111 друзей Милы или Франшиза - это сила. Том 1 - Полина Лашина

Поэтому Мила коротко и ясно донесла свою позицию: она в курсе, чего хочет лорд Качевайн. Но она замуж за дракона не хочет. Однако чтобы не расстраивать уважаемого лорда отказом от той помощи, которую он та-ак великодушно предоставил ей, ничтожной человечке, давайте сделаем вид, что нам, Ваша милость, вместе хорошо и дружно? Потому что пока мы вместе, нас трогать не будут. А если разбежимся, то кто знает, кого следующего нам обоим подсунут кто знает с какими планами. И как скоро.

Уф, сказала! Но почему драконище молчит? Смотрит своими желтыми глазищами, в которых зрачки практически мигают: то и дело то вытягиваясь в линию, то сжимаясь до круглых маленьких кружочков.

Она же за это время, пока он молчит, успела много чего надумать. Что изначально ошиблась, и лорд Качевайн уже ничего от нее не хочет. И этот дракон здесь не из-за сводничества. Что подобное, будь даже правдой, ни в коем разе нельзя драконам в лицо говорить, а то этот уже копит свой метан на огненный плевок или что там…

— Что именно ты знаешь? — не сразу, но соизволил процедить в ответ мужчина.

Фу-ух, или нет? В чем-то она права?

— Что я ценная человечка? Очень ценная, особенная и, скорее всего, неповторимая… во всем вашем… мире. Даже в глазах вашего дедули ценна. Ой, или вы ему не внук? Просто вы, Ваша милость, так молодо выглядите… то есть вам бы еще жить и жить… на свободе, то есть неженатым.

Прищурившись, высокородный… нет, все-таки он гад, пусть и в биологическом смысле, смотрел на нее так въедливо, словно хотел на атомы разобрать.

— И я обещаю не приставать к вам, Ваша милость. Вернее, не приставать с неприличными предложениями. От вас мне нужна только помощь с местными законами и бюрократией, насчет этого у меня много вопросов. Поэтому у нас будет достаточно поводов для общения, но так, чтобы ни один холостой… никто не пострадал, — поспешила добавить Мила, пока дракон не отказался. — Но если кто-то вдруг будет интересоваться, то мы скажем правду: что мы очень… очень активно общаемся.

— Какой у тебя дар? — опять с задержкой на подумать поинтересовался мужчина.

— Не знаю, — честно призналась попаданка, драконы же все равно чуют ложь. — Еще не разобралась.

Этот дракон опять скривился. Но белоснежный платок от лица убрал. Еще раз внимательно, очень дотошно оглядел стоящую перед ним девушку, игнорируя, что за его спиной все больше оргов собирается. И не все с добрыми выражениями лиц.

— Ладно. Уступлю тебе… на этот раз, — соизволил ответить первородный.

«Уступит ей»⁈ Ладно, она тоже не будет придираться к его словам. Обещала же общаться «хорошо и дружно». Главное, что ситуация сворачивает, куда ей надо.

— Но не надумай себе ничего лишнего, — опять недовольно свел брови первородный, видимо, заметив, что она заулыбалась. — Ты, человечка, недостойна даже постель мою греть, не говоря уже о…

— Хвала богам! — не сдержала радости Мила. — Вы мне тоже не нравитесь как мужчина, поэтому мы точно сработаемся!

Как же полыхнули глаза у дракона! Как придавило ей плечи и грудь будто бы воздушным прессом!

— Ой, прошу прощения, я неуклюже выразилась. Что с меня взять — глупая человека, — зачастила Мила. А то сейчас точно от кого-то лишь мокрое место останется. Точно глупая — придавила дракону… хвост. — Я имела в виду, что ценю вас в первую очередь как очень умного… — скрестила за спиной пальцы. — … много чего знающего… не то что я. Вы, Ваша милость, поделитесь со мной своей мудростью? Хотя бы ее крохами?

В итоге дракон все же согласился. Хотя и кривил высокомерно свою физиономию.

А дальше понеслось! Дракон оказался действительно умным и много чего знающим. А еще — обладающий достаточной властью и напором. Поэтому всю нужную информацию он быстро получил от местных чиновников, хоть и был «залетным» драконом. Достаточно было с ним тоже подписать магический договор о том, что он, Моррокей из рода Качевайн, представляет интересы как Милы, так и… оргов.

На второе уговорить его было сложнее. Гораздо сложнее.

— Чтобы я… — начинал шипеть дракон.

— Официально в вашей великой империи все расы равны, — уговаривала его Мила. — Так почему дракон не может выступать законником от лица оргов…

— Может, и равны, но только после нас, драконов! — полыхал глазищами ящер.

— … и прогибать всех, даже чужих драконов на чужой территории…

— Что? — наклонял он голову, начиная прислушиваться.

— В городской управе, я слышала, драконы тоже работают. То есть люди… тьфу ты, путаюсь с вами… первородные под крылом чужого герцога. И если бы не мы с таверной оргов, то разве, Ваша милость, будет у вас еще такой шанс пошалить на землях черного дракона? При чем так, чтобы вам за это ничего не было? Конечно, если вы все в рамках закона делаете…

Моррокей прищуривался.

— Как-то ты все… по-своему выкручиваешь, чужачка. По-странному.

Из-за того, что вокруг постоянно крутились ушастые орчата, да и волки в охране не дремали, наедине их практически не оставляли, то желтый дракон так обзывал человечку, когда подчеркивал ее иномирность. И да, он знал о ее происхождении.

— А представьте, в каком расстройстве будут другие крылатые в местной управе? От оргов они могли отмахнуться, но должны будут предоставлять отчеты чужому…

— Ты прекрасно поняла, о чем я, — перебивал ее Желтый. — Оскорбила всех первородных сравнением с людьми, меня и заинтересовала, и сразу же усомнилась в моих умениях. Мне в лицо посмела сомнения высказать. И все лишь парой фраз. Скажи, почему я еще не свернул тебе шею?

Орчата, ее верные телохранители, заметно напрягались рядом.

— Потому что вам это нравится?

Но отвечая, Мила сдвинулась в сторону от собеседника. А то кто знает этих динозавров.

— Ты. Намекаешь. Что. Мне. Нр-равится… Начинаешь… Ты⁈ — почему-то начинал взрыкивать тот.

Жаль, что драконы настолько легковозбудимые. Чуть что, готовы видеть подвох во всем, поэтому и психуют сразу.

— Нет! Вам нравится доставать чужих драконов. Или сама ситуация… — замирая на месте, чтобы не дразнить зверя убеганием, старалась вежливо, спокойно отвечать человечка. Хотя какое спокойствие рядом с молодым драконом может быть? — А значит что? Что вы еще слишком молоды… чтобы жениться. Только если вы свернете мне шею, то лорд Качевайн, скорее всего,