Хозяйка Медной Горы. Часть II. Ангелы - Варвара Крайванова

― Это, ― после долгой паузы начала она, ― произошло в ночь перед эвакуацией с планеты. Не спалось. Знаете, мне обычно помогает рисование. Я вышла посмотреть на небо, оно здесь просто завораживающее… Ну, и встретила Ямакаву. Он стоял на краю обрыва, тоже… смотрел… ― ее голос затих. Подбирать слова вдруг стало очень сложно. ― Это ведь очень трудно, отвечать за других людей. Я… ― у Малиники перехватило дыхание. ― Хотела поддержать. Я коснулась его руки и… ― она замолчала, видя, как меняется выражение лица Алии. Всего секунду назад она слушала с искренним вниманием, и вдруг ее совершенные губы исказила ехидная улыбка, совсем не соответствующая моменту.

― Руки-и-и-и? ― протянула вейверка, с трудом сдерживая хихиканье.

Малиника недоуменно посмотрела на Роба, ища поддержки, но тот тоже улыбался, пусть и не так откровенно, лишь уголками губ.

Алия, сообразив, что ее не поняли, вмиг перешла на серьезный тон.

― Понимаешь, Вер не любит секс, ― с места в карьер начала она, и, видя, как округляются глаза Малиники, поспешила продолжить: ― не любит настолько, что все обычные стимуляции на нем почти не работают. Единственное, что его действительно возбуждает, это бережное прикосновение к кистям его рук, инициированное партнершей. Кожа к коже.

Повисла пауза. Малиника потрясенно смотрела в пустоту перед собой. Вейверы с интересом наблюдали.

― То, что случилось в тот вечер, меньше всего напоминает оргазм!

― Оргазм в сочетании с ALw541 и побочками ровазина, ― уверенно кивнул Робин.

― Как ты это определил?

― Это самое логичное объяснение паттерна сексуального возбуждения в крови парализованного обезвоженного блюющего асексуала позавчера.

Малиника наклонила голову набок, всё так же потрясенно глядя перед собой.

― У меня модель есть. Показать?

Малиника не реагировала. Роб запрокинул голову к потолку, словно ища там слова, которые могли бы ее успокоить и вывести из ступора.

― Этот эффект не опасен, и он временный. Просто голыми руками его за руки не хватай, и всё. По прогнозу, через два-три года реакции придут в норму, ― врач кивнул своим словам и ободряюще улыбнулся.

― Два-три года? ― Малиника моргнула, возвращаясь в реальность. ― Наиболее вероятный исход твоих моделей ― это смерть через пару недель.

Роб мгновенно снова стал серьезным.

― Мы найдем катализатор, синтезируем его, и не позже чем через неделю поставим Вера на ноги, ― в голосе доктора Оливо звучал металл.

В этих словах не было пустой бравады или отрицания фактов. И Роб, и Алия ― по-суровому серьезны. Они оба признавали проблему, но верили в то, что сработает именно маловероятный позитивный исход.

― Странная искренность, ― буркнула Малиника.

Развернулась и вышла из лазарета.

* * *

Наземная база, 2550-07-22 23:39

Вейверы переглянулись.

― Она не такая, как Вер, ― одними губами прошептала Алия.

― Такая же. Просто взрослая, ― ответил Роб, возвращаясь к терминалу.

Ни врач, ни обе его собеседницы не заметили, как во время их разговора тревожный оранжевый на экране монитора сменился желтым, а потом перешел в желто-зеленый. Вернон, впервые с момента возвращения на базу, нормально спал.

Эпизод 6

* * *

Наземная база, 2550-07-23 06:08

Утро было не спокойным и не добрым. Теперь у экспедиции Б-32 были все данные для расчета операции, и масштабы стоявшей перед колонистами проблемы теперь были определены достаточно четко, чтобы оценивать эффективность предпринимаемых действий.

Малиника механически откусила от бутерброда и захрустела сочной зеленой начинкой, невидяще глядя перед собой и не отрываясь от интенсивных раздумий.

Наиболее критичной предсказуемо стала нехватка воды. В первые же дни после высадки на базе установили водозабор из подземного ручья с системой регенерации и очистки. Это позволяло, во-первых, доводить до нужной кондиции не слишком качественную воду источника, а, во-вторых, использовать ее несколько раз, что помогало обходиться небольшим объемом. Рано или поздно вода покидала систему, уходя в основном в систему реплицирования сельхозкультур, в трубы капельного полива или в парок над чашкой чая. Теперь потребность в воде возросла многократно: медицинское производство и, разумеется, непосредственное снабжение госпиталя требовали, как минимум, восемь таких ручьев. Всю третью террасу, кроме, собственно, лазарета, от водопровода пришлось отключить, а норму расхода на человека сократить на четверть. Инженеры уже бурили скважину к следующему водоносному горизонту и прокладывали трубу к проточному озеру в пятнадцати километрах от базы. Но не хватало не только воды, не хватало всего: целлюлозы, металлов, оборудования, энергии.

Не хватало и рабочих рук. После пересчета нагрузки рабочий день всех участников экспедиции удлинился с девяти часов до пятнадцати. Весь объем работ разбили на тысячи задач разной срочности и сложности, и каждый мог выбрать из списка, соответствующего его квалификации. Большая часть этих задач касалась форсированной организации и оптимизации производств, ведь даже когда вся запланированная инфраструктура выйдет на полную мощность, ресурсов будет не хватать. «Мы проваливаемся в кризис».

В Деревне жило триста шестьдесят восемь человек, с удивительно ровной, стационарной возрастной пирамидой, лишь слегка сужавшейся кверху, а значит, только седьмая часть населения была условно защищена от тяжелых форм хилмидского гриппа возрастом. «Триста шестьдесят девять», ― с теплом подумала Малиника. Они успели очень вовремя: новорожденная, ещё безымянная малышка благодаря высокотехнологичной помощи не заразилась. «Чего нельзя сказать об остальных». К сегодняшнему утру в Деревне ненулевой уровень определения вируса был у всех, кто находился там на момент прибытия спасательной команды, кроме разве что Олифера. «Запоздалый карантин не дал никаких результатов». Еще четырнадцать человек: одиннадцать детей и трое взрослых ― вернулись из какого-то похода вчера вечером. Их разместили во временном лагере в трех километрах от Деревни. Дети были уставшими и напуганными, так что их сопровождавшие запретили прикреплять на них датчики заражения. Маргарет неожиданно их поддержала, и диагностику отложили до утра. Куда делись ещё почти сто пятьдесят человек, предстояло тоже выяснить сегодня. «А что делать с двумястами тяжелыми больными ― завтра». Чуда не случилось: местные понимали, что такое карантин, но, живя довольно плотной общиной и не зная об инфекции, все успели заразиться. «Полноценная эпидемия при слишком большой численности».

Единственным способом избежать кризиса для колонии было бы не воспользоваться