Беглянка №0 для звёздного командора - Алекс Скай

Связь с картой объекта пропала. Пять чужих отметок исчезли вместе с ней. Рейнар остановился.

— Мы больше их не видим.

— Они нас тоже.

— Если этот слой вообще связан с внешним сектором.

— Связан.

— Откуда знаешь?

Элара указала вперёд. В конце коридора виднелась старая металлическая дверь. Не гладкая древняя поверхность. Обычная керренская конструкция. На ней сохранилась почти стёртая маркировка:

СЛУЖЕБНЫЙ АРХИВ.

Элара посмотрела на него.

— Потому что люди всегда строят запасной путь к тому, что боятся потерять.

— А потом забывают внести его в новую карту.

— Именно. Поэтому на новой схеме его нет.

Дверь не открылась автоматически. Элара сняла боковую панель, но Рейнар остановил её прежде, чем она успела коснуться проводки.

— Дай мне.

Она вопросительно подняла брови.

— С чего вдруг?

— У тебя руки дрожат.

Элара посмотрела на собственные пальцы. Не возразила. Это тоже было непривычно.

Рейнар открыл панель. Старый привод оказался простым, почти примитивным после архитектуры центрального ядра. Он восстановил питание на локальный замок, и через несколько секунд дверь с тяжёлым механическим звуком ушла в сторону. За ней находилось небольшое помещение с четырьмя архивными стойками и единственной рабочей консолью.

— Закроем дверь, — сказал он.

— Если они найдут проход, она их не остановит.

— Мне достаточно предупреждения.

Элара вошла. Рейнар закрыл дверь вручную и поставил простой сигнал на открытие. Затем повернулся. Элара уже подключала скопированные данные.

— Что ищешь?

— То, что ты подписал после моей смерти.

Он подошёл медленнее.

— Подтверждение личности?

— Подтверждение.

Рейнар не ответил сразу. Элара не смотрела на него. Наверное, это было проще для обоих.

— Ты не обязана это видеть, — сказал он.

Её руки остановились над консолью.

— Годами мне объясняли, что со мной произошло, люди, которые знали меньше меня или врали больше. Больше я не хочу получать собственную историю кусками.

— Я имел в виду другое.

Она наконец посмотрела на него.

— Знаю. И всё равно хочу увидеть сама.

Рейнар не стал продолжать. Архив загрузился. Элара выбрала дату — через пять часов после её исчезновения. На экране появилось несколько служебных пакетов. Один он узнал сразу — не по номеру, по названию.

АВАРИЯ К-17. ИДЕНТИФИКАЦИЯ ПОГИБШИХ.

Тогда эти слова изменили его жизнь. Сейчас выглядели как обычная строка в каталоге. Элара потянулась к файлу, но остановилась.

— Я открою только данные.

Рейнар понял, что она предлагает ему выбрать. Не изображения и не то, что когда-то показали ему — только записи.

— Хорошо. Только записи.

Она отключила визуальные вложения. После этого открыла пакет. Система вывела перечень. Время аварии. Состав группы. Четыре подтверждённых погибших. Один человек без установленной личности. Рейнар резко наклонился к экрану.

— Стой.

Элара тоже увидела.

ОБЪЕКТ 05.

Ниже стояло время регистрации. На восемнадцать минут раньше, чем в документе появилось имя Элары.

— Пять человек? — спросила она.

— Мне говорили о четырёх.

— Ты видел общий отчёт?

— Сокращённый.

Элара открыла историю изменений. Первая версия содержала пять строк. Во второй пятая исчезала. Вместо неё у третьей записи менялась идентификация.

ТЕЙН, ЭЛАРА.

Рейнар почувствовал знакомое холодное давление между рёбрами. Не боль. Слишком много лет прошло для той первой боли. Это было хуже: понимание механизма. Элара открыла техническую последовательность.

— Смотри.

Первая фиксация объекта была анонимной. Через семь минут к записи добавили ссылку на биометрический профиль. Ещё через три — личные предметы. Затем свидетельское подтверждение. И только после этого система переписала исходную строку.

— Где взяли профиль? — спросил Рейнар.

Элара уже проверяла. Через несколько секунд на экране появился источник.

РЕФЕРЕНСНЫЙ ПРОФИЛЬ: Н-4.

Рейнар перечитал.

— Они не снимали его с погибшей.

— Не снимали.

— Использовали мою запись?

— Не твою. Профиль самой Н-4. Он был создан, когда я ещё находилась на станции.

Элара открыла контрольные данные. Совпадение идентификации, которым тогда объяснили ему абсолютную достоверность, оказалось сравнением не между погибшей женщиной и Эларой Тейн. Система сравнивала архивный профиль Элары с архивным профилем Элары. А потом ставила рядом имя неизвестной.

Рейнар медленно провёл ладонью по лицу.

— Я этого не видел.

— Тебе показывали, откуда взялось совпадение?

— Не показывали.

— Только процент?

— Да. Только процент — без источника.

— Какой?

Он помнил. Разумеется, помнил.

— Девяносто девять и девять.

Элара тихо выдохнула.

— Красиво.

— Что именно?

— Достаточно высоко, чтобы человек перестал задавать вопросы. И не сто, чтобы выглядеть естественно после аварии.

Рейнар вспомнил ту комнату. Холодный свет. Офицера, говорившего с ним слишком спокойно. Закрытый блок. Документы на прозрачной панели. Он тогда требовал открыть полный доступ к данным. Ему объяснили, что часть информации повреждена. Он потребовал повторную проверку.

Ему показали совпадение. Потом вещи. Рейнар резко посмотрел на следующий раздел.

— Личные предметы.

Элара открыла. Три позиции. Рабочий идентификатор. Навигационный жетон. Тонкая металлическая пластина с выгравированной координатой. Элара перестала двигаться. Рейнар тоже узнал последнюю. Он подарил её за два месяца до Керрена. Не украшение. Элара не любила вещи, которые существовали только для красоты.

На пластине стояли координаты их первого совместного маршрута — точки, где её гражданский корабль случайно оказался рядом с патрульным судном Рейнара после сбоя маяков. Она тогда провела двадцать минут, объясняя военным, что неправильный курс был не её ошибкой.

Рейнар провёл следующие два часа, доказывая собственному начальству, что она права. С этого всё и началось.

— Ты носила её постоянно, — сказал он.

— На рабочем ремне.

— Я увидел её.

Элара не ответила.

— Именно после неё я подписал подтверждение.

Теперь Рейнар понимал: дело было не в теле и не в одном официальном проценте, а в комбинации доказательств. Люди, строившие подмену, знали, что именно показать ему. Чужой человек мог поверить профилю, коллега — рабочему идентификатору. Рейнару же предъявили то, что невозможно было перепутать.

Вещь, происхождение которой знали только двое. Или должны были знать только двое.

— Как она попала туда? — спросила Элара.

Рейнар уже искал журнал изъятия. Нашёл. Дата — день исчезновения. Время — за сорок одну минуту до аварии. Источник:

Н-4. ЛИЧНЫЕ ВЕЩИ СПЕЦИАЛИСТА ТЕЙН.

Получатель скрыт. Но вторичный контур сохранился. Рейнар знал, что увидит, ещё до расшифровки.

SEYL-M/01.

Мара. Элара откинулась от панели. В её лице не было торжества человека, который оказался