь дело за нашим войском — порешить дампиров да освободить Темискиру.

— Кто говорил, что я всегда громлю врага сам? — говорю женам, довольный собой. — Вот же войско делает всю работу.

Настя с Машей смотрят на меня умильно, как на большого ребёнка.

— Ага, «сам», — фыркает Светка.

— А разве нет? — искренне недоумеваю.

— Ты убрал всю арту, дорогой, — улыбается Маша. — И обеспечил своей пехоте высадку. Обычно полководцы только команды раздают, а не делают половину работы лично. Но это же король Данила.

— Мазака, угррробить пушшшки, — мурчит Змейка.

— Ну и ладно, — обижаюсь наполовину для вида. — Зато стопроцентная высадка без потерь обеспечена.

Громары уже высыпаются на берег. Эти морские гребцы переплыли расстояние от китов до берега с такой скоростью, будто у них из мраморных задниц вырывался реактивный поток. Едва перепончатые лапы касаются камней — они уже прут на кровососов, ревут, валят их под себя, стригут клешнями, ломают туманные доспехи мощными ударами. Пес не отстает и резвится как огромный щенок.

Дроу в это время доплывают на шлюпках, выпрыгивают на прибрежный песок, сразу вливаются в драку. Учитывая что это тысячи и тысячи Мастеров, то кровососам дают прикурить знатно. Альвы и тавры не отстают. Амазонки — следом, у них тоже темп отличный, особенно у Алкмены и ее ближайших сортаниц. Конечно, воительницы всего триста, зато они воюют за свой дом, потому наиболее активны, стройные женские тела выделаются в мощной мясорубке.

Золотой начинает снижаться, чтобы поучаствовать в битве, но я не даю ему садиться.

— Держись выше, — одергиваю мысленно. — Тебе будет специальное задание.

Сам беру Светку за талию, Настю обнимаю за голый живот под майкой, раскрываю туманные крылья и мы втроём спускаемся вниз, в эпицентр. Девчонки тут же в боевую форму, переключаются на режим «убивай-всё». Следом также спускаю Змейку с Машей —стаскиваю их с драконьей спины и отправляю вниз.

Змейка рычит, обращаясь в бестию в пластинчатой броне:

— Мазакааа! Кррровососсы, фака! Кофеварррка есть? А если найду⁈

И в следующую секунду она уже фарширует врагов со смертоносной скоростью.

Жёны тоже участвуют. Мне некогда за ними следить собственными глазами, хватит и ментального контроля над сердцебиением и психической аурой, ибо я уже даю команду зависшему в небе Золотому:

— К стенам дворца. Бей по громобоям.

Дракон резко взмывает и уходит вперёд. У Женского дворца дампиры все еще активно обстреливают стены. Если бы не Диана, их бы уже проломили.

Я оглядываю прибрежное войско и задаюсь вопросом: почему дампиры на берегу стоят насмерть? Почему не бегут? Ведь им очевидно, что мы прорываемся. Одни громары — настоящие машины смерти.

Подключаюсь к сознаниям птиц и оглядываю округу. Ну теперь ясно: основная армия дампиров уже сваливает, отходит далеко за дворец, перестраивается для быстрого марша. А сюда бросили тех, кого списали. Тысяч десять, может чуть больше. Им приказали держать рубеж до конца. Они сейчас не бойцы — они жертвы для задержки времени.

Слева вижу, как Ауст врывается в битву. Его некродоспехи сияют как свежевыпавший снег: лорд-дроу обрушивает некротику, и сразу сотни дампиров сгорают в белом сиянии. Мои органы чувств обострены, поэтому слышу как Алкмена через три ряда, наблюдая за Аустом, выдыхает сквозь зубы:

— ОГО!!! КТО ЭТО!!!

Похоже, некромагиня впечатлилась коллегой по стихии.

Феанор в кипящем магматическом доспехе оказывается рядом со мной, оглядывает работу Ауста и недовольно спрашивает:

— Кто это такой⁈

— Капитан моей дворцовой стражи, — отвечаю.

Феанор фыркает:

— Твой новый Воитель, значит.

— Ты чего, ревнуешь? — усмехаюсь. — Сам же выбрал быть королём. Чего теперь жалеть?

Король Морской Впадины раздражённо трясёт головой:

— И ничего я жалею, Филинов! — он оглядывает битву дальше, наблюдает, как дампиры рассыпаются и не отходят, и бурчит: — Что эти идиоты делают? Они же мрут как мухи.

— Эти десять тысяч оставили, чтобы задержать нас, — говорю. — Основными войска уже отступают. Этих просто списали.

— Трусы, — бросает он.

Я поднимаю бровь:

— Ты только что сказал, что они идиоты, потому что не отступают, а теперь трусы, потому что отступают. Ты определись хотя бы для себя.

Он фыркает:

— Я определился, Филинов. Прав всегда только победитель.

Я ухмыляюсь:

— Тогда не мешай мне быть правым, Феанор.

Вижу, что девчонкам на поле битвы делать больше нечего — бойня идёт слишком кровавая, превращается в мясорубку, дампиры уже не в состоянии выстоять перед громарами и дроу. По мыслеречи вызволяю Светку, Машу, Настю, Змейку и Красивую ментальным окликом:

— Гоу сюда. Без вас справятся.

Светка подбегает ближе, дышит так бурно, что огненный доспех колышется, и спрашивает:

— Даня, а почему дампиры не сдаются в плен?

— Морвейн им мозги промыл, — отвечаю я. — Причём основательно.

Настя хмыкает, глядя на то, как дампиры продолжают драться, хотя шансов у них — как у бумажного кораблика в кислоте:

— То есть они боятся какого-то кровососа больше, чем