Роанна. Имперский лев - Виктор Постоенко

— Как понять, закрытом? — удивилась я.

— На берегу построили высокое большое здание. Возвели кирпичные стены с окнами, а крышу сделали из металлических балок, полученных на новом заводе Фишера, построенном рядом с рудниками на дороге в Дюранд.

— То есть теперь корабль строят внутри здания? А потом как? — мне стало до жути интересно, я и в той своей жизни никогда не видела ничего подобного. И уверена, что ни в Старом, ни в Новом Свете такого еще нет.

— Корабль набирают с легким уклоном на деревянных кильблоках, на выходе из эллинга — слип к реке. Потом просто все бревна смажут жиром, кильблоки выбьют, и корабль сам под своим весом скатится в море. Ну, а все остальное, мачты и прочее, будут ставить уже у достроечного причала.

— А почему как сюрприз? — тут уже мною овладело обыкновенное женское любопытство.

— Ваше Величество, ну не могу я сказать, тогда не будет сюрприза ни для Вас, ни для Его величества, — Вулф улыбнулся и поклонился, давая понять, что больше эту тему он затрагивать не смеет.

— А Кассоль выбран по причине того, что там вы отрабатываете новые методы?

— Да, плюс еще в том, что он может делать что угодно, а на Императорской верфи все связаны поставленными от Военного Министерства заданиями.

Дома меня ждало письмо от Ирианы Санаан.

Глава десятая. Свадьба Кэтрин. Католики.

Принцесса в начале письма написала о состоянии здоровья матери и сестры, а потом сообщила, что по совету герцога Этернийского отправила письмо к влиятельным князьям Батоу и Синхана. И тот, и другой уже не раз выступали перед каганом с вопросами о состоянии здоровья его дражайшей супруги. Именно они тогда посещали усадьбу, но мать ничего не могла им ни сказать, ни даже знака подать. И оба были недовольны засильем посланцев Тан при Ордосском дворе.

Мама сама была родом из военно-экономически могущественного клана Батоу, владеющего не только северными землями и рудниками, но и большим городом-крепостью Батоу, стоящей на берегах самой длинной в тех местах реки. Исток которой начинается в озере Ногоннур на севере Баратского княжества, затем она протекает через Уйгурский, Сюннийский каганаты, княжество Тан и впадает в океан уже в Бохайском царстве.

Оба письма подписаны великой Хатун Ордоса. В них рассказывается вся правда о преступлении кагана, об убийстве на границе Тан, с помощью наёмников, Великого Кагана Мурьяра Кейрата Санаан и его сыновей. Об издевательствах племянника над супругой своего дяди, о прелюбодеянии в отношении его дочери, которая, не выдержав позора, выбросилась из окна башни и разбилась насмерть.

О похожей судьбе Анары Ириана и мать писать князьям не стали. Это уже моя герцогиня Андольская посоветовала. Чем меньше людей об этом будет знать, тем лучше. А там, глядишь, и жизнь у девушки наладится.

В конце писем Ириана приписала, что сейчас она и мать находятся в полной безопасности под охраной могущественной Вальрондской Империи. А князьям нужно самим решить, как им следует поступить в данной ситуации.

Князем Юлина был человек, поддержавший притязания нового кагана на уйгурский трон. Поэтому решили его в известность не ставить. По совету герцогини Ириана написала, что если князья хотят убедиться в правдивости писем, то пусть отправят посланцев в имперский город Лампанг. И тогда их проводят к месту, где сейчас проживают хатун и её младшая дочь.

Герцог Этернийский сейчас ждал посланников от Великого Сюннийского Каганата, которые, по поступившим сообщениям, уже прошли Лампанг. Каган отправил посланником своего младшего брата с большими дарами и не менее большим сопровождением. Останавливались они в поле, разворачивали шатры, в общем, шли степенно и чинно.

А самое важное событие произошло на западе. Дерек доложил, что строители закончили постройку большого временного моста через широкую реку Фине. Мост связал даккский город Сабрум и наш Убертарн, а это значит, что торговые караваны, повозки с рудами и разными материалами, войска и припасы могут теперь свободно перемещаться между Даккой и Северным генерал-губернаторством, а не на паромах.

Временный — по причине того, что настоящий большой каменный мост, подобный перекинутому через широченную Мегхну у Чандпурра, только строился. Его строили те же даккские мастера, что построили и Чандпуррский мост.

Много времени занимала забивка свай в местах будущих быков, откачка воды и прочие совсем не мелочи. Но они обещали построить мост к весне следующего года. В центре поставят четыре башенки, как в нашей мостовой крепости на Рооне. А между ними будет поднимающаяся часть моста.

С прибытием генерала Джеймса началась активная подготовка к свадьбе, и Кэтрин с того дня уже не выходила на службу. Рядом со мной из давних девушек теперь остались только Элора, Ило и Айма. Микка и Хола не в счёт, они всё равно появились позже. Да они никогда и не старались быть ко мне ближе. Они вроде и есть, и в то же время их нет.

Дею вызвала к себе бабушка, и она сейчас жила в Андоле. Герцогиня усиленно искала ей жениха, и вроде как преуспела в этом деле. Поэтому по утрам мы продолжали бегать и заниматься уже в усечённом составе. Мне почему-то последнее время вспоминалась Ринна с её смешно болтавшимися в разные стороны хвостиками и её последний крик ко мне: «Знай, Дея моя младшая сестра!»

А теперь вместо неё бежит Элора, за ней рядышком Нира и Марджани.

— Ты чего такая смурная? — не выдержала Нанке, когда мы уже подошли к беседке.

— Ринну вспомнила — почему-то даже снится последнее время — я и молиться ходила к жертвенному камню, всё равно не помогает.

— А давай у своих отпросимся и посетим Андол, а? Дети без нас не заскучают, вон сколько у них тут веселья, — и она показала на детскую компанию во главе с убежавшей туда Нирой.

— А можно мне тоже с вами в путешествие? Я ведь нигде, кроме Рианола, и не была. Когда сюда ехали, то меня всё время везли в закрытой повозке по всем нашим законам, — Марджани вопросительно смотрела то на меня, то на Нанке.

— Да я не против, но всё решим после свадьбы князя Талинского. Сама уже несколько лет там не была, последний раз как раз в год, когда погибла Ринна.

— Роан, а ты ничего не забыла? — Нанке хитровато прищурилась и замерла.

— А что я должна была забыть? — я начала вспоминать, о чём могла мне напомнить моя сестра, но никак не могла сообразить.

— Балда, твоему Величеству в этом году через два месяца исполняется ровно двадцать пять лет! — торжествующе выдохнула она.

— Да не