Мастер Трав II - Ваня Мордорский

Морна слушала, не перебивая. Когда я закончил, она медленно выдохнула.

— Ты… ты не представляешь, сколько стоит этот эликсир… — вдруг сказала она глядя на меня, как-то по-другому, — Из-за того, что таких как я… мало, алхимики дерут с меня сумасшедшие суммы, зная, что без него я не… могу жить как… человек…

Она умолкла.

— Эликсир гасит всплески. Подавляет звериную суть. — добавила она. — Ты правда можешь это сварить?

— Могу попробовать, но качество зависит от ингредиентов и практики. Первые партии могут быть не идеальными. Но через время точно смогу.

Она кивнула, всё ещё глядя куда-то мимо меня, в пустоту.

Я потёр горло.

— Я готов помочь тебе. Но… — я сделал паузу, — нехорошо, когда человека, который готов тебе помочь, хватают за горло и душат. Мое горло хрупкое, может и не выдержать.

Морна подняла на меня глаза. В них было что-то, похожее на раскаяние.

— Извини. — Её голос был тихим. — Такого больше не повторится.

Я кивнул и направился к двери.

На пороге я остановился и, сам не зная почему, обернулся. Хотя нет, знаю почему — хотелось еще раз взглянуть на Морну. Она смотрела на меня, поэтому наши взгляды встретились. Женщина медленно улыбнулась довольной, почти хищной улыбкой — словно только этого и ждала, когда я обернусь взглянуть на нее.

Я хмыкнул и вышел.

Угрюм лежал во дворе, растянувшись на солнце. На этот раз он даже не поднял головы, когда я прошёл мимо. Только один мутный глаз приоткрылся и тут же закрылся снова. Я ему был уже не интересен.

У калитки я остановился. Живая изгородь из лиан с шипами слегка покачивалась, хотя ветра не было. Я протянул руку и коснулся одной из лоз — это было инстинктивное движение.

Дар отозвался мгновенно и я почувствовал пульс растения, его древнюю, терпеливую волю. Оно было старым, намного старше, чем казалось, и оно было… голодным.

Я едва успел отдернуть руку, останавливая себя от того, чтобы установить полный контакт. Рано, Дар нужно развить сильнее.

— Ты такой же, как мы, Элиас?

Я вздрогнул и обернулся.

Лира стояла в нескольких шагах от меня. Маленькая девочка пяти лет с огромными серьезными глазами смотрела на меня так, словно видела насквозь.

По её руке полз крупный черный жук с радужными надкрыльями — её «гнилой» Дар.

Я понял, что она имела в виду.

— Не знаю, — ответил я честно. — Возможно… не знаю…

Лира кивнула.

Я развернулся и зашагал прочь, чувствуя её взгляд на своей спине. В этот раз никакое насекомое меня не сопровождало.

Обратный путь через Кромку я почти не запомнил. Мысли крутились вокруг произошедшего: рецепта эликсира, договора с Морной, её хватки на моем горле и детского голоса Лиры… И вопроса, который она задала.

«Ты такой же, как мы?»

Так и хотелось ответить: «Нет, Лира, я хуже. Таких как я убивают, а вас — нет.»

Когда увидел дом, появилось какое-то облегчение. Морна добудет ингредиенты, в этом я не сомневался, — теперь мы связаны, как бы это странно ни звучало, — я это чувствовал. Вот только я должен быть готовым к тому, чтобы их… использовать как надо. Мне нужно найти их простые аналоги и научиться «вытягивать» полезные свойства, чтобы потом не испортить их.

Глава 9

Когда я вошёл во двор, Шлёпа встретил меня недовольным гоготанием. Видимо обиделся, что его не взяли. Грэм сидел на ступеньках, подставив лицо послеполуденному солнцу. Выглядел он лучше, чем утром, и это грело душу. Он меня ждал и явно волновался. Возможно боялся, что-либо я не найду дорогу к Морне, либо что она что-то мне сделает. В любом случае, увидев меня он успокоился.

— Вернулся? Как прошло?

Вместо ответа я выложил на ступеньки деньги.

— Да, — протянул Грэм, — Не ожидал, что ты так быстро начнешь зарабатывать на своих отварах. Не прошло и пары дней. Думал так…

Старик взял монеты и повертел в пальцах, словно убеждаясь, что они настоящие.

Я присел рядом с ним на ступеньку.

— Думаю, ей нужно гораздо больше восьми бутылочек.

Грэм задумчиво кивнул.

— Если она будет брать намного больше твоих отваров, то скорее всего, часть идёт в посёлок гнилодарцев, — сказал он. — У неё там связи. Если так, то это может стать постоянным источником дохода. Пусть и не самого большого.

— А почему они не берут у алхимиков или травников эти отвары? — спросил я.

— Элиас… — вздохнул Грэм, — Ну подумай логически: отвар этот дешевый, так?

— Так.

— Хорошему алхимику всё равно придется потратить на него время, причем немало. И сколько порций за день он сможет сделать? Даже если много, любой более ценный эликсир, который он сделает, перекроет это с головой, а сил на один, пусть и сложный эликсир у него уйдет меньше. Поэтому такие отвары если и варят, то ученики алхимиков, и то… потом их переключают на более сложные и ценные вещи.

Я кивнул — звучало разумно. Действительно, это для меня отвары были способом развить навык варки, улучшить понимание растений и выявить наилучшие пропорции и способ готовки, а алхимики это и так знают. Это для них пройденный этап, который к тому же приносит мало денег. В целом я их понимал: у меня из одного котелка вышло несколько бутылочек, и таких варок предстояло еще много. Тогда почему просто не «расширить» производство, и не увеличить масштабы? Ответа я не знал.

Я, конечно, обязательно попробую увеличить объем, вдруг выйдет что путное, но что-то внутри подсказывало, что алхимия в этом мире работает иначе. Есть ограничения и есть законы, о которых просто ни Грэм, ни я не знаем.

И еще нужно учитывать самый главный момент: на каждую варку алхимику придется тратить живу, который восполняется не так уж и быстро, и истратив ее на дешевые отвары он просто не оставит сил на дорогие. Да и к тому же варка требует постоянной концентрации — нельзя просто стоять и варить с утра до ночи, и не поехать кукухой.

Я положил руку на монеты. Деньги… в старой жизни я относился к ним довольно философски: они были для меня инструментом, средством достижения целей. Но здесь, в этом мире, каждая медная монета могла означать не просто разницу между сытным ужином и голодным сном, а и между жизнью и смертью, как было когда я искал противоядие от теневых волков.

Еще раз взглянув