Меч света - ГоЛеон

было. Атмосфера накалялась. И только когда мы подошли к воде, весь этот хаос остался позади, словно сам озерный берег отделял два мира. У кромки воды нас уже ждала лодка. Самая обычная, деревянная, с двумя веслами вдоль бортов – будто взята из рыбацкого сна. Гётезар, молча кивнув, уселся за весла. Медленно мы направились к светящемуся ориентиру.

Озеро было мертво-спокойным, гладь воды отражала звезды – ночное небо, как нарисованное на стекле. Чем ближе мы подплывали к цели, тем чаще я замечал в глубине потоки света, скользящие туда-сюда.

Один из них подплыл ближе, почти к самой лодке. Внезапно он вспыхнул, и я увидел лицо девушки. Только не обычное лицо, а полное отчаяния и страха, искаженное в беззвучном крике. Ее глаза словно пытались что‐то мне сказать, умоляли, предупреждали. Что‐то внутри меня дрогнуло. Возможно, я все это себе накручиваю. Но тогда… почему в ее взгляде нет радости? Они ведь вот-вот станут свободными… или нет?

Ладно, чего уж теперь, тем более что мы прибыли. Сняв с себя все оружие и снаряжение, я перекатился за борт, оттолкнулся ногами и ушел под воду. Озерная гладь оказалась обманчивой: под ней царила густая, вязкая тишина, в которой каждое движение давалось с трудом. Но сферу я нашел быстро. Она мерцала на дне, будто зовя к себе, переливалась мягким пурпурным светом, словно живой огонь, пойманный в стеклянную ловушку.

Спустя минуту я уже сидел напротив гнома, весь мокрый, держа трофей в руках. Шар размером с яблоко казался невесомым, но внутри него клубился пурпурный дым, затаенно мерцающий из глубины, как если бы в самом центре находился замкнутый мир. Пусть неполноценный, пусть лишь локальная тюрьма, но все же… она жила.

– Забавная вещица, – пробормотал я.

Мы договорились добраться до берега и уже там завершить дело. На берегу, все в той же точке, нас ждал чудак в балахоне и его безмолвная свита. Неприкаянные, как и прежде, стояли стеной – их фигуры мерцали на грани света и тени, словно застряли между мирами.

Сойдя на песок, я бросил сферу на землю. В голове вдруг пронеслась вспышка тревоги, вся внутренняя суть сжалась в комок. Инстинкт кричал: «Не делай этого!» Я замешкался. На долю секунды. Но… не послушал. И раздавил сферу ногой.

Вдруг все вокруг взорвалось движением. Неприкаянные слились в один гигантский вихрь, смерч света и тьмы, с ужасающей скоростью закручиваясь вокруг нас. Песок поднялся в воздух, небо померкло. И в этом хаосе – я, Гёте, готовый выхватить меч, и… смех. Громкий, зловещий, нечеловеческий смех, прорезающий вихрь.

Чудак скинул капюшон, и я увидел его лицо. Дряхлый, иссохший старик, с клочьями седых волос, торчащих на лысине как плесень на камне. Его глаза горели адским пламенем, а беззубый рот растянулся в дикой, звериной ухмылке. И он смеялся. Смехом того, кто тысячи лет провел в ожидании.

Еще секунда, он хлопает в ладоши, и мир вокруг нас сжимается до крошечной точки, окутывая темнотой все вокруг.

Глава 12

Лабиринт страха

На мгновение я потерял нить, связывающую меня с миром вокруг. Пустота… Звуки, ощущения, даже мысли – все исчезло. Будто кто‐то выдернул вилку из розетки моего сознания, оставив только черную тишину и ощущение полной отрешенности. Я не знал, где я и зачем вообще. Наверное, так чувствует себя тот, кто получил бейсбольной битой по голове – тот самый миг между ударом и потерей сознания, когда реальность еще не рассыпалась, но уже и не принадлежит тебе.

Когда я наконец пришел в себя, мы сидели на холодном, промозглом полу. Гёте рядом, с мутным, неосмысленным взглядом, еще не вернулся к реальности. Глаза его бегали, он пытался осознать, что происходит. Голос его, с хрипотцой и надтреснутый, резанул по тишине:

– Что за… фигня? Где мы?..

Вокруг полумрак. Факелы, тусклые, будто истощенные, вонзались в специальные разъемы в стенах, отбрасывая не свет, а тени. Мерцание живого огня едва освещало обшарпанные, заплесневелые стены, влажные и липкие на вид. Камни под ногами скользкие, в трещинах. И тишина… Тишина такая плотная, что каждый капающий звук превращался в удар, разбивающийся о барабанные перепонки.

Типичное начало какого‐нибудь фильма ужасов. Только вот это не кино и не съемочная площадка, а реальность, и чертовски холодная.

Первым делом я вызвал карту. Ожидаемо – ничего. Глобальная карта, по сути, умерла. Вместо привычной панорамы мира перед глазами появилась только эта комната и выход из нее. И странным образом даже это вселяло надежду. Значит, не придется куском угля помечать стены, как безумный узник. Лабиринт, в котором видна карта, уже не фаталити.

Я открыл инвентарь и чуть выдохнул. Цел. Все на месте. Еда, вода, минимальный запас зелий. Значит, жить можно. Или хотя бы умереть не сразу.

Зашел в меню заданий – и тут как ножом по горлу:

Внимание, условия задания по освобождению душ изменены.

Сложность: высокая.

Отказ: невозможен.

Награда: вариативная.

Неприкаянные ввели нас в заблуждение. Чувствовал же. Все внутри орало: «Стоп, это ловушка!» А теперь я понял: души, что мы якобы должны освободить, – это мы. Я и Гётезар.

Тем временем гном начал приходить в себя, морщась и смачно плюясь, как после чего‐то тухлого. Поднялся, сел, сжал голову.

– Как ты, дружище?

– Не спрашивай… Самое ядреное пойло в сравнении с этим – чай с травками. Вроде прихожу в себя. Так понимаю, это и есть лабиринт страха?

– Похоже на то. Вот и помогли несчастным. Теперь сами на их месте.

– Ты нас‐то с ними не сравнивай. Найдем этого выродка и заставим показать выход.

Поднявшись на ноги, мы подошли к двери. С виду старая, но добротная – обита кованым железом, с массивными гвоздями, вросшими в древесину, словно кости в плоть. Прочная и увесистая. Сразу подумал: не дай бог придется ломать – такая не поддастся, разве что снести к чертям. Но судьба, как ни странно, решила подыграть. Дверь оказалась незапертой.

Приложив немного усилий, я толкнул створку. Она поддалась, но с таким скрипом, что мертвого бы поднял, а живого в гроб вогнал. Громкий, рвущий уши звук разнесся эхом, будто мы вскрыли не дверь, а гробницу веков. За порогом – темнота. Непроницаемая. Ступая вперед, мы не знали, что ждет за этой границей. Каждый шаг был как вызов. Ловушка? Или просто еще одна комната страха?

Как только мы пересекли порог, дверь за спиной захлопнулась, будто кто‐то ударил ею со всей силы, и замок щелкнул, отрезав путь назад. В ту же секунду вспыхнули десятки светильников.