Танго с демоном: Танго нуэво. Танго верано. Танго эсценарида - Галина Дмитриевна Гончарова

– Это правильно, – Феола нашарила костяную рукоять, погладила, наслаждаясь привычной шероховатостью под пальцами. – У нас все в порядке?

Спрашивала она больше «для галочки». Если Учитель сказал, что все в порядке, угроза исчезла, значит, все так и есть. В порядке.

– Да. Брат Дуардо распоряжается. У нас семеро погибших.

– Семеро?

– Шесть братьев и Дарея.

Феола хлюпнула носом. Чешуйчатую девушку было откровенно жалко.

– А мединцы?

– Живых не осталось. Тут их немного было, штук двадцать, может, двадцать пять. Десяток магов, остальные просто обслуга.

– Люди?

– Вот с людьми проблема. Их тут человек сто, а как их наружу вытащить? Ты в обмороке… кстати – пей.

Феола глотнула крепкий горячий кофе. Сладкий.

Поморщилась. Ей бы лучше матэ, но и за это спасибо. И принялась жевать плитку сушеных фруктов.

– Спасибо, Хавьер.

– Это тебе спасибо. Без тебя мы бы сюда не добрались. И потери… они бы нас уложили. Может, я бы смог убить последних, но остался бы один.

– Что у тебя с грудью? – обратила внимание Феола на бинт, который перечеркивал черную одежду некроманта.

– Царапина, но глубокая. А может, этот гад еще и ядовитый был, не знаю. Рамон.

– Рамон?

– Да. Я его лично уложил! – погордился Хавьер.

– Поздравляю! – Феола тоже порадовалась. – Трофеи брать будешь?

– Храм будет против таких трофеев. Все же это были люди, и надо будет их отпеть и похоронить, как людей. Хотя и не на кладбище, чтобы не смущать прихожан, – подобрался брат Дуардо. – Как вы себя чувствуете, Фи?

– Уже намного лучше, – прислушалась к себе Феола. – Спасибо.

– Вы много сил потратили.

Феола качнула головой.

– Нет. Я много через себя пропустила. Я ведь не маг, я просто воззвала к миру – и мир отозвался.

– А вас этим отзывом оглушило?

– Примерно так. Это все не так легко и просто, брат. Но я уже прихожу в себя. Тан Карраско сказал, что вам нужна моя помощь?

– Людям, Феола. Людям.

– И чем я смогу им помочь?

– Их надо отсюда вывести. Но как? Они столько не проплывут.

Феола вздохнула.

А ей вот совершенно не хотелось возиться с таким количеством народа. Она тоже живой человек, она столько не проведет! Может, нечто среднее?

– Брат Дуардо, а если мы поступим вот каким образом?

Феола изложила идею, брат Дуардо выслушал – и кивнул.

– С вашего позволения, Фи, я сам пойду? Меня послушают.

Феола молча отколола с косы бляшку из кости, круглую, с вырезанным на ней китом.

– Когда все будет готово, вы погрузите бляшку в воду и позовете меня. Я услышу.

Брат Дуардо кивнул, еще раз уточнил план действий… и не удержался напоследок.

– Фи, а вы не хотели бы поработать с Храмом? Обещаю, мы вас будем ценить и беречь.

Феола только руками развела.

– Я подумаю. Поговорю с мужем, с Учителем… что они скажут, ладно?

Брат Дуардо кивнул.

Не отказали? И то для первого раза неплохо. А потом – договоримся. Кстати, а учитель на Храм поработать не хочет? Шаман, оказывается, шикарное средство от всякой нечисти!

* * *

Конечно, ничего серьезного Феола сейчас не осилила бы.

Даже с учетом жертвоприношения быков, сил у нее практически не оставалось. А людей-то надо вывести из пещеры, не оставлять же их тут?

Мало ли что у мединцев по темным углам валяться может? Не надо никому такое…

Оставлять здесь людей нельзя. А как их вывести? Опять открывать коридор под водой? Но их не десять человек, их сотня! И наверняка кто-то будет паниковать, бежать, орать… потом еще вырвется за пределы коридора, собьет Феоле всю концентрацию… сомневаетесь?

Феола в людях даже не сомневалась. Если можно что-то сделать не так – люди сделают. И как тогда ей быть?

Нет правильного ответа.

Феола могла бы остатками силы призвать акул, или даже не призывать, надрезать руку, подождать пару минут – сами приплывут. Их тут много рядом.

Могла бы воздвигнуть из воды горный хребет, чтобы все прошли до берега, аки посуху. Могла бы просто попросить этой силой море расступиться.

Могла бы…

Не могла!

Потому что не была дурой и отлично понимала, как УЖЕ подставилась сегодня.

Жертвоприношение. На глазах у монахов.

Не было другого выхода, погибли бы все. И родные Феолы, и Адэхи… девушка просто выбрала меньшее из двух зол.

Но тут есть одно крохотное «но». Монахи не видели напрямую, что и как она творила, они имели дело только с результатом. А он уже известен. Такое случалось в истории, да и у некромантов такое бывает, разница только в масштабе.

Видел Хавьер, но он будет молчать. Он не дурак. Скорее, он попробует что-то выторговать для себя, чему-то научиться, что-то сделать… это больше похоже на некроманта. Они договорятся.

А вот если Феола сделает сегодня еще что-то серьезное… и снова – жертвоприношение? Постоянный восполняемый источник силы за счет других. Понравится такое Храму?

Нет-нет, Феола даже и не собиралась так подставляться. Она коснулась ладонью поверхности воды и мягко попросила:

– Отнеси меня на берег, пожалуйста.

* * *

На берегу было… нервно.

Переживал и нервничал Амадо, Бернардо на нервной почве уминал уже пятую порцию ракушек… Когда принц волновался, лопать он начинал как не в себя. Хорошо еще – не толстел. У деда так же было. Крис скакал вокруг костра, маскируя деятельностью – переживания.

И все трое выдохнули, когда по морю пошла волна, покатилась прямо к берегу, быстро-быстро так… только вот волноваться они не собирались. Потому что на верхушке волны, словно на ровной земле, стояла рыжая девушка. Она стояла, волна ее несла – бывает.

С шаманами всякое бывает. Факт.

А стоило Феоле ступить на землю, как Амадо подхватил ее, сжал в объятиях, крепко-крепко, не обращая внимания на водяные холодные брызги.

Его счастье!

Его сокровище!

Никому он ее не отдаст!!!

– Фи…

– Все в порядке – почти, – отчиталась Феола. – У нас есть потери, но мединцев мы всех положили. Ритуал не состоится.

– Монахи? – уточнил Бернардо.

И получил в ответ мрачный взгляд. Ссутулился, машинально сунул в рот горячего моллюска, кажется, даже язык обжег, но в этот раз боли не почувствовал.

И он понял, и Крис…

Дарея.

Вроде бы и знали друг друга пару минут, и ни о какой привязанности речь не шла – ну что там? Чудовище чешуйчатое!

Или – нет?

Или такой же живой человек, со своими мечтами, планами, надеждами, человек, который все отдал, только бы жили ее родные и близкие?

Нет ответа. А боль – есть.

– Рамон? – глухим голосом спросил Крис.