Вастум - Анна Сергеевна Мезенцева

из тайника запасной смартфон, записанный на подставное лицо, и немного наличности. Фальшивые документы с открытой визой брать не стал, время крайних мер пока не пришло. Включил смартфон, развернул голоэкран на всю стену и начал перебирать новостные каналы. Долго искать не пришлось.

– …ла свежая информация об убийстве Марины Фархатовой, дочери Олега Фархатова, легендарного основателя и владельца «Роботеха». Как заявил специалист по связям с общественностью Департамента региональной безопасности, возбуждено уголовное дело по факту убийства, совершённого с применением огнестрельного оружия. По словам главного следователя, в потерпевшую было произведено три выстрела, все три ранения оказались смертельными. Пресс-служба «Роботеха» на данный момент не готова дать комментарии и просит проявить уважение к горю…

Ошеломлённый Глеб поставил изображение на паузу. Бодрость пришла безо всякого кофе. Получается, когда в борделе кричали «Фархатова», имели в виду не Канью, а её взрослую падчерицу Марину! Плевать на позднее время, пора звонить Айчилан. Дисциплинированная девушка ответила после первого же гудка. В голосе не было ни намёка на сонливость, на фоне слышались шебуршание, стук и невнятные переговоры.

– Здравствуй, мам, я на работе. Мне сейчас не очень удобно говорить, поэтому, если ничего срочного, лучше перезвони.

Глеб подавился заготовленной речью: «Извини, что так поздно, не могла бы ты прямо сейчас отправиться в офис…» Похоже, Айчилан и так была на работе. И, судя по «мам», в незавидной компании дознавателей и криминалистов.

Глеб прочистил горло и выдавил:

– Обыск?

– Ты права. Извини, я теперь нескоро освобожусь.

– Что-нибудь нашли?

– Полный холодильник продуктов. Фарш вот-вот протухнет, сделай с ним что-нибудь, или придётся выкидывать.

– Свяжись со мной, как только сможешь, – упавшим голосом попросил Глеб.

– Я позвоню, когда поеду домой. А сейчас ложись спать.

Связь оборвалась. Какой уж тут спать… Глеб упал на диван и обхватил голову руками, взъерошив русые волосы. Не склонная к поэзии Айчилан выбрала для разговора странные метафоры, но «полный холодильник продуктов» и «тухлый фарш» не предвещали ничего хорошего. В шкафчике над плитой, посреди ударного запаса гречки и макарон, лежала бутылка водки. Но сейчас ему лучше сохранить ясность рассудка.

Помощница перезвонила только два часа спустя, когда её издёргавшийся начальник, проглотивший к тому времени три чашки кофе, выходил из душа, вытирая голову кухонным полотенцем. Натягивать на мокрое тело одежду не хотелось, как и смущать Айчилан голым торсом. Поэтому Глеб не стал включать изображение, оставив видеосвязь односторонней. На виртуальном экране возникла знакомая фигурка в строгом костюме с воротником-стойкой, подпиравшим округлый подбородок. Приоткрылись вишнёвые губы, сложились буковкой «о».

– Глеб Александрович, вы ранены? Почему вы не показываетесь?

Ощутив что-то вроде благодарности, Глеб поспешил успокоить помощницу:

– Со мной всё в порядке, не волнуйся.

– Где вы?

– В безопасном месте.

– Я могу приехать. Вам что-нибудь привезти?

– Не надо, всё есть.

– Вы в городе?

– Да, сейчас да. Лучше расскажи, что там с обыском.

Айчилан принялась докладывать, сухо и деловито. Каждое слово, вылетавшее из маленького прелестного рта, вбивало гвоздь в крышку гроба. Ситуация складывалась препаршивая. На древнем компьютере Пёстельбергера обнаружили переписку с Мариной Фархатовой, из которой следовало, что детектив долгое время шантажировал погибшую, угрожая слить в интернет запись группового секса с киберами.

