Ворона цвета сажи - Карина Вран

А этот хлыщ в полосочку уже готов вместо ужина мамочку нашу слопать. Так дело не пойдет!

— Здравствуйте, молодой господин Ли Хан, — присел на корточки визитер. — Приятно познакомиться.

— М-м, — подозрительно воззрился на него братик.

И шагнул так, чтобы скрыться за маминой юбкой. Мэйхуа подхватила сынулю, зажмурилась. Вполголоса сказала Чу-четыре, чтобы накрывали на стол с учетом гостей. И уткнулась носом в мягкие детские волосы.

Сто процентов понимая, мам. Малыш так вкусно пахнет! Новорожденный он вообще опьяняюще пах молочком, чистым хлопком и почему-то свежей выпечкой. Ещё немножко травами и сладостью. Не аромат, а чистый дофамин.

Хан подрос, молоком уже не пахнет. Чистота и пряные травы с ноткой сладости остались. М-м-ням!

Гостю же никакого удовольствия не досталось.

Эх, нет у тебя подхода к детям, полосатик. Не чувствуешь совсем, где лесть может сработать в плюс к «репе», она же репутация. Или где у сыновей-наследников не растят с детства «корону» на голове. В таких семьях, пожалуй, этот Хэ не ошибся бы с «молодым господином» при обращении.

Но наш Хан — искренний, открытый ребенок. Он чует фальшь, как ищейка контрабанду. А к особому отношению («Это же сын, бесценный наследник фамилии!») не приучен.

Любовь и ласку в нашей семье делят на всех поровну.

Натужное дыхание Хэ Шаня, не ожидавшего такой реакции, хотелось сравнить с намокшей парчой. Такое же оно стало тяжелое, холодное. Неуютное.

Я метнула недовольный взгляд на Цзиня. Он приволок в наш чудесный загородный дом, полный тепла и уюта, этого подбитого морозным ветром хлыща.

Выстудил тут всё, обкашлял. На мать зыркает.

Красная шкала отношения близилась к крайней неприязни.

Хотя дядька, по большому счету, ничего ещё не сделал предосудительного. Даже сигару затушил и бросил в урну перед входом.

Мужчины тут вообще дымят много и часто. Тишайший каменный воин — редкое исключение. Но и дядя, и садовник, и «водитель» — все бегают к входной группе. Потому как внутри дома у нас строжайший запрет на сигаретный дым.

Этот Хэ без особого напоминания догадался о назначении урны. Может, не так он и плох?

Да, не умеет обращаться с детьми. Да, пялится на мать. Она у нас красоточка, грех не любоваться.

Тише, ворона, тише. Дыхание ровнее, эмоции в узду. Дай шанс полосатику себя проявить… Так или иначе.

— У вас есть дети, господин Хэ? — задействовала образ малышки-любопышки еще раз. — Выглядите так, будто вам в новинку общаться с маленькими.

Гость поднимался — смысл высиживать перед малявкой, который от тебя прячется? — и мой вопрос застиг его в движении. Так и застыл он, чем-то напоминая Терминатора сразу после переноса во времени. Только в одежде и без горы мускулов.

Длилось это буквально миг. Затем он распрямился, и с тренированной физиономией ответил.

— Пока нет. Но я надеюсь в дальнейшем обязательно исполнить свой сыновий долг.

Снова Цзиню сипеть и хрипеть. Обида пришла, откуда не ждал, называется.

Окей, я объективна. За чувство юмора накинем «плюс один» к репутации.

Мэйхуа окинула Хэ Шаня сложным взглядом. Будто прикидывала: а не сжалиться ли над ним за то, как подхватил её «тонкий намек» для Цзиня? Но тут же встрепенулась, отбросив секундный порыв, как лист комканной бумаги…

Вот оно! Документ смят изящными пальцами, он летит в стену… Дядюшка отводит взгляд в сторону.

