Мастер Алгоритмов. ver. 0.3 - Виктор Петровский

— Он самый.

— Старший следователь городского управления внутренних дел, майор Корнилов. Беспокою вас касательно вчерашнего инцидента в кафе «Уют». Уголовное дело номер… — он зашуршал бумагами, — … впрочем, неважно. Нам необходимо допросить вас в качестве потерпевшего.

Началось. Протоколы, описи, «с ваших слов записано верно», подпись внизу страницы. Бюрократическая машина, скрипучая и неповоротливая, начала перемалывать воздух, создавая видимость бурной деятельности.

Казалось бы, и то хлеб, но каменоградскую полицию мы не просто так списали со счетов. Не по их уровню дело, помочь все равно не смогут. Их привлекать — только жизнями оперативников рисковать понапрасну.

— Товарищ майор, — сказал я максимально вежливо. — Я уже дал первичные показания патрульным на месте. Разве этого недостаточно?

— Первичные — это первичные, — отрезал Корнилов. — А мне нужен протокол допроса. Подробный. С описанием нападавших, их транспортного средства, возможных мотивов. Вы — главная цель, Дмитрий Сергеевич. Без ваших показаний дело висит.

— Я понимаю вашу работу, — я остановился на пролете между этажами, пропуская курьера с папками. — Но у меня сейчас график расписан по минутам. Служебная необходимость, сами понимаете.

— Расследовать покушение на убийство, Дмитрий Сергеевич, это тоже необходимость. И тоже служебная, — парировал следователь. В его голосе прорезались стальные нотки. — Так что давайте не будем играть в занятых людей. Вам же выгодно, чтобы мы их нашли. Завтра к девяти утра, кабинет триста четыре. Паспорт не забудьте.

Я посмотрел на часы. Девять утра. Как раз то время, когда я планировал заняться калибровкой «Пульса».

Я был раздражен. Каждая минута, потраченная на сидение в душном кабинете следователя, — это минута, украденная у реального дела. Полиция ничего не найдет. Если работали серьезные люди с серьезной магической поддержкой, они не оставили ни отпечатков, ни окурков, ни следов ауры. Я это знал, Милорадович это знал, и майор Корнилов, скорее всего, тоже это знал. Но процедура есть процедура. Ритуал должен быть исполнен.

Но срываться на майора было глупо, он ведь не виноват. Человек просто пытается делать свою работу — и работу полезную, просто в данном случае слишком серьезную для него.

— Хорошо, — сказал я ровно, подавив вздох. — Завтра в девять буду.

— Вот и славно. До свидания.

Связь оборвалась.

Я сунул телефон в карман и медленно пошел вниз по ступеням.

Разговор с полицией о «потерпевших» и беседа с Милорадовичем о тренировках запустили в моей голове новый виток размышлений. И внезапно я понял, что допустил весьма большое, даже преступное упущение.

Я работаю над защитой — но своей. «Весы» в квартире, «Весы» в машине, «Тишина», пистолет под мышкой, ежедневные спарринги с князем. Это все про меня, мои навыки, мою безопасность.

Но я здесь не один.

В случае с Гавриловым угроза распространялась только на меня. Со мной он вел свои дела, и меня бы попытался убрать в случае раскрытия. Каждое убийсво для него, даже в Каменограде, несло большой риск, и потому являлось большой роскошью, к которой прибегали только в самом крайнем случае. Запугивание, шантаж, подкуп — куда более привычные меры обеспечения тишины на таком уровне, он не решился бы «подчищать хвосты», которые могли ничего и не знать.

А тут все иначе. Моему новому врагу, кем бы он ни был, начхать на кровь, шум и сопутствующий урон.

Моих ребят может зацепить просто потому, что они оказались рядом со мной. И за ними могут прийти специально, чтобы заставить меня допустить ошибку, раскрыться, их могут выкрасть в качестве заложников в конце концов.

Я защищаю себя, но кто защитит их?

При имеющейся информации нельзя было ничего сказать насчет боевых способностей Василисы или их полного отсутствия. Она все ж таки дворянка, пусть и опальная, и, кроме того, живет магией. Пусть женщины и слабее мужчин физически, но магия — тот еще великий уравнитель, похлеще старины Кольта. Щиту или огненному шару плевать на объем бицепса и массу тела, потому не удивился бы ее способности постоять за себя, тем более что в плане «голой» магической силы и объема резерва, если не боевых навыков, она меня точно превосходила. Теоретическую базу она знала, а теория — это мать практики.

Илья, я думаю, дрался не раз. Парень он простой, заводской, возможно, и в армии служил — я в его личное дело глубоко не лез. Но я бы ожидал от него уличной магии — мордобой, может быть, бытовая драка в кабаке. К серьезным замесам, когда в тебя летит свинец и боевые плетения, он готов не был. Вчерашний день это наглядно доказал.

Мария же и вовсе не боец, это можно сказать с точностью. Ни по силе, ни по характеру. Есть люди, на насилие не способные в принципе. Такой человек только в самых отчаянных, крайних обстоятельствах нанесет другому вред, да и то не факт. Скорее она бы потерялась, замерла, впала в ступор. Стала бы идеальной мишенью.

И всех их объединяло отсутствие известного мне опыта настоящего боя. Серьезного, когда не на жизнь, а на смерть, и в честную никто не действует. Когда на счету каждая доля секунды, а цена ошибки — отдых в гробу.

Так что если б я — или даже Милорадович, при всем его педагогическом таланте! — взялся их учить, это было бы небыстро. Месяцы, минимум. И далеко не факт, что свой первый реальный бой они пережили бы. У нас не было этих месяцев.

К счастью, у меня были алгоритмы.

Обучать их напрямую? Можно. Но это снова время. Плюс это отвлечет их от основной работы, и добавит напряжения — а с напряжением сейчас следовало быть осторожным. Они люди необстрелянные (почти, после позавчерашнего-то случая), нервы на пределе. Если я начну гонять их и готовить к бою, они могут и сломаться — потому учить следует аккуратно.

Имелся, к счастью, иной путь. Совместить магию с «железом».

Артефакты.

Вплести, к примеру, мой «Страж» в неприметный браслетик, кулон или там амулет, раздать такие штуки ребятам. Тогда заклинание будет всегда активно, работая в фоновом режиме, только подзаряжай раз в неделю — и ходи спокойно.

Идея вышла отличная, но тут вставал другой вопрос. Я в артефакторике был нулем. Полным. Я умел писать код заклинаний, умел кастовать их «с руки», используя свое тело как проводник.