Ликвидация 1946. Том 1 - Петр Алмазный

И вышел, мысленно прокручивая разыгранную сценку. Вроде бы как зашло! И тем лучше, что сам заведующий меня услышал. Прямо карта легла в масть.

Ну, а дальше…

Дальше я очутился в спецскладе Управления, напомнившем мне театральную реквизиторскую. Заведовала этим гардеробом пожилая тетушка со следами хороших манер царского времени.

— Так вы говорите, нужен образ преуспевающего пижона? Гм. Так, сказать, нувориша наших дней?

— Примерно. Нечто вроде нэпмана, но на современный лад.

Тетушка начала увлекаться:

— Так… Ну что ж, давайте попробуем.

Через полчаса подборов и примерок остановились на бостоновом двубортном костюме цвета «маренго» с широченными лацканами пиджака. Он был чуть-чуть маловат мне, но вполне терпимо.

— Белая сорочка! — вдохновенно вещала реквизиторша. — И галстук типа «павлиний хвост»! Это пошловато, но как раз в образ. Именно то, что надо. Идеально!

Шляпа, пальто, черные лаковые штиблеты — все нашлось.

— Слушайте, у вас тут Клондайк какой-то, — пошутил я.

— Эльдорадо!

Я глянул на себя в ростовое зеркало — и дух захватило. На меня смотрел лощеный, нагловатый, самоуверенный джентльмен. Хозяин жизни!

— Володя… — мечтательно произнесла завскладом, — вы неотразимы!

— Надеюсь.

Ну и, наконец, съемная квартира. Чтоб в общежитии предстать в таком наряде — о том и речи быть не могло. Обрядившись в скромный пролетарский наряд, я порыскал по дворам в центре города, без труда снял комнату в укромном месте, заплатив за месяц вперед.

Перед «выходом в свет» со мной пожелал поговорить сам Лагунов.

— Ну, — сказал он, — по старому обычаю: ни пуха, ни пера…

— К черту!

— Давай! Удачи.

И в субботний вечер роскошный денди в шляпе, в кашемировом пальто с подбитыми ватой плечами вышел закоулками из тихого двора на одну из центральных улиц. Неторопливо прогулялся, ловя на себе заинтересованные женские и ревнивые мужские взгляды, и с небрежным видом поднялся на крыльцо коммерческого ресторана. Швейцар в черной с золотом униформе выжидательно уставился на меня.

— Что, папаша, — надменно произнес я, — места есть?

— А это как посмотреть… — проскрипел он со значением.

— Да вот так хотя бы, — я вынул заранее приготовленную купюру.

— Имеются, — сказал он.

В бостоне и «павлиньем хвосте», блестя штиблетами, я подошел к столику, сопровождаемый юрким официантом.

— Чего желаете? — гнулся он в полупоклоне.

— Меню.

Карточка тут же предстала передо мной. Я посмотрел на ассортимент и цены. Однако!

Деньги мне, конечно, выделили. Но, возможно, и своими придется раскошелиться. Искусство требует жертв.

— Коньяк грузинский. Крабы. Мясо заливное. Бутылку «Боржоми». Пока так, а дальше видно будет.

— Слушаюсь!

Веселье здесь, чувствовалось, шло по нарастающей. Посетители только-только входили в раж. Голоса, смех, звон бокалов… Оркестранты на эстраде пробовали инструменты, сыгрывались. Наконец, некто во фраке вышел на передний край сцены, провозгласил:

— Добрый вечер, уважаемые гости! Рады приветствовать вас в этот чудесный весенний вечер! И начинаем нашу музыкальную программу замечательным танцем… Танго!

К некоторому удивлению моему, зазвучала композиция Петра Лещенко. Вернее, Оскара Строка, но прославил ее эмигрант. Впрочем, звучала мелодия без слов. Несколько расфуфыренных мужчин и женщин пустились танцевать.