Точно, речь шла о защите братьев наших меньших! Вы знали, что собаки по сей день входят в список сельскохозяйственных животных Китая?

Знайте! Законодательно, в перечне «Национального каталога генетических ресурсов домашнего скота и птицы». Издано Министерством сельского хозяйства и сельских дел КНР.

Нас же в школе учат родину любить. Не хочу углубляться, а то легко скатиться в политику. Не хотелось бы. Но уроки «морали и общества» даже в нашей элитной школе проводятся. И там, в виде непредусмотренного системой бонуса, можно задавать учителю разные каверзные вопросы.

Рисковать и прослыть ненадежным элементом ворона не стремится. Но уточнять некоторые моментики — почему бы и не да?

Так вот, овцы, коровы, свиньи и т.д. стоят в одном ряду с собаками. Кошек там нет, слава Мирозданию.

Хотя не всех отсутствие мяукалок в перечне останавливает… Голубей, вон, тоже нет. А они есть — и на рынках, и в ресторанных блюдах. Разве что в Гонконге можно встретить стаю голубей на площади. В Макао не была, но там, наверно, тоже.

На материке голуби имеются. Но готовые к подаче на стол.

Не осуждаю: много лет голода и голубя сделают съедобной, питательной птицей. Но и поддерживать не готова.

Однако речь не о птичках, которых жалко.

А о законе, который маленькая я мечтала протолкнуть. О защите братьев наших меньших. Тогда эта ворона не знала про перечень… А взрослые, похоже, не хотели меня расстраивать.

Хэ Шань. Тогда и прозвучало это имя. «Красный принц» Хэ Шань. Ребенок из семьи политика.

Мать моя тогда метнула бумажный «снаряд» в стену.

Ёлушки-воробушки! Теперь я уверена: «красный принц» и Мэйхуа были не просто знакомы…

Глава 11

Беспокойство меня охватило нешуточное. Эта ворона любит свою китайскую семью. И совсем-совсем не готова к изменениям в её составе. И драм никаких нам не надо!

Однако шло время, плавно тек ужин. Я сидела так, чтобы отслеживать всех присутствующих.

Гость был вежлив, в уголках его глаз, кроме любования, поблескивало что-то ещё… Тоска? Сожаление? Чувство вины? По взглядам искоса и в тарелку такие нюансы сложно различить.

Что меня реально успокоило, так это поведение матери. Мэйхуа глядела ровно, спокойно. Случился в первое мгновение встречи шок узнавания, но быстро прошел.

Чуть больше безразличия, и это стало бы подозрительно. Чуть дольше задерживался бы взгляд, и я бы задумалась о «маскировке» истинных чувств.

Но нет: негромкая беседа ни о чем, как и положено. Я бы сказала, что мама порой смотрела сквозь Хэ Шаня. Возможно, что-то вспоминала.

Бури или даже легкой ряби на поверхности «моря спокойствия» эта ворона не замечала.

И постепенно расслабилась.

Взрослые тоже. Начали вспоминать разные истории из прошлого. Я узнала, что они все ходили в одну старшую школу-пансионат. Хоть и в разных классах учились. Китайцев много, в один класс при всем желании не поместились бы.

Ну как ходили, скорее, обитали в пансионате почти безвылазно. Жили в отдельных корпусах, но в учебных коридорах сталкивались. По будням.

В выходные дни в их школе-пансионате девочки занимались отдельно от мальчиков. Разделение шло по дополнительным и «клубным» занятиям.

Что, кто-то подумал про отдых и развлечения? Ага, раскатали губу шире…

Суббота — спецкласс, воскресенье — клубная деятельность.

Парни что-то мастерили, веселились на авиамоделировании и не только. Девчата глубже погружались в изучение искусства. Вышивка, рисунок, музыка, танец.

Подкалывали Цзиня, что он мог бы ещё тогда сойтись с женушкой, и уже своих детей в школу отправлять. Засмущали дядюшку,