Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

подлокотник, убрал руки в карманы и отправился в сторону коридора, ведущего к центральным артериям комплекса. По дороге ему показалось, что он увидел среди зрителей на трибунах волосы персикового цвета, но… ему было не до этого.

Пока зрители выбирались с трибун, идя на свет, Алекс, наоборот, все глубже и глубже погружался во тьму, пока не оказался в сумраке коридоров.

Одни вели к туалетам, другие к – гардеробам, некоторые заканчивались небольшими закусочными. Маленькими фуд-кортами, где можно было купить хот-дог, какие-нибудь шоколадные батончики, газировку или прочие снеки.

Алекс жутко хотел есть.

Даже, пожалуй, жрать.

Он остановился у одного такого.

Скучающего вида студент спросил:

– Что будете брать?

– Чизбургер, – ответил Алекс, указав на опцию в голограммном меню. – Двойной. С дополнительным сыром и беконом.

– Сейчас будет, – все так же скучающе ответил работник и отвернулся к микроволновке. Ну да, не особо круто, но для зрителей сойдет.

– Не бережешь себя, Алекс, – прозвучало за спиной. – Холестерин убивает быстрее пули.

Дум обернулся, и тут же его и без того паршивый день стал еще хуже. Почему нельзя было послать одного только Петра? Хотя вон он, чистильщик Синдиката, стоял за одной из его голов.

Преступная организация была как гидра – со множеством голов. И в данный момент перед Думом стояла одна из таковых. Высокая, статная, в пышном платье из черного и красного шелка. Ее загорелая, ухоженная кожа слегка блестела. Зеленые глаза, подчеркнутые идеальным макияжем, пленили своей обманной женственностью.

Но не стоило ошибаться в этой красноволосой красотке. Яйца у нее были покрупнее, чем у многих мужчин.

Все, что знал о ней Алекс – ее звали Браун, она была одной из голов Синдиката и вставать у нее на пути мог лишь самоубийца. Сам Дум имел счастье общаться с ней всего раз – в тюрьме. Она навещала своего брата, ответственного за спасение жизни Алекса и возникший долг родной во всех смыслах организации.

– Мисс Браун, – чуть криво улыбнулся Дум, – не могу сказать, что рад вас видеть.

Петр шагнул было вперед, но его остановил властный жест тонкого и изящного запястья.

Бездна, если бы не преступная организация, эта женщина, наверное, заведовала бы БДСМ-борделем, не иначе.

– Вы выполнили свою часть сделки, мистер Думский, – деловым тоном произнесла она. – У организации больше нет к вам никаких претензий. Вы теперь абсолютно свободны.

Она протянула руку. Вы когда-нибудь пожимали руку ядовитой змее? Алекс вот делал это уже второй раз в жизни.

– У меня забронировано три места в правительственной ложе. – Она провела подушечкой большого пальца по тыльной стороне его ладони. – Не хотите присоединиться?

Слышали про самку богомола?

Так вот – Дум тоже слышал.

– У меня еще есть дела.

– Что же, – сверкнули зеленые глаза, – тогда почему-то уверена, что мы с вами еще увидимся, Александр.

Отпустив ладонь Алекса (да-да, именно так и никак иначе) она проплыла в сторону ответвления, ведущего к лестницам. Петр следовал за ней безмолвной тенью.

Дум же, сглотнув, прижался спиной к стенке. Ни один демон не был настолько же пугающ, насколько эта рыжая бестия. И так считал любой, у кого помимо члена в штанах имелось хоть немного серого вещества в башке.

Прикрыв глаза, Алекс вдруг четко разобрал знакомый звук чьих-то шагов. Когда он повернулся, то увидел лишь мелькнувшую и тут же исчезнувшую каштановую шевелюру.

– Блять, – выругался Алекс, – и почему гномы такие стойкие?

Когда работник положил на поднос упакованный в коробочку бургер, то покупателя уже и след простыл.

Глава 69

– Налить еще? – спросила Вишенка, пододвигая Алексу бокал с виски.

– Нет, спасибо, – ответил он и продолжил играть. – Какая сейчас дата?

– Шестнадцатое октября, а что?

Последние две недели он редко куда-то выбирался из “Шхуны”, кроме как на занятия в Первом магическом. Но те протекали как-то… скучно, что ли. Нет, они и до этого не являлись сосредоточием хоть чего-то, что могло бы встать в одном ряду со словом “веселье”, но теперь…

Группа Б–52 объявила бойкот своему куратору. Они не только не посещали его занятия, но даже маршруты передвижения выбирали таким образом, чтобы не оказаться с ним в одном коридоре.

Декан Либенштайн, видимо, был слишком занят своими прямыми обязанностями, так что тоже не докучал. Как, собственно, и мисс Периот. Ее Алекс вообще не видел и лишь по расписанию знал, что лекции по истории все так же проводит именно она.

Что касается Гвардии, то законники были целиком и полностью поглощены мозговым штурмом касательно планов Маски, который или которая тоже не появлялся на радаре.

Учитывая, что Алекс расплатился с Синдикатом подставным раундом, отправившим группу Б–52 на самое дно турнирной таблицы, то и Петр тоже не навещал.

Вот и получалось, что несмотря на полученный отпуск, Алекс все свободное время проводил в “Шхуне”, терзая старенький рояль, стоявший в самом дальнем углу зала.

Он играл на нем вечер за вечером, а Диглан, видимо, в благодарность за спасенного сына расщедрился на бесплатную выпивку в обмен на столь же бесплатные концерты.

– Видишь ту девушку? – Вишенка указала на посетительницу у барной стойки. Та, в кожаных штанах и такой же жилетке поверх белого лифчика, сидела в самом конце ряда. И в то же время ближе всего к Алексу. – Она с тебя с самого вечера взгляда не сводит.

– Да? Ты уверена?

– А то, – подмигнула неугомонная официантка, чей внешний вид вновь разительно изменился. Своих девушек она меняла чаще, чем некоторые – зубные щетки. – Думаю, если ты предложишь ей выпить, то…

– Спасибо, – перебил Дум.

Он закрыл крышку рояля, поднялся и направился в сторону “группис”. Та, когда Алекс подошел ближе, слегка подалась вперед. Так, чтобы грудь была выразительнее, талия у́же и… все прочие прелести невербального общения.

Алекс прошел мимо.

Оставив позади шокированную Вишенку и разочарованную “группис”, он вышел на улицу. Ночь уже давно царила в городе магов. Высокие небоскребы, подпирая низкие, тяжелые небеса, светились столбами холодного неонового света.

По дорогам проносились редкие машины. Они несли своих пассажиров по каким-то, без всякого сомнения, очень важным делам. А может, просто домой… или на Амальгаму-стрит, где в это время в каждом клубе гремели звонкие вечеринки.

Что-то в Алексе хотело отправиться в ту сторону, но вместо этого он выбрал диаметрально противоположное направление.

Убрав руки в карманы, куря дешевые, мятые сигареты, в легкой кожаной куртке и джинсах, в порванных кедах и уже не со щетиной, а явно заброшенной небритостью, он ковылял по сплетению улиц и проспектов.

Алексу нравился ночной город.