Судя по вопросам, заданным следователем в ходе пристрелочной беседы, лживая Канья подтвердила обвинения в шантаже. Более того, она утверждала, что пришла накануне в агентство, чтобы заплатить выкуп и убедить Глеба оставить падчерицу в покое. Айчилан пришлось подтвердить, что появление посетительницы в поздний час её удивило, что женщина выглядела расстроенной и не желала сообщить цель своего визита. Секретарша также призналась, что не покидала приёмную и потому не в курсе содержания разговора. При обыске в офисе была найдена крупная сумма денег наличностью (Канья передала полиции список номеров банкнот) и пистолет, аналогичный тому, из которого, по предварительной версии, была застрелена дочь Олега Фархатова.

Глеб слушал, поджав губы, морщась и холодея с каждой минутой. Казалось, по полу потянуло сквозняком, хотя единственное окно оставалось закрытым. Офис перевернули вверх дном. Всё оборудование, вплоть до принтера, изъяли для экспертизы. Опального детектива объявили в розыск, разослав фото по всем отделениям полиции и департамента, а также в редакции новостных каналов и интернет-порталов.

– Подожди… – Глеб замахал руками, словно желая разогнать наваждение. – Съёмка. Съёмка разговора с Каньей, на сервере. Её нашли?

Прежде чем ответить, Айчилан медленно покачала головой. Узкие тёмные глаза смотрели прямо на детектива, хотя откуда помощнице было знать, в какой части комнаты застыл её ошарашенный шеф.

– Нет. В этот день камера не работала. Из-за скачка напряжения вышел из строя блок питания. Глеб Александрович… Ответьте… Глеб? Глеб, ответь мне, пожалуйста!

Пёстельбергер стряхнул оцепенение.

– Ясно. Спасибо.

– Что вы собираетесь делать?

– Пока не знаю. – Глеб устало помассировал переносицу.

– Я могу чем-то помочь? Мой брат занимает высокую должность в…

– Ничего не надо. Хотя нет, подожди… Попробуй разузнать имя и адрес администратора, который дежурил… – детектив бросил взгляд на настенные часы в виде виниловой пластинки: большая стрелка приближалась к пяти, – вчера вечером в «Вастуме».

– Поняла. До связи.

Айчилан отключилась. Какое-то время на экране мерцал, угасая, неподвижный силуэт – прямая осанка, роскошная чёрная коса, уложенная венцом, аккуратные ушки – но затем растаял и он, сменившись логотипом приложения для видеосвязи.

Голова Глеба ломилась от тысячи мыслей. Но на первое место почему-то выбралась самая бесполезная: наверное, прав Борис, и Айчилан терпела неудобный график и крошечную зарплату из-за него. Сегодня она впервые назвала детектива по имени и на «ты». Глеб улыбнулся. Красивая смышлёная девушка собиралась мчаться непонятно куда ради человека, в чьей невиновности даже не могла быть уверена до конца. Если он когда-нибудь выберется из этого дерьма, обязательно выдаст ей премию. Возможно, в Борисовой валюте.

Глава 5

Июль 2039 г. Четыре месяца спустя после авиакатастрофы. Санкт-Петербург

Забавный торчал возле кофейного киоска, боковым зрением наблюдая за тем, как Верная выходит из автомобиля. У неё опять изменилось лицо, но он узнал особую пластику движений. Сначала показалась туфля на высоком каблуке и узкая, обтянутая капроном щиколотка. Затем рука, опустившаяся на ладонь предупредительного спутника. Верная выпрямилась и шагнула на тротуар Большого проспекта Петроградской стороны. Забавный и не подумал её окликнуть. Молча проследил, как та скрывается в магазине, на витрине которого меняли вычурные позы голограммы в нижнем белье.

Похоже, Верная жила где-то неподалёку. Забавный встречал её в этом районе не в первый раз. Он не искал этих встреч, просто помногу ходил пешком, наматывая круги среди серых торжественных зданий. Униформа позволяла прятаться у всех на виду.