Я налил в рюмку коньяк. С этим делом надо быть, конечно, осторожнее, но и соответствовать придется…

— Разрешите? — раздался за спиной обворожительный женский голос.

Пошла поклёвка…

Глава 11

— Пожалуйста, — любезно ответил я, ощутив едва уловимый, волнующий и тонкий аромат духов.

Я не оглядывался. Но вот она появилась в поле моего зрения. Молодая эффектная брюнетка в темно-синем шелковом платье.

Она плавно присела за мой столик:

— Здравствуйте!

— Добрый вечер.

— Скучаете?

— Теперь нет. Было бы просто стыдно скучать в такой компании!

— Надеюсь, скучать не придется, — она засмеялась.

Смех ее был такой же чарующий, что и голос. И внешность не подкачала.

Правильные, четкие черты лица. Темные волосы. Изящные руки. Колечко с синим камнем на среднем пальце правой кисти. Женщина экстра-класса, что там говорить. Думаю, мы с ней составили самую сногсшибательную пару в этом зале. Я заметил, как мужские взгляды так и летят исподтишка в ее сторону.

— Тогда позвольте угостить. Не скажу, что напиток дамский, но все же благородный. Впрочем, если коньяк для вас чересчур, давайте закажем вина. Что вы предпочитаете?

Я говорил все это с развязностью гвардейского подпоручика, дополняя речь шикарными жестами. Она пожала плечами:

— Нет, почему же… Хороший коньяк — это на самом деле прекрасная вещь. Главное, знать меру.

— Золотые слова. Официант!

— Слушаю вас!

— Еще рюмку. И примите заказ у дамы.

В эту минуту я ощущал себя не то, чтобы захмелевшим, но уже в приподнятом настроении. Однако полностью контролировал и себя, и ситуацию. Незаметное наблюдение не выявило ничего тревожного или настораживающего. Музыка, веселье, звон бокалов, танцы. Послевоенные нувориши прожигали жизнь как могли и умели, в хмельном угаре. Музыканты старались на славу, играя почти без перерывов: то залихватские фокстроты и регтаймы, то душевные вальсы неустанно наполняли зал, и хмельные люди плясали, танцевали, запахи здорового пота мешались с запахами кухни, пудры и духов.

Я уже примерно представлял развитие событий. Предчувствие наполняло дерзкой лихостью, которую я сдерживал, не торопя бег времени. Пусть все идет, как идет. В зале все ровно. Обстановка контролируемая. А вот что ждет меня за выходом из ресторана — это уже другой вопрос. Считать знакомство случайностью смешно. Мысленно я прокручивал варианты, сводя их к одному знаменателю — надо быть готовым ко всему.

Когда наполнили и подняли по первой рюмке, провозгласил:

— Ну что ж, первый тост за знакомство и за развитие отношений! Согласны?

Она усмехнулась:

— А вы уже увидели это развитие?

— Я вообще стараюсь смотреть вперед, — веско заметил я. — Как же иначе? Но пока у нас на повестке пункт первый: знакомство. Будем знакомы? Владимир!

— Вера, — сказала она.

— Прекрасное имя! Где вера, там надежда и любовь, — малость скаламбурил я.

— Поживем-увидим, — ответила она, и наши рюмки соприкоснулись с хрустальным звоном.

Так мы и познакомились. Разговорились. Для начала — так, игривая болтовня ресторанного пошиба. Само собой, я вплетал в эту трепотню такие мотивы, которые незаметно для собеседника приоткрывают его. И по ходу дела убедился в том, что двигались мы в правильном направлении. Предположения превратились в уверенность. Через эту самую Веру на меня выходили теневые силы. Все-таки я выманил их на себя, правильная оказалась стратегия!

При этом я действительно ощутил симпатию к этой женщине. Вроде бы оно мне и ни к чему, а как-то само собой вышло. Было в ней нечто необычное, что-то сверх даже той непростой роли, которую ей приходилось играть.

— Скажите, вы не медик по профессии? — спросил