Позывной "Аббадон" - Екатерина Воробьева

Увидев, какой злостью и негодованием, полыхают его глаза, Джин получила неимоверное удовольствие. Не имея в себе большого спектра эмоций, она наслаждалась и впитывала любые чужие. Не важно, положительные или отрицательные. Любые эмоции доставляли ей блаженство.

Как только ее губы разомкнулись для того чтобы, дать дерзкий ответ и усилить огонь его злости она увидела, как его глаза резко метнулись ей за спину, на проезжую часть. В секунда его лицо вытянулось от удивления, зрачки сузились от страха и тревоги.

Она хотела обернуться, чтобы посмотреть, что вызвало в нем такое удивление, но не успела. Тедди резко повалил ее на землю прикрывая собой, а через доли секунды прогремела череда автоматной очереди.

Когда он увидел, как черный тонированный фургон замедлил скорость, поравнявшись с ними, а из его открытой двери выглядывает дуло автомата, нацеленное в спину Джин, он среагировал молниеносно. Не задумываясь над тем, что и зачем он делает, Тедди повалил ее на землю и прикрыл собой.

Стрельба длилась секунд пять, после чего фургон со свистом шин исчез из поля зрения также быстро, как и появился.

Стрельба напугала прохожих. Началась жуткая паника. Люди с криками и визгами разбегались кто куда. Подхватив детей на руки, торопились скрыться за ближайшим углом, в здании, в машине. Все спасались бегством, все спасали себя.

Только он неподвижно лежал на ней, продолжая закрывать хрупкое тело, распластанное под ним на асфальте, своим телом. Он хотел приподняться на локтях, чтобы посмотреть, как она и не раздавил ли он ее своим весом, как почувствовал резкую, пронзающую все тело боль в левом боку.

Джин лежала под ним не шевелясь, эгоистично и нагло наслаждаясь тяжестью его тела, силой его стальной груди и запахом… таким пряным с нотками мяты. Но когда Тедди зашевелился и издал глухой, тихий болезненный рык, Джин поняла, что он ранен.

Быстро и ловко выбравшись из-под него, она задрала края его куртки и увидела кровь.

- Зачем? – еле слышно прошептала она.

- В тебя стреляли. – ответил он так, словно объяснял ребенку банальные вещи.

- Да, но зачем ты закрыл меня собой?

Его поступок не укладывался у нее в голове. В ее мире не было места бескорыстию, самопожертвованию и благородству. В ее мире каждый сам за себя, если дело не касалось денег или иной выгоды.

- Тедди! Зачем?! – повторила она свой вопрос.

Но он не ответил, лишь скривился от боли.

Джин разорвала на нем футболку и увидела огромную, кровоточащую дыру в левом боку своего спасителя. Он стремительно терял кровь.

- Тебе нужна помощь. – зажимая его рану рукой, она впервые в жизни растерялась.

- Машина… она… - он задыхался от боли.

Джин видела, как бледнеет его лицо, а на лбу выступает липкий холодный пот. Дерьмовый признак. Она знала, что не довезет его ни до ближайшей больницы, на до любой другой доступной помощи.

- Ты истечешь кровью пока мы будем ехать.

Это она сказала скорее себе, чем ему. Он спас ей жизнь, а она колебалась. Не хотела делать то, что следует. Не хотела, но должна. Должна ли? Это был его выбор лечь под пули вместо нее. Но если он умрет, как она будет жить с мыслью, что могла его спасти, могла, но не сделала из-за эгоизма?

Пока она колебалась, он истекал кровью лежа на асфальте.

И тогда она наплевала на свой гадкий, мерзкий внутренний голос.

Приподняв Тедди за плечи, она ледяным тоном велела:

- Обними меня! Крепко! И не отпускай!

Сопротивляться и выяснять причину странных приказав он не стал, да и сил не было. Тедди крепко обнял ее за плечи, и в этот самый момент ему в нос ударил знакомый из видения запах шоколада и апельсина. А затем ее нежные руки обвили его, обнимая под грудью, и мягкое женское тело прильнуло к нему так сильно, что он практически перестал чувствовать сводящую с ума боль.

- Как я это ненавижу! – еле слышно прошептала она, опаляя его шею горячим дыханием.

Стоило ему моргнуть, и вот он уже не на тротуаре посреди улицы, а в военном корпусе. В кабинете Королевской гвардии. А над ним обеспокоенное, хмурое лицо медика команды Джин.

- Зак, помоги ему. – еле слышно простонала Джин и на четвереньках отползла от Тедди.

Первым делом Зак дернулся к ней. Но она быстро остановила его:

- Я в норме! Помоги ему! – махнула она в сторону истекающего кровью Тедди.

Быстро оценив ситуацию, Зак занялся тем, кому помощь была нужнее.

Увидев ее, бледную как мел, стоящую на четвереньках, яростно борющуюся с приступами тошноты и головокружения Тедди искренне обеспокоился. Все ее тело сотрясали судороги, она громко и глубоко сопела, пытаясь обуздать свое предательское тело. Он попытался приподняться на локтях, чтобы приблизиться к ней. Но резкая боль в боку не дала ему даже пошевелиться.

- Джин! – простонал он, отчаянно пытаясь дотянутся до нее хотя бы рукой.

- С ней все будет хорошо. – резко одернул его Зак и что-то залил ему на рану.

Яркая белая вспышка боли ослепила его разум. Все что происходило дальше он помнил лишь отрывками. Лысая татуированная голова Зака то появлялась, то исчезала из поля зрения. Его вены прокалывали острыми иглами вводя не известные ему лекарства. Приподнимали голову и вливали в рот какие-то горькие настойки, половина которых проливались мимо, заливая шею и грудь.

Тедди не знал, сколько прошло времени, но когда он мало мальски пришел в себя, боль уже начала отступать. И через некоторое время утихла почти полностью. Он даже смог сесть, чтобы осмотреть свою рану.

Все еще находясь на полу в луже собственной крови, он с изумлением смотрел на маленький розовый рубец в своем боку, где совсем недавно зияла довольно большая дырка.

Зак сидел рядом. Уставший, угрюмый и молчаливый, он вытирал кровь со своих рук белым полотенцем.

- Вот. Помажешь это на ночь, и рубец исчезнет. – он протягивал Тедди маленькую зеленую баночку с какой-то мазью.

Кивнув в знак благодарности, Чандлер принял мазь из рук медика.

- Как такое возможно? – ошеломленно выдавил он, поглаживая розовый шрам.

- Чудеса медицины. – устало хмыкнул Зак.

Затем Тедди вспомнил о Джин и начал судорожно оглядывать кабинет. Столы, стулья, компьютеры, шкафы с какими-то папками, но из людей больше никого. Только