Побег - Виктор Викторович Зайцев

слесарем в заводе (именно «в заводе» говорили горожане), образования нет. Женился, да неудачно, теперь перекати поле, без профессии, без жилья, хоть на БАМ не вербуйся. Хорошо хоть удалось развестись без алиментов. Но из города пришлось уйти, знакомые замучили вопросами. Поживу туристом до осени, там решу, что делать, пока отдыхаю. В деньгах не нуждаюсь, последнюю зарплату с премией выдали, до нового года холостяку хватит.

Мы ещё выпили, после чего больше разговаривали, капитан сослался на необходимость ехать домой на мотоцикле. Затем пошёл обычный трёп двух офицеров, в ходе которого я рассказал пару случаев из своей прошлой жизни, действительно происшедших с военнослужащими, только заменил работу оперов на особистов.

При расставании я нагрузил капитана двумя оставшимися бутылками водки, коньяком, копчёной свининой и рыбой. Даже помог всё погрузить в коляску мотоцикла и тепло попрощался с участковым. Нас, естественно, видели все заинтересованные лица, что в будущем гарантировало мне максимально лояльное отношение со стороны селян. Пока я провожал Ивана Михайловича, протрезвел начисто, неужели мой организм так быстро выводит алкоголь? Хотя, всё может быть, для тела алкоголь может выглядеть ядом. Да и капитан неплох, уезжал в точности по прямой, будто и не пил совсем. Профессионал! По Осиновке я расхаживать с запахом не стал, вернулся в зимовье.

Там и прожил, наслаждаясь покоем и летом, до субботы, банного дня. Который стал для нас с Еленой формальностью, словно с близким родственником. Но в этот раз я пришёл на пару часов раньше, чтобы выкопать картошку на огороде учительницы. Она явно не ожидала от меня такой резвости, я не только копал быстрее всех её знакомых, так ещё без перекуров. Ещё помог перенести выкопанный урожай под навес для сушки, под зоркими взглядами изумлённых соседей, с любопытством наблюдавших за моими действиями. Елена, усердно помогавшая и измотанная трудами, пустила меня мыться первым, как бывает в обычных семьях, где в первый жар моются и парятся обычно мужчины. Я использовал этот бонус на полную катушку, еле выбрался из бани.

Пока релаксировал за кружкой чая, женщина вымылась вместе с сыном, к их возвращению я вполне отдохнул и засобирался домой. Мне показалось, что хозяйка немного расстроилась моим подчёркнуто нейтральным поведением. Но я демонстративно равнодушно попрощался и вышел на улицу, где был буквально атакован соседками женщины.

— Милок, ты не поможешь мне картошку выкопать? — с одной и той же просьбой меня остановили три старушки, сразу предложившие бутылку водки в качестве платы. Но были удивлены моим встречным предложением об оплате, в виде бочонка для соленья грибов или доброго зимнего тулупа, что завалялся в хозяйстве. Можно одного на троих. Старушки обещали найти предложенную мной оплату и попросили прийти завтра, пока стоит сухая погода. Я, естественно, согласился. Готовиться к зиме надо, вдруг не найду работу. Михалыч, то есть участковый, вполне даст мне перезимовать, он человек нормальный, без гнильцы. Такое у меня сложилось о нём мнение, которому я доверял. Всё-таки опыт работы в милиции и просто житейский к семидесяти годам набрался немалый.

На следующий день, я пришёл к своим работодателям с самого утра и закончил заниматься картошкой уже к обеду. Был удивлён щедрой оплатой в виде сорокалитрового бочонка, видимо у местного бондаря такой стандарт был, и тулупа, хоть и поношенного, но не поеденного молью.

— От моего покойного мужа остался, дети не берут, так что пользуйся спокойно. Доживу до лета, посадить картошку и убрать поможешь? — уточнила практичная бабушка при расплате.

— Если дотяну, обязательно помогу, — в таком же стиле ответил я.

Глава 9

Неожиданное решение

— Дров у меня хватит, остальные тюльки расколешь за зиму. Денег за проживание возьму немного, рублей десять в месяц устроит? — продолжала уговаривать старуха. Впрочем, какая она старуха, три месяца назад я старше её был. Побалагурив с бабкой, я вышел на единственную деревенскую улицу, и был окружён сразу пятью старухами, которые тоже насели на меня с просьбами помочь с картошкой. Уже зная мои расценки, двое из них принесли по бочонку, остальные трое ещё один тулуп, вполне рабочий. Пришлось уступить такому напору, да и чем заниматься? Мне не только рыбалка, даже сбор грибов осточертел за последние недели.

А так мои действия принесут ощутимую пользу, помните слова Матроскина? Совместный труд для моей пользы сближает. Так и я очень люблю труд для моей реальной пользы. Поэтому два дня провёл в Змеевке на картофельных огородах местных старушек. Не только вдумчиво поработал, но и получил огромное количество информации как о приезжих военных пенсионерах, так и об Елене, чью недолгую биографию мне с наслаждением поведали сразу три работодательницы. Конечно, я привык делить бабские сплетни на три, но часть их сведений вполне укладывались в здравый смысл. Увы, кроме не нужных мне подробностей, информация оказалась бесполезной по большей части. Хотя, в будущем могла пригодиться.

К Елене, за все дни работы на соседок, я ни разу не зашёл, зачем? У нас с ней чисто деловые отношения, хотя Кирилла при встрече угостил шоколадкой. Когда я привёл в порядок заработанные бочонки, потратив на это три дня, отправился в лес за грибами. С радостным удивлением обнаружил, что попал на вторую волну грибов, в первую очередь рыжиков. Пришлось за пятницу дважды сходить по грибы, чего хватило для заполнения одного из бочонков доверху. Конечно, через несколько дней рыжики осядут, придётся дополнять, но всё равно приятно. Так что в баню я пошёл с традиционной двухведёрной корзиной, полной свежих рыжиков. В карман положил пару шоколадок, через плечо перекинул пять дружков дубовых веников (дружками у нас называют пару связанных между собой веников).

Мытьё прошло традиционно, после чая я поспешил домой, а Елена тщательно отворачивалась, стараясь удержаться от просьбы. Хотя я догадывался какой, но решил не спешить, вдруг ошибаюсь? На следующий день отправился на охоту, накануне как раз открыли охотничий сезон. Наличие охотничьего билета, хоть и на чужое имя, но с моей фотографией, не давало мне покоя, как и трофейная двустволка с парой укрытых в лесу озёр. Оба озера порадовали меня десятками плавающих уток. Явно охотники спугнули с мест постоянного проживания, вот они и выбрали себе спокойное место. Изначально я планировал пострелять из ружья.

Потом решил не шуметь на первом озерце, заодно потренироваться, и принялся перекрывать уткам кислород в буквальном смысле слова. Сначала всех убил точечными ударами внутренней энергии по артериям в горле. Потом закупорил дыхательные пути, чтобы