Синтар. Остров-убийца - Мария Александровна Дубинина

Прежде Генри не замечал за ней этих качеств – упертость, граничащая с одержимостью, отрицание любого компромисса. Непринятие. Быть может, он ошибался, считая, что она понимает его?

Катер отчалил от берега точно в срок, но за пару минут до того, как были отданы швартовые, на узкую дорожку причала выбежала хрупкая девушка, которая едва-едва сопротивлялась сшибающим с ног порывам. Водитель тащил за ней два объемных чемодана.

– Стойте! Подождите меня! – закричала Саваки Мицуки, пытаясь удержать на голове шляпку, но ветер все-таки сорвал ее и бросил в море. – Пожалуйста, подождите!

Будь на то воля Генри, он бы не задержал отплытие, но не он принимал решения. Саваки попала на борт в последний момент, заняв место рядом с Кейт, и вот берег начал стремительно отдаляться. Генри не ощущал страха перед стихией, разбушевавшейся не на шутку, его собственные страхи загадочным образом притупились перед лицом более серьезной опасности, борьбу с которой, как борьбу с океаном, нельзя было переложить на чужие плечи. А Генри был еще не готов, он все так же не знал, как ему поступать дальше. Эта поездка, этот шторм, возможно, даже эта компания – всене случайно.Он видел Дайске, а Дайске видел его. Он хотел, чтобы Генри снова оказался на острове. Что это – новая игра или попытка помочь? Генри опасался, что оба варианта не исключали друг друга, и от того в животе больно кололись ледяные иголки страха перед неизвестностью, которая может таить от них все, что угодно.

Синтар терялся в мелких каплях дождя, смешанных с брызгами разбивающихся о скалы волн. Шторм уже начался, но капитан катера заверил, что самое жуткое еще впереди. Он сумел пришвартоваться, и Генри, страдая от нетерпения, помог девушкам выбраться на причал. Только после этого рискнул посмотреть на остров, с трудом осознавая, что снова ступил на его призрачную, окропленную кровью, опасную землю.

Дорожка причала тянулась длинной деревянной змеей, которую со всех сторон жадно облизывало бунтующее море. За причалом тропа шла вверх и вбок, к домику смотрителя, все так же алеющего яркой черепицей. Дальше из пышных зарослей кустарников торчала острием к грозовому небу красно-белая башня маяка. Низко к земле пригибались тонкие ветки роз и магнолий, смотритель позаботился о сигнальном огне, и призрачный свет прожектора скользил по обрывистым скалам и темной воде. А по доскам причала навстречу Генри торопливо шел Сората.

– Саваки-сан? – Он преодолел разделяющее их расстояние и обратился сразу к своей избраннице. Его голос не выдавал ни капли переживаемых эмоций, разве что лишь толику удивления, но о них можно было догадаться по беспокойно блестящим глазам и немного нервным движениям. – Саваки-сан, что вы тут делаете?

Его волнение вполне понятно, однако он будто специально не обратил внимания на Генри, даже взгляд, брошенный вскользь, почти случайно, был лишен всяческого интереса. Девушка же робко выглянула из-за спины Генри и шагнула к жениху:

– Кимура-сама! Простите, пожалуйста. Я виновата.

– Ну что вы, Саваки-сан, – Кимура слабо улыбнулся. – Вы простите меня за резкость. Давайте обсудим это позже, погода портится.

Только тогда он взглянул на Генри и кивнул.

– Здравствуйте, Макалистер-сан. Не ожидал вас увидеть.

Кейт достался вежливый поклон и дежурная улыбка.

Генри понял, что тот скорее утопится тут же, не сходя с места, нежели поведет себя иначе, чем предписывают их странные традиции. А они запрещали ему показывать эмоции, какими бы сильными те ни были. Генри не рискнул пытаться их вытащить, куда важнее скорее убраться отсюда. Кимура придерживался того же мнения. Разогнувшись, он обратился ко всем троим, для чего ему приходилось перекрикивать все усиливающийся шум ветра и моря:

– Наши дела на острове закончены. Пора возвращаться. Боюсь, вы зря проделали такой путь.

К ним как раз подошли незнакомые Генри люди, видимо, участники той самой комиссии. На их лицах в основном было написано нетерпение. Все желали вернуться в безопасность и уют своих домов. Все, кроме Асикаги Руми. Точнее, как Генри запомнил, уже Хасегавы. Девушка, непонятно что тут забывшая, приветливо помахала Генри ладошкой, разумеется, украдкой, чтобы случайно не нарушить чье-нибудь чувство прекрасного.

Когда все собрались, а было, кроме Генри с его спутницами, Сораты и Руми, еще пятеро, к ним присоединился водитель катера. Мужчина как раз поднялся на причал и тут же склонился в поклоне:

– Прошу прощения! Я бы с удовольствием вернул вас на землю, но, боюсь, погода слишком неприветлива. Возможно, придется переждать бурю на острове. Мне очень жаль, очень жаль. При иных условиях я бы приложил все усилия, чтобы доставить вас домой.

Из такого многословного объяснения Генри вынес лишь то, что острову удалось добиться цели. Сэм предупреждал, но вот они здесь. Все, вместе с Соратой.

Кимура, наконец, посмотрел прямо на Генри, и тот поймал и задержал его взволнованный, потерявший всякое хладнокровие взгляд. И все же это была лишь секунда слабости.

– Что же, боюсь, мы и правда ничего не сможем с этим поделать. Благодарю за работу, Отоя-сан.

Мужчина склонился ниже и, приободренный Кимурой, забрал у Кейт и Мицуки их багаж. Сората еще мгновение позволил себе помедлить и, развернувшись, уверенным голосом обратился к людям:

– Приношу свои извинения. Из-за внезапной непогоды мы не сможем вернуться прямо сейчас, но нет нужды беспокоиться из-за этого. Уверен, уже утром шторм закончится, и Отоя-сан на своем катере доставит нас в Токийский порт. А пока прошу вернуться в дом. Спасибо за понимание. Мне очень жаль, что так вышло.

Мужчина с европейским лицом прищурил глаза от ветра и первым кивнул:

– Разумная мысль. Нас сейчас смоет в океан, если раньше не снесет туда ветром. Идемте, господа. И дамы, конечно.

Он говорил по-японски с акцентом, это был не его родной язык, но все же заметно лучше Генри. Чувствовалась постоянная практика. Кейт беспомощно подцепила Генри под локоть:

– О чем они говорят, что происходит? И кто из них твой Сората?

– Он понимает тебя, – мягко упрекнул Генри, не сводя с Кимуры глаз. Тот обернулся на свое имя, но не показал, что расслышал все до последнего слова. – И мы не сможем вернуться сегодня. Катер не выйдет в море в такую погоду. Переночуем в бывшем здании академии.

– Нет! – вдруг вскрикнула девушка и до боли стиснула его руку. Мицуки, жавшаяся поближе к Кимуре, как брошенный ребенок, испуганно дернулась. – Я не хочу туда! Неужели мы не можем уплыть? Мы