Право кулинарного мага - Александра Логинова

нас семеро. Не трусьте, это мирный завтрак, а не президентский фуршет, и ваши гости — молодые растущие организмы, способные прожевать даже подошву ботинка. Трястись будете через десять лет перед мировыми ресторанными критиками, а сейчас поправили бюст и натянули улыбку.

К столу действительно подходили шестеро — четыре долговязых парня разной комплекции, но в одинаковой кадетской форме, и двое взрослых мужчин. Первого я узнала сразу по давящей атмосфере высокомерия и небольшой пустоте вокруг. Кадеты стремились держаться на расстоянии, чуть поближе ко второму джентльмену — высокому, мощному и с совершенно пиратской физиономией. Мастер Майер с прошлой встречи ничуть не изменился, зато его спутник пренебрег офисным стилем, одевшись во все белое.

— Мы погибли, — прошептала побелевшая Янита.

— Вы же сказали, не будет критиков! — взвыла Кристина, запустив пальцы в кудри и растрепав их до неузнаваемости.

Остальные мгновенно сжались, пытаясь казаться мелкими неприметными сошками и спрятаться за мою спину. Неужели Лорен по пути зацепил какого-то высокопоставленного сенатора, снизошедшего до студенческого завтрака? Вряд ли, сенаторы здесь напоминают бочонки с груздями — невысокие и пузатые, передвигающиеся в основном порталами. А господин в белом отличался поджарым телосложением, внушительными мышцами и длинными волосами, собранными в конский хвост. Даже хищно-разбойничье выражение лица ничуть не портило облик неучтенного гостя.

— С каких опят разразилась паника? Принесите ещё пару тарелок и приборы.

— Никакой паники, просто вовек не отмоемся, — истерично хихикнула Лина. — Джи, завещаю тебе мою коллекцию амулетов.

— Они бесполезны.

Подошедшие вплотную гости окинули стол разными взглядами. Гвоздь программы, Лео фон Вальтер, пренебрежительно фыркнул, крупный и высокий парнишка жадно облизнулся, Лорен вежливо кивнул, а четвертый кадет лишь закатил глаза. Воспитание из ушей лезет!

— Добрый день, господа. Рада, что вы приняли наше приглашение, — поскольку девушек явно контузило неизвестным гостем, пришлось брать приветствие на себя. — Не откажите разделить с нами завтрак, приготовленный моими ученицами. Для начала позвольте представиться тем, с кем ещё не знакома: Татьяна Михайловна Энгерова, иномирянка, повар и педагог по совместительству.

— Леопольд фон Вальтер, граф и кадет военной академии, второкурсник, — буркнул мальчишка, отчего-то вздрогнув и покосившись на мастера Майера.

— Лорен Шмидт, кадет военной академии, второкурсник, — юноша в очках взял эстафету.

— Руперт Юнг, кадет военной академии, второкурсник, — представился доселе неизвестный молодой студент.

— У́до Конрад, кадет и всё такое, — осклабился крупный парень слегка шутовской улыбкой.

После короткой потасовки и пары отдавленных туфель, представились и девушки, по очереди приседая в книксене перед старшими мужчинами. При этом каждая одарила беднягу Лео таким испепеляющим взглядом, что в воздухе поплыл запах паленых волос. Миссия готова провалиться ещё до начала.

— Позвольте представиться и мне, — господин в белом самодовольно улыбнулся, оглядывая нас с ног до головы. — Грант Октé, первый шеф-повар королевской кухни.

И моя маленькая, слегка шершавая ладонь утонула в огромной ручище настоящего флибустьера, скалящегося до ужаса хищной улыбкой.

Глава 15

— Давно вы готовите?

Сверкая белозубым оскалом, мужчина в белом небрежно закинул ногу на ногу, что при его комплекции угрожало столику. Задумай он пнуть ажурное дерево, и тарелки градом посыплются на траву, преломляя пополам хрупкий мир. Осознавая, что перемирие между студентами легло на мои женские плечи, я постаралась взять себя в руки.

«Готовите»! Вопрос для начинающей домохозяйки, а не профессионального повара, и, клянусь меренгой, первый королевский повар это специально.

— Тридцать девять лет, — вязкая любезность заскрежетала на зубах. — А вы?

— Пятьдесят, — с той же язвительной галантностью ответил Грант, и карие глаза самодовольно блеснули. — Ну ничего, вы ещё молодая, столь скудный опыт простителен.

Расчет врага понятен: в авангарде дуется Леопольд, делая вид, что глубоко оскорблен девушками и нужно постараться умаслить его светлость; в арьергарде засел шеф Октé, являясь главной силой противника и упражняясь в уничижении моего достоинства. Клянусь морковкой, парни хитростью заманили повара к нам на завтрак, дабы его руками указать кулинаркам их место. Сам шеф не мог узнать о миссии дружбы, следовательно, кто-то молодой и очкастый его уведомил.

Лорен невозмутимо отправил в рот кусочек сырника, избегая смотреть мне в глаза.

— Благодарю. В мои почти шестьдесят лесть приобретает особый привкус валокордина и безлактозного молока.

Господа пришли воевать грязно. Если присмотреться, становится ясно, чья это была затея: Лео демонстративно ковыряется в тарелке, терзая яичницу на мелкие кусочки, и купается в лучах самодовольства Гранта; парень по имени Руперт бросает на меня откровенно неприязненные взгляды, но перед шефом не заискивает; по Лорену вообще не поймешь, что у него на уме, а здоровяк Удо весь извелся, явно ожидая более красочной баталии. Эх, мальчишки!

— Получается, вы начали готовить в двадцать лет? — чрезмерно восхитилась Янита, побледневшая от негодования.

Говорят, война не может быть проиграна снаружи, пока не проиграна внутри. Появление весомой фигуры первого королевского шефа внесло сумятицу в наши ряды ровно до тех пор, пока внимание гостей было приковано к еде — то есть недолго. Мсье Октé взял слово сразу, принявшись отнюдь неделикатно пытаться меня прожарить, и тут-то девичья расхлябанность и смятение испарились. Осталось лишь запальчивое возмущение.

— А вы, мсье, в тридцать, спустившись на сушу с «Золотой Корнелии»?

Ха, недаром господин Октé показался мне взаправдашним пиратом. Даже его белый китель совсем не походил на форму повара, а вот на выбеленную матроску и шаровары — вполне. Плакали мои фантазии о нездоровье шефа, обожающего жирную пищу, мсье Грант выглядит борцом в отставке, а вовсе не откормленным тюфяком. Но как же так? Повар всегда ест то, что способен приготовить сам, а на меню дворца можно отрастить только холестерин, но не мышцы.

— Да, — мсье с неудовольствием глянул на девушек и в один укус прикончил свою яичницу. — Татьяна Михайловна, а где вы учились кулинарии? Наверное, дома при муже?

— При любовнике. Муж был достаточно разумен, чтобы готовить самому, — и это правда, дома частенько готовил Аркаша. — А вот любовник многовато разглагольствовал о моей готовке, да ещё и неуважительно. На вас чем-то походил, земля ему пухом.

— Да вы…

— Или на вас, молодой граф? Сейчас присмотрелась, и точно: темпераментный, гордый и крайне беспечный, не следящий за словами юноша. Любил салат из курицы и перебивать старших. Вы хотите что-то добавить?

— Нет, — пробормотал Лео, утыкаясь в пустую салатницу.

Остальные кадеты замерли с вилками в руках и подозрительно глянули в тарелки. Пакость пакостью, а вкусно поесть молодежь любит, поэтому большинство блюд успели подойти к концу, и свежий апельсиновый салатик улетел в мгновение ока. Лишь мастер Майер с легким сердцем продолжал поглощать содержимое салатницы, уделяя ему всё внимание. Барон