Рассказы 12. Разлетаясь в пыль - Олег Сергеевич Савощик

Табельное он сдал перед выходом на больничный, еще не зная, что не вернется больше, но в домашнем арсенале кое-что имелось.

– В моей юности тут любили собираться бывшие копы. – Саид разблокировал двери не раньше, чем убедился, что оплата поступила на его счет. – Может, и вы когда-то бывали… Кстати, тут делают отличные коктейли, рекомендую! – выкрикнул он, уже отъезжая от стоянки.

Но «Пуля» не показалась Костану знакомой. Бар был дорогой, большой и оттого выглядел малолюдным, хотя примерно половина столиков была занята. Вряд ли тут когда-то собирались ветераны – скорее, владелец отстегивал Саиду и другим таксистам процент за привезенных клиентов. Среди посетителей было немало туристов, то и дело слышалась иностранная речь.

Полумрак, приглушенный блюз, выцветшие фотографии вдоль стен – от этого тоска в груди сделалась осязаемей, глубже. Костан устроился за стойкой и заказал себе двойной бренди. Затем повторил.

Вряд ли стоило сочетать алкоголь с таблетками: руки слушались чем дальше, тем хуже. Но дышать стало легче.

Захотелось курить, он спросил у бармена сигарет, пепельницу и, вспомнив рекомендацию Саида, коктейльную карту.

«Когда я бросил? – подумал он, затягиваясь терпким дымом. Первый приступ кашля прошел, и теперь он смаковал забытое ощущение приятной щекотки в горле, горечь табака на губах. – И чего ради: чтобы в двадцать восемь лет заразиться проклятым экваториальным вирусом, от которого нет лекарства?»

Коктейли в «Пуле» назывались женскими именами: Саманта, Елена, Клэр, Валетина, Джулия, Фиона…

Джулия! Костан поперхнулся дымом и расплескал остатки бренди. Все закачалось перед глазами. Жестом он подозвал бармена.

– Смешайте мне… Саманту, – попросил он. Хотелось избежать пошлости. Насколько вообще можно было ее избежать в этом глупом баре.

Он раздавил окурок в пепельнице.

Джулия. Ее звали Джулия. Это она… Она училась на врача, из-за нее он завязал с табаком и травкой.

Вместе с воспоминаниями возвращалась и боль: хрупкая фигурка в чужих руках, испуганный и раздосадованный взгляд, длинные, бесконечно длинные гудки…

После которых он решил все забыть.

Одним махом он допил «Саманту» и попросил повторить.

Когда-то алкоголь пили, чтобы забыться, заполнить пустоты – ему же нужно было вспомнить, растормозить обленившийся за годы жизни с «Эйч-Си» мозг и не рехнуться.

«Джулия… – Костан раскурил третью сигарету, не замечая, что вторая еще дымится на краю пепельницы. – Как ты могла? Как я мог? Безумный, бесчестный мир…»

Он пил. Слушал блюз, не глядя больше на часы, и снова пил. А когда вспомнил все до последней цифры – взял комм и набрал непослушными пальцами номер.

– Костан? Ты? – спросил растерянный голос с той стороны, одновременно такой родной и такой далекий.

– Это я… Привет. Как дела?

Он не ожидал, что Джулия возьмет трубку, и понял, что не знает, о чем говорить. Джулия молчала.

– Учишься, работаешь? – спросил он. – В городе или уехала?

– Год назад закончила интернатуру, оперирую в больнице Святого Петра… Хорошо, что сегодня не моя смена. – Голос Джулии стал тверже. – Костан. Если ты вспомнил меня, значит, твой «Эйч-Си»…

– Изъят, – сказал он. – Вирус Миловича-Дакса. Завтра у меня эвтаназия, и я безобразно пьян, прости. Мы можем увидеться?

– Где ты? Я сейчас приеду. Только не уходи никуда…

Костан протянул комм бармену, чтобы тот назвал адрес, и уронил голову на стойку.

«Джулия…» – незатушенная сигарета на борту пепельницы дымила ему в лицо, но он не находил в себе сил пошевелиться.

⁂

Должно быть, он отключился на время, потому что в следующую минуту Джулия уже сидела на высоком табурете рядом, смотрела мимо него на нетронутый бокал «Саманты» и говорила страшной, горькой скороговоркой:

– Это ведь была ошибка, Костан… С тем парнем мы когда-то мутили, на первом курсе. А тогда встретились случайно, и в голову ударило… Но ничего не было, ничего серьезного! Я просто не знала, как объяснить… А потом ты… Ты не дал мне и шанса оправдаться! И все рухнуло. Я пыталась, но ты меня не узнавал, и я сама забывала, зачем пришла…

– Я помню… теперь помню, – сказал он. Джулия действительно пыталась связаться с ним, приходила к его подъезду, но «Эйч-Си» делал эти визиты бесполезными.

– Это все проклятый модуль! – она яростно ударила кулаком по стойке. – Он не дал мне объясниться, забрал время, которого больше нет…

– Это все я, – мягко поправил ее Костан. – У тебя тоже был выбор, но ты не забыла меня.

– Люди в прошлом веке были мудрее нас, – сказала Джулия. – Они понимали, что вводить в искушение – дело дьявола, но грех больший, нежели грех человеческий – искушению поддаться… Мы с тобой виноваты оба. Но настоящий преступник, – она коснулась пластины под волосами, за которой скрывался «Эйч-Си», – здесь.

Бармен принес ей коктейль, кажется «Джулию» – она никогда не боялась показаться пошлой или смешной.

– Я ничего не забыла, – сказала она. – Потому что любила тебя.

– Эгоистично с твоей стороны говорить мне об этом сейчас. – Костан смотрел, как она цедит коктейль. Бар вокруг расплывался, однако ее лицо – острые скулы, точеный нос с едва заметной горбинкой, глубокие карие глаза – казались необыкновенно четкими. – Но я тоже эгоист. И тоже люблю тебя, всегда любил. Прости…

Она наклонилась к нему и поцеловала. Опомнившись, он попытался оттолкнуть ее, но она перехватила его руку:

– Я врач, у меня есть прививка. Но не понимаю… Как ты мог заразиться?

– Не важно, – он снова приник к ее губам. Кое-какие соображения у него появились, но не хотелось размышлять об этом прямо сейчас, и так слишком много времени было потеряно. – Давай поедем куда-нибудь еще? Мне не нравится это место.

– Поехали к тебе. – Джулия вздохнула – или всхлипнула? – и отодвинула недопитый коктейль. – Или ко мне? Если тебе станет хуже, у меня в домашней аптечке есть пара хороших нелегальных препаратов…

– К тебе, – сказал Костан. – Я хочу посмотреть, как ты живешь сейчас. Хочу увидеть, узнать… больше.

Он набрал номер и минут через пять – удивительно быстро – Саид подогнал машину.

– Злая ирония, – сказала Джулия, пока они ехали через сверкающий неоном город. – Наш враг вернул мне тебя, а его электронное сердце бьется в считанных метрах от места, где остановится твое…

– Ты о сервере, интегрирующем данные с «Эйч-Си» в городе? – с удивлением спросил Костан.

– Сервер в Усыпалке. Прямо под залом, где проходит эвтаназия, – сказала Джулия. – Это точно.

– Где не ходят чужие и никто не будет искать… Хорошо спрятали! – он улыбнулся. – Давно ты состоишь в Лиге Памяти?

– Вступила спустя два месяца после того, как ты ушел, – серьезно ответила она. – В систему-интегратор встроена защита. Если сервер выйдет из строя, для избегания конфликтов из-за выборочной амнезии