За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

— И зачем это?

— Да как же без этого? А вдруг нас кто-нибудь начнёт расспрашивать, а мы начнём каждый своё сочинять.

— Зачем сочинять? — хмыкнула Алина. — Просто посылай любопытных, а если будут слишком приставать, набей морду, да и дело с концом.

Вот это по-нашему! Мне нравится такой подход. Зачем все эти тонкие шпионские игры, когда можно тупо набить морду папаше Мюллеру. Хотя это, скорее всего, только у Высших так просто. Сомневаюсь, что обычные шпионы бьют морду контрразведке, если та слишком пристаёт. А контрразведка в нашем княжестве точно есть, и шпионов она временами ловит.

— Ну хотя бы фамилия у нас есть? — уже безо всякой надежды продолжал настаивать я.

— А я разве не сказала? — удивилась Драгана. — Вострик наша фамилия.

— А у меня?

— И у тебя тоже, ты Кен Вострик, получается. Некогда мне было ещё одну фамилию придумывать, так что ты при женитьбе взял фамилию жены.

У меня не было слов. Теперь я понял, что значит быть настоящим Джеймсом Бондом. Приезжаешь с толпой красивых девок в роскошном самобеге, ну или как в моём случае, прилетаешь с девками на роскошном грузопассажирском дирижабле. С таинственным видом ходишь по аристократическим приёмам, представляясь всем секретным агентом Бондом, то есть Востриком. Разумеется, любой аристократ жаждет пригласить на свой приём такую мутную личность. И никаких дурацких легенд, просто бьёшь морды контрразведке, а заодно всем, кто слишком любопытный, и вообще. Между делом крадёшь какие-нибудь секреты или там сатураты, если, конечно, на это хватит времени. В общем, живёшь красиво. Только там это в книжках и фильмах, а здесь это вот прямо в реальной жизни, и мне предстоит в этом идиотском спектакле участвовать. Знать бы раньше, занялся бы подготовкой сам, но кто же мог предвидеть, что этим дилетантам будет лень даже фамилию придумать? Всё-таки способность кому угодно открутить голову здорово развращает. Сила есть — ума не надо.

— Так, со всем разобрались, поднимаемся наверх, — скомандовала Драгана. — Там подберём себе воздухоплавательную форму по размеру и соберём полётные сумки. Потом сделаем визиобразы уже в форме, и я сделаю всем новые карточки гражданина. За мной!

И семья Вострик, как утята за уточкой, двинулась вслед за Ганой Вострик превращаться в воздушных волков, покорителей пятого океана.

Второй этаж тоже представлял собой коридор с дверями по обеим сторонам. Пройдя немного, мы вслед за Драганой вошли в узкую и длинную комнату за дверью с табличкой «Гардеробная». Окон в комнате не было, а вдоль всех четырёх стен стояли пронумерованные шкафы.

— Подбирайте себе по размеру повседневную форму в шестом шкафу, — распорядилась Драгана. — Потом рабочие комбинезоны в девятом. Кабинки для примерки вон в том углу. Я пока принесу сумки, с которыми воздушники обычно ходят.

Одежда в шкафах была аккуратно рассортирована по размерам, так что примерка много времени не заняла. Хотя женщины, конечно, не упустили возможности лишний раз повертеться перед зеркалом.

— Я бы, пожалуй, кому-нибудь из вас хотя бы фингал пририсовал, что ли, — заметил я, глядя на женщин, которые в ответ непонимающе уставились на меня.

— Поясни, — выразила общее мнение Алина.

— Слишком красивые, — пояснил я.

— Ты, Кени, тоже ничего, — откликнулась Ленка. — Может, тебе фингал сделать?

— Я серьёзно, — терпеливо вздохнув, ответил я. — Вы сейчас выглядите моделями из гламурного журнала, которых нарядили для съёмок. А должны выглядеть обычными мещанками, понимаете? И вообще, среди мещанок красавицы тоже встречаются, но именно что встречаются. Это не одарённые, внешность у них в целом достаточно серая.

Женщины переглянулись и задумались.

— Нет, Кен, — наконец ответила Алина, — постоянно носить грим — это слишком хлопотно, да он может и размазаться в самый неподходящий момент. К тому же никто из нас и гримировать толком не умеет. В общем, не вариант. Можно просто сказать, что у нас мама красивая, а мы в неё уродились.

— Объяснение так себе, но сойдёт, — согласился я. — Но всё равно, сделайте лица попроще. И причёски самые простые, и чтобы никаких игривых локонов. Осознайте для себя, что вы работяги, которые нелёгким трудом зарабатывают свой хлеб. И что там, снаружи, вас ждёт не породистый самец в роскошном самобеге, а кулачковый уравнитель в отработанном солидоле. Эта мысль должна быть ясно видна у вас на лицах.

Дамы задумчиво посмотрели друг на друга, а потом двинулись обратно к зеркалам. Не сказать, что налёт гламурности совсем исчез, но по крайней мере, уже не так бросался в глаза. Ещё не измученные повседневными заботами труженицы, но уже и не гламурные фифы. Скорее кокетливые мещаночки, которые всё же более или менее вписываются в образ.

— Все готовы? — спросила Драгана. — Тогда пойдём. Пока будем идти до машины — молчите. Нас не увидят, но если услышат голос, то могут потом при случае и узнать.

Мы вышли из гардеробной и Драгана открыла своим ключом дверь комнаты напротив. Маленькая комната была совершенно пуста, а в противоположной стене была ещё одна дверь. За дверью оказался узкий проход с неоштукатуренными кирпичными стенами, который заканчивался тупиком. Драгана потянула небольшой рычаг, и со вздохом пневматики кусок стены сбоку отъехал назад, открыв тыльную стенку какого-то здоровенного шкафа. Ещё один рычаг заставил шкаф вместе с куском пола приподняться и отъехать чуть вперёд, так что оказалось возможным протиснуться между шкафом и стеной. Я пролез сквозь щель и огляделся — явно небогатая мещанская квартира, а мы оказались в спальне. Кровать, шкаф, большой дубовый комод, окна плотно занавешены.

Убедившись, что все вышли, Драгана налегла на шкаф; тот вернулся назад и с шипением выходящего воздуха опустился на прежнее место. Она махнула нам рукой, приказывая следовать за ней. Мы гуськом прошли мимо закрытой комнаты, в которой я по лёгкому фону эмоций почувствовал чьё-то присутствие, и оказались в маленькой прихожей. Драгана посмотрела в глазок, затем открыла дверь и вышла на лестничную площадку. Я вышел последним, и дверь за мной мягко закрылась, щёлкнув язычком замка.

Лестничная площадка выглядела в точности как у обычной хрущёвки. Мы спустились по чистой лестнице мимо почтовых ящиков и наконец вышли на улицу — не на ту, с которой мы с Ленкой заходили.

Прямо у подъезда стоял изрядно побитый жизнью «Святогор» с вдавленной внутрь задней дверью, явно результатом столкновения. Несмотря на громкое название, «Святогор» был одной из самых дешёвых моделей, которая по сути мало чем отличалась от мотоколяски, этакий горбатый «Запорожец», только с четырьмя дверями.

— Залезайте, — распорядилась Драгана. — Лина вперёд, Кен с Леной