Военная АльтерНатива - Квинтус Номен

Муром отпустит? То есть, скорее всего, отпустили бы многие родители — но нам-то зачем заботиться о несовершеннолетнем раздолбае? А набирать в ПТУ парней из окрестных деревень — тоже то еще удовольствие: допустим, общежитие для них выстроить несложно и не особо дорого — а вот кому придется отвечать за их жизнь и здоровье и тем более за «моральный облик строителей коммунизма»? Так что тут прорисовывался единственный вариант: в ПТУ брать подросших детей уже работающих в городе рабочих, которых нужно было как-то изыскать, уговорить в Ковров или Муром переехать… цикл замкнулся. Так что пока вариант с подготовкой новых рабочих в ПТУ как-то прокатывал лишь в Москве, Петербурге и Ярославле — в трех крупных городах, где заводы компании уже имелись. А вот в городах небольших…

В небольших городах рабочим просматривался единственный вариант: готовить собственных рабочих в тех же ПТУ из незадействованных в промышленности и торговле нынче людей, коими были бабы и девицы. А чтобы их из «пассивного резерва» перевести в актив, нужны были те же детские сады, ясли, детские поликлиники — и серьезна такая мотивация, подвигающая бабское население на присоединение к рабочему классу. И пока такой мотивацией были просто деньги, этим нужно было и воспользоваться, причем как можно скорее: если момент упустить, их потом другие «купцы» уведут.

Я еще раз окинул внутренним взглядом список стоящих передо мной (и вообще перед кадровой службой компании) задач. Небольшой такой список, в котором основным пунктом был найм на работу множества женщин. И этот пункт, собственно, все прочие обуславливал: нужно тучу баб научить читать и писать, дать им знания хотя бы в пределах четырех классов начальной школы, для детей этих баб организовать детские сады, обеспечить детей медобслуживанием. Врачи-то в Коврове были, все же в достроенной как раз к началу войны здании реального училища открыли госпиталь, и там врачи имелись — но у них и без детишек работенки хватало, значит, нужно найти для детской поликлиники врачей новых. Новых врачей пока что просто в России не было — а их этого вытекало, что и врачей нужно «собственных» выращивать, следовательно, нужно и мединститут создать, причем с узкой специализацией подготовки педиатров. А для того, чтобы институт заработал, в него надо нанять грамотных преподавателей — а преподавателям, чтобы они согласились заняться обучением граждан, требуется создать условия, превосходящие по уровню комфорта и благополучия все, что только они могут себе представить. То есть выстроить не только жилье, но и магазины, театры, больницы уже для взрослых — а это, кроме всего прочего, стройматериалы, которые успели почти вдвое подорожать за год войны. И по таким ценам благополучие людям обеспечить будет уже трудновато — а из этого вытекает, что нужно и свое производство стройматериалов наладить, для работников которого тоже требуется… требуется… требуется…

Список первоочередных дел второго, третьего и так далее уровня в моей голове плавно уносился куда-то за горизонт. Да уж, действительно: кадры решают всё. Но не потому, что кадры хотят править миром, нет — кадры решают задачи, которые передними ставит руководство. И задачи эти из числа тех, которые просто больше никто решать не хочет (или не может), так что руководство это просто идет по пути наименьшего сопротивления: выделили кадрам бюджет — и все, а дальше как в сказке: не гунди и не перечь, а поди и обеспечь. И никого уже не волнует, как вообще нужное можно обеспечить, так что да: кадры — решают, вот только решают они лишь в случае, если понимают внутреннюю структуру кадровых процессов. А с этим в России было ну уж вовсе паршиво.

Вот взять к примеру нашего царя: вроде не дурак был, но насчет кадров понимал он почти нисколько. В Советском Союзе (я в книжках того времени читал) очень часто цитировании его высказывание о том, что «России достаточно уже существующих университетов», доказывая его непроходимую глупость. Однако по факту слова его имели совершенно противоположный смысл, что легко можно понять, если знать: университеты в России готовили главным образом юристов, коммерсантов и «гуманитариев» всех пошибов. В цитируемая фраза предварялась… даже не предварялось, а была окончанием фразу о том, что «Россия нуждается в открытии высших специальных заведений», то есть институтов и техникумов, в которых как раз готовятся инженеры, врачи, химики и прочие очень прикладные специалисты. Но даже это уточнение царя более умным не делает: в России уже больше половины именно технических специалистов не могли найти себе работу. И это при том, что кадровый голод был просто невероятно огромным!

А картина объяснялась просто (то есть нам ее так в институте объясняли): чтобы создать одно рабочее место инженера в промышленности, нужно, чтобы для этого инженера уже было минимум пара сотен мест для рабочих, причем минимум десять процентов (а лучше двадцать) должны быть рабочими профессиональными и высококвалифицированными. И поэтому в СССР после революции, при огромной востребованности специалистов почти две трети уже получивших опыт работы инженеров оставались без работы, а несмотря на то, что и рабочих требовались миллионы, гораздо больше миллионов пролетариев числись (да и на самом деле были) безработными. Просто потому, что были они именно пролетариями, а они — в отсутствие рабочих — вообще никому не нужны были.

А как раз с рабочими в России и СССР первое десятилетие после революции была беспросветная жопа: из примерно двухсот сорока тысяч квалифицированных рабочих в стране осталось меньше тридцати тысяч, а их восьмидесяти тысяч рабочих-металлистов (то есть те, кто в металлообработке трудился) их осталось менее пяти тысяч! И понятно, почему сотни заводов и фабрик, до революции прекрасно работавших, были остановлены: некому на них работать было. Да и сейчас на заводах компании работать было некому, то есть на новых, только что запущенных или строящихся заводах. Впрочем, и на уже работающих с персоналом было далеко не все в шоколаде: нужно было выпуск продукции наращивать, а рабочих рук для этого просто не было…

Но ведь «кадры решают всё», в смысле решают любую поставленную перед ними проблему — и к Рождеству одна проблема была решена: в Павловском Посаде рядом с минометным заводом заработал еще один заводик, на котором почти все рабочие были как раз работницами, причем восемьдесят процентов из которых даже читать не умели. И заводик этот выпускал взрыватели для мин: там было дофига ручной работы (пока инженеры не придумали хоть какие-нибудь автоматы, этот ручной труд заменяющие, а они уже старались что-то необходимое придумать), а технологи просто