Кому много дано. Книга 4 - Яна Каляева

— Конвоировать не станем. Но прямиком в свой корпус, не задерживаясь, понял? — выдал напутствие мне охранник. — По браслету чекну.

— Так точно, господин начальник.

— Пошел!

Ну я и пошел.

Интермедия 2

Макар. Беседы за чаем

Перед самым корпусом, где ждала меня родная камера, с лавочки поднялась навстречу широкоплечая фигура.

— Здорово, Макар Ильич.

— Здорово, Гром.

— Разговор есть.

— Гнедич тебя послал? — поинтересовался я как бы формально.

Киборг скривил нижнюю половину лица.

— Да не. Считайте, личное дело. Пара приватных вопросов.

— Ну, излагай.

Думал, что киборг спросит «Лукич ничего не передавал из изолятора?», но как знать. Может, Гром и не в курсе, что там сообщение между камерами. Он же, в конце концов, телохранитель нашего попечителя, а вовсе не заключенный. Но нет.

Киборг щелкнул пальцами.

— Это самое… Насчет твоих сокамерников. Со мной тут связались снаружи. Одна, знаешь, хитрая организация. Я-то к ним отношения не имею… теперь. Я — простой наемник, сам по себе. Но интересовались Лукичом. Вроде как он со связи пропал.

— Конечно, пропал. Он же в карцере.

— Вот именно. Я, Макар…

— Давай уж «Макар Ильич», раз начал. Можно на ты, но по отчеству.

Мутные у него «приватные вопросы», не нравятся они мне. Но с другой стороны — сведения!

— Гхм. Ладно, — на лицевом экранчике Грома появился «большой палец вверх». — Я, Макар Ильич, понимаю, что ты в изоляторе вряд ли имел возможность с ним пообщаться. Но ты, это самое, в камере внимательно осмотрись. Может, тебе известно, какие там у Лукича нычки есть? Может, он чего туда спрятал перед тем, как его в карцер забрали? А может, — киборг слегка понижает голос, — может, другой сосед чего-нибудь из этой нычки достал? Если любые сведения будут, то, гхм… Организация поблагодарит.

Ну что за дурацкие игры в мафию? Я спокойно пожал плечами:

— Хорошо. Но буду действовать согласно Уставу Колонии и Уложению о наказаниях. В блудняки залезать не стану, учти. Ни в какие.

— Об чем речь, Макар Ильич! Просто, ну, может, заметишь что интересное… Ты скажи тогда.

— Учту, Гром. Учту.

В корпусе за обычной дверью — стальная решетка, перед которой стол надзирателя. Сегодня Демьян Фокич коротал времечко без кроссворда — вместо этого на маленьком пузатом телеке у него шел сериал про земских ментов. Это значит, у надзирателя было плохое настроение. Когда хорошее, он смотрит про опричников, когда дурное — про земской сыск.

— А-а, Немцов. Проходи!

Я приложил браслет к сканеру, тот пискнул и решетка отъехала.

Демьян Фокич проводил меня хмурым взглядом. Жена его на рыбалку не отпустила, что ли?

Дверь камеры тоже сама отъехала вбок. Но внутри нее никого не оказалось.

* * *

— Бумаги? Тогда, может, это самое… В корзине для бумаг посмотреть?

— Степан, ты гений!…Хватит козюли есть, кому говорю!

Шредера в кабинете нету, и в корзине действительно кое-что обнаруживается.

Основные-то сведения, конечно, в компьютере. Но он запаролен, и имена Коленьки и Фаддея, увы, в качестве пароля не принял.

Но что-то из интересующих ее данных Олимпиада Евграфовна распечатывала. В конце концов, пожилой человек! С бумаги ей воспринимать легче.

Расправляю листы: распечатано было нечто вроде аналитических отчетов. С приложениями в виде архивных справок и результатами магических исследований. Страницы в корзине почему-то нашлись не все, но общую суть понять можно.

Суть-йар-хасуть.

Это даже два отчета! С двух разных электронных адресов, от двух разных… э… компаний. Ни одна из которых не выглядит как аналитический центр.

Сеть ветеринарных аптек и салонов груминга «Коготки», отлично.

Второй отправитель еще четче себя обозначил: Клуб компьютерной грамотности для детей и взрослых «inFormaciya».

Листы комкаю и тоже прячу — пригодятся.

Надо выбираться отсюда.

* * *

Итак, в камере, несмотря на вечернее время, никого не было — ни Лукича, не Маратыча. Уникальная ситуация!

Это значит, мне можно было и в самом деле обшмонать все. И закуток мутанта, занавешенный простынкой. И спальное место Лукича: мало ли какая там у него щель имеется в стене, за Древом из золотой фольги.

Я, конечно, не стал, и не потому, что под потолком камера, а Фокич умеет глядеть одним глазом в кроссворд, вторым — в телек, и третьим, мистическим глазом — на мониторы.

Просто, во-первых, противно, а во-вторых, поздно. Ничего тут нету! И не было, вероятно. Штука, которую нашли в подвале старого корпуса — или где там? — конечно, была не тут.

Она лежала у госпожи опекунши. Вероятно, в сейфе.

В это время вдруг ожил динамик под потолком.

— Макар! — позвал надзиратель одновременно из коридора, через решетку, и через громкоговоритель в камере. — Тебе тут твоя фельдшерица пирожки передала. Приходи, забирай.

Я вытащил из своей тумбочки кружку с изображением маяка и надписью «Я люблю Поронайск». Вышел в коридор.

Хоть и дурное настроение у Фокича, но мужик он хороший. Уважим старика, раз уж соседей в камере нету.

— Давайте, Демьян Фокич, вместе чаю попьем. И пирожки — пополам, угощаю.

— Ну давай, ежели не шутишь. Они у Прасковьи того, первый сорт. Жаль только, что сладкие, а не рыбный пирог…

Мне вдруг стало казаться, что Фокич именно этого и ждал. В смысле, не рыбного пирога, а… разговора? Что я — приду.

— Вижу, опять в телевизоре что-то про земскую милицию, — вежливо сказал я, открывая крышку пластикового контейнера. — Кажется, видели мы уже эту серию, а?

Фокич хмыкнул.

— Ненаблюдательный ты, Макар, минус тебе. Во-первых, не видели. Во-вторых, вовсе не про милицию. Это про опричников сериал, которые работают в земщине. Специальная группа быстрого реагирования — едут туда, где хтонические проявления. Ну или не хтонические, а просто кто-то вид делает, это тоже интересно. Каждая серия — одно дело. В прошлой-то они по заброшенным очистным лазали, а тут, видишь, новая завязка — колодец в дачном кооперативе какой-то странный, аномальный, и участковый пропал!

— Интересно. Я в такой группе тоже работал.

— Да ну? — Фокич даже воду в чайник наливать перестал, от удивления. — Брешешь!

— Да с чего бы? Ну ладно, «работал» — не то слово. Привлекался в качестве научного консультанта, то бишь был на выездах. Группа Пожарского, слышали? Там сейчас служит поручик, который к